Пили и ели целый день, гости все прибывали. Кто-то отправился на океан поплавать, устроили даже небольшое соревнование по серфингу. Коринн познакомилась с таким количеством людей, что запомнить все имена было невозможно. Раз за разом ей вручали лей – гирлянды. Она уже сгибалась под их ароматной тяжестью. В конце концов, пришлось освободиться от большинства из них.

Группка гавайцев с музыкальными инструментами играла не переставая. Льющееся рекой пиво поддерживало в них ощущение счастья. Все веселились, и Коринн вдруг поняла, что без конца смеется. Настоящее торжество, когда все усаживаются вместе, чтобы разделить трапезу, началось лишь поздним вечером. Здесь присутствовали почти все друзья Джареда, но Коринн не испытывала неловкости. Многие смотрели на нее с любопытством, однако она решила не обращать на них внимания.

Еде единогласно присудили самые высокие оценки, и Акела светилась от гордости. Коринн попробовала все, что было возможно, и с удивлением поняла, что сырые блюда ей понравились больше всего. Цыплята получились роскошными, но вот калуа – запеченной свининой – она никак не могла насытиться. Коринн три раза просила положить ей по куску нежного, тающего во рту мяса.

Джаред сидел рядом с ней за столом, но они почти не говорили.

Возлияния и веселье продолжались и после ужина. Теперь Джаред двигался среди гостей, а Коринн так и осталась сидеть за столом с Флоренс и Майклом. Гавайцы любят детей, поэтому Майкл переходил с рук на руки. Он получил за один день столько внимания, что ему должно было этого хватить теперь на несколько месяцев. Ненадолго к ним присоединился Леонака, который наблюдал за тем, как Малия и другие девушки танцевали хулу. На них были надеты юбочки из пальмовых листьев, на головах – венки из орхидей, а на груди – гирлянды. Хулу танцевали под бой барабанов, сделанных из тыквы-горлянки, и под кокосовые трещотки.

После заката празднество продолжилось. Двор осветили горящими факелами. Кто-то из гостей отправился на океан, некоторые занялись серфингом при лунном свете. Коринн поняла, что торжество, продлившееся целый день, затянется на целую ночь.

Пока она следила за скользившими по волнам серферами, к ней подсела женщина на вид немного старше нее, которая представилась как Дайна Каллан. Она была явно на несколько лет моложе Джареда и просто очаровательна со своими светло-каштановыми волосами и голубыми глазами. Коринн почувствовала себя неловко, не зная, с чего начать разговор, но тут Дайна неожиданно ее удивила.

– Наверное, вы слышали, что все пророчили нам с Джаредом стать мужем и женой?

Коринн слегка замешкалась с ответом.

– Нет, не слышала…

– О, извините! Вы, должно быть, подумали, что я ужас что такое, если болтаю о подобных вещах. Но я действительно считала, что вам это известно. Я просто довожу до вашего сведения, чтобы между нами не было недомолвок.

Коринн попыталась взять себя в руки.

– Разве… Джаред просил вас выйти за него?

Дайна улыбнулась.

– Господи, нет, конечно! Между нами всегда существовало молчаливое взаимопонимание. Он откладывал это на потом. И откровенно говоря… – Дайна понизила голос. – Я страшилась того дня, когда это должно было случиться.

– Не понимаю.

– Видите ли, я выросла вместе с Джаредом. У моей семьи здесь дальше по берегу был летний дом, в котором мы проводили по полгода. Джаред и Леонака были мне как братья. Вы можете представить перспективу выйти замуж за человека, которого вы считаете братом?

– Так значит, вы не хотели выйти за него?

– Да, не хотела. Я даже испытала облегчение, когда он вернулся с материка и рассказал мне о вас. Как мне кажется, я была единственной, с кем он поделился этой новостью. Вообще-то он рассказал обо всем, что натворил. Он чувствовал себя несчастным после возвращения, и я уверена, что страшно сожалел о своих поступках. Когда рассказы про вас достигли его ушей, не сомневаюсь, что Джаред обезумел от ревности. Он тщательно все скрывал, но я-то знала, что к чему.

В первый раз за все время Коринн почувствовала стыд из-за устроенного ею представления.

– Вы, должно быть, считаете меня негодной женщиной.

– Даже не знаю, что и думать. Но понимаете, я знала, что вытворял Джаред, поэтому не могла вас осуждать. Кроме того, то были всего лишь слухи, а к слухам нужно относиться со скепсисом.

– Джаред так не может.

– Ну, Джаред очень часто реагирует чисто эмоционально, а не разумно. Я поняла сразу, как только вас увидела, что вы не способны на то, о чем судачат другие. Но у Джареда отсутствует женская интуиция. А ревность может серьезно мешать способности мыслить.

– Значит, ревность лучше не вызывать.

– Вот именно, – подчеркнула Дайна, улыбнувшись. И посмотрела ей прямо в глаза.

Коринн все поняла.

– Я очень рада, что познакомилась с вами. Это надо было сделать раньше. – Она понимающе улыбнулась в ответ и вздохнула. – Тяжело с Джаредом?

– Дело не в том, как он себя держит. Эти постоянные сомнения и подозрения… Наверное, я тоже очень ревнива.

Коринн посмотрела на Нанеки, которая теперь танцевала соло, и Дайна проследила ее взгляд. Молодая гавайка танцевала безумно красиво и соблазнительно. Все ее внимание было сосредоточено на Джареде, который стоял тут же и наблюдал за ней.

– О боже!

Коринн повернулась к Дайне.

– Что такое?

– Я думала, что Нанеки уже махнула на Джареда рукой, но, оказывается, нет.

– Она была его любовницей, верно?

– Ну да, какое-то время. Но это было до его женитьбы. Я могла бы догадаться… – Она замолчала на полуслове.

– Мы с Джаредом уже давно не новобрачные, – заметила Коринн.

Дайна развернулась к ней лицом.

– Я, наверное, покажусь вам невоспитанной, но все равно спрошу, хотя это и не мое дело. Вы любите Джареда?

– Да.

– Тогда вам нужно побороться за него. – В ее глазах зажегся огонек.

– Что это значит?

– Вы очень красивая женщина, Коринн. Если Джаред будет знать, что нужен вам, тогда он не станет смотреть на сторону. Для него не будет существовать других женщин.

– Вы действительно так думаете?

– Ну конечно. Почему бы вам не начать прямо сейчас? Отвлеките его внимание от Нанеки. Уже поздно, поэтому никто не удивится, если вы вместе отсюда уйдете.

Дайна подмигнула, и Коринн вспыхнула.

– А вы? – Она понадеялась увидеть Дайну снова. – Вы тоже скоро уйдете?

– О нет. Самое приятное в луау заключается в том, чтобы найти место, куда можно приткнуться, чтобы переночевать. Ведь все остаются до утра, чтобы потом помочь хозяевам убрать за гостями.

– Я этого не знала.

Дайна засмеялась.

– Будете натыкаться на спящих людей по всему дому и на конюшне тоже. Теперь вперед! Увидимся утром до моего ухода. Тогда и познакомитесь с моим спутником, Марком Карлтоном.

Выйдя из-за стола, Коринн медленно приблизилась к Джареду. Она пока не знала, что скажет ему. Она нервно потеребила ожерелье и вдруг сообразила, с чего начнет.

– Джаред! – Ему потребовалось несколько секунд, чтобы оторвать взгляд от Нанеки, и, наконец, он повернулся к ней. – Я хочу поблагодарить тебя за опалы. Они роскошны.

– Если они тебе нравятся, я рад, если нет… – Он пожал плечами, словно ему это было все равно.

– Они мне очень понравились, – быстро сказала Коринн. И добавила: – Честно!

Взяв ее за руку, Джаред отвел ее к качелям, на несколько футов в сторону. О, почему она так разволновалась!?

– Тебе очень идут опалы, – обыденным тоном произнес он, не глядя на нее. – Они подчеркивают твой характер. Ты, кстати, загорела, пока меня не было.

– Извини, если тебе это не по вкусу.

– Нет, мне нравится. Тон кожи стал темнее, от этого волосы стали еще светлее. У тебя очень экзотический вид.

– Это хорошо?

– О господи, женщина! Ничто не сможет испортить твою красоту. Ты такая наивная или напрашиваешься на комплимент? – Увидев, как решительно Коринн вскинула подбородок, Джаред хмыкнул. – Не злись, это я так пошутил.

Она тут же успокоилась и решила задать вопрос, который часто мучил ее в последнее время:

– Почему ты так долго не приезжал?

Джаред бросил на нее любопытный взгляд, а потом опять отвернулся к океану.

– Были кое-какие проблемы со строительством отеля. Один из моих рабочих чуть не лишился ноги при падении с лесов. Я не мог уехать, бросив его в больнице и не зная, потеряет он ногу или нет.

– С ним все в порядке?

– Да. Нога цела, но он будет хромать до конца жизни. А потом еще другие дела задержали меня в городе.

– Какие?

– Это личное, Коринн.

Она выпрямилась.

– Из-за меня?

– Нет, дьявол подери! – раздраженно отрезал Джаред. – Если хочешь знать, я разыскивал Джона Пирса. У нас с ним есть незаконченное дело.

– Нашел?

– Он уехал с острова.

– Навсегда? – Ей стало интересно.

– Судя по всему, да, – удрученно сказал Джаред. – Еще я узнал, что его земля выставлена на продажу. – Теперь его голос повеселел. – Но достаточно об этом. Акела рассказала, что ты сильно помогла ей в устройстве луау. Это здорово! Всю неделю здесь будет много хлопот.

– Мне это нравится.

– Ты, должно быть, устала после такого трудного дня. – Он пронзил ее взглядом серо-голубых глаз. – Я готов отправиться в постель.

Коринн улыбнулась.

– Я тоже.

Пожелав гостям доброй ночи, они пошли в дом. Пробраться через патио стоило трудов. Здесь на больших коврах и на софах расположились дети и несколько взрослых. Все уже крепко спали. Джаред вел ее за собой, переступая через маленькие и большие тела. Так они добрались до лестницы. Поднявшись наверх, увидели, что гостиная тоже забита людьми.

А вот в коридоре, ведущем к спальне, было тихо и пусто. Флоренс рано отправилась в постель, забрав с собой Майкла. Малия тоже не стала засиживаться – от волнения она с самого раннего утра уже была на ногах.

Джаред остановился перед спальней Флоренс, чтобы пожелать Коринн доброй ночи. Решил, что не будет давить на нее. Утром он допустил грубый просчет, совершил дикую глупость и поэтому был уверен, что она все еще злится на него. Но она двинулась дальше по коридору и, дойдя до двери в его комнату, зашла внутрь. Джаред с удивлением следил за ней глазами. Подойдя к туалетному столику, она зажгла лампу, потом вынула из волос гардению и, понюхав ее, отложила в сторону.

Он шагнул в комнату.

– Ты снова переселилась сюда?

Коринн застенчиво глянула на него.

– Надеюсь, ты ничего не имеешь против?

– Нет, конечно, нет, – быстро ответил Джаред, а сам подумал о том, как ему, интересно, удастся провести с ней ночь и не дотронуться до нее.

Сняв с себя ожерелье, Коринн вдруг занервничала.

– Нанеки ведь вернулась. Она здесь с того момента, как ты уехал, поэтому свободных комнат не осталось. И мне не кажется, что это удобно – делить с Флоренс одну узкую кровать.

– Коринн, я же сказал, что совсем не против, – остановил он ее. – В любом случае, все тут твое.

Она повернулась к нему спиной, откинув волосы набок.

– Ты не мог бы расстегнуть мое муумуу?

Джаред взялся за застежки на платье. Медленно ее стройная спина обнажилась. Прямая шея выглядела соблазнительно, ему захотелось нагнуться к ней и поласкать губами, чтобы ощутить вкус шелковистой кожи. Но вдруг она отскочит и разозлится? Из последних сил сохраняя самообладание, Джаред отодвинулся и начал раздеваться.

Подойдя к шкафу, Коринн переступила через соскользнувшее с нее платье и нижнее белье заодно. Обнаженная, она долго стояла перед открытым шкафом, выбирая ночную рубашку, в расчете на то, что Джаред хоть краем глаза посмотрит на нее. Наконец, когда дальше затягивать время стало невозможно, Коринн вытянула из шкафа неглиже из роскошного темно-зеленого атласа.

Еще не одетая, повернулась к Джареду и увидела, что тот смотрит на нее, как загипнотизированный, не отводя глаз. Мысленно улыбнувшись, она отвернулась. Потом так же медленно подняла руки с неглиже вверх, и атлас, обтекая ее тело, соскользнул по ней вниз. Ей осталось лишь расправить складки на одежде.

Джаред стоял совершенно неподвижно, наблюдая за тем, как она грациозно и соблазнительно подошла к кровати и скользнула под одеяло. Неужели ей невдомек, что она делает с ним? Она ведь испытывала его стойкость.

– Ты собираешься ложиться в постель, Джаред?

Ее голос прозвучал чарующе нежно, и он вдруг сообразил, что уже довольно долго стоит, не двигаясь. Быстро скинув с себя остатки одежды, Джаред подошел к кровати.

– Признайся, женщина, что делаешь это все специально, – охрипшим голосом произнес он. – Я больше этого не выдержу!

Она помолчала. Затем заключила его в объятия, положив голову ему на грудь.

Коринн показалось, что она умрет от желания стать частью его, от желания, чтобы он вошел в нее, взял ее. В ней крепла уверенность, что он тоже к ней что-то чувствует, пусть даже это чисто физическое влечение. Она распахнула неглиже и потянула Джареда на себя. Однако он удержал ее.

– Нет, анои – любимая, – хрипло сказал Джаред. – Я хочу насладиться тобой. Господи, как я скучал по тебе, как мечтал о тебе! – Он неторопливо уложил ее и лег рядом сам, по-хозяйски закинув на нее ногу.

И началась сладчайшая мука – он принялся целовать ее как-то по-особому ласково и настойчиво, доводя до безумия. Его губы прижимались к ее с нежной страстью, а прикосновение рук к ее телу обжигало. Ей хотелось как можно быстрее освободиться от копившегося напряжения, но он длил эту изысканную муку. В конце концов, она не выдержала и взяла его за горячий, словно налитый сталью член и направила в себя.

От этого прикосновения Джаред застонал и лег на нее сверху.

– О, моя Колина! – выдохнул он.

Уткнувшись губами в ложбинку у нее на шее, Джаред одновременно вошел в нее. И уже через несколько секунд Коринн почувствовала, как ее по спирали возносит вверх, приближая к моменту долгожданного взрыва. Джаред был рядом, был в ней, и ощущение счастья казалось всепоглощающим. Момент взрыва настиг их одновременно.

Коринн глубоко вздохнула, когда он перекатился на бок и крепко прижал ее к себе. Не было сказано ни единого слова. Да никаких слов и не требовалось.