И, возможно, только потому, что он подвел эту женщину, он так стремился защитить ее. Или, может быть, потому, что, что бы он ни говорил, он все еще придерживался стандартов, которым учил его Ной. Но Хлое нравилось думать, что это имеет для него значение, потому что он действительно заботился о ней. Черт возьми, он рассказал ей о чем-то личном, о чем не говорил никому другому, и это должно было что-то да значить, не так ли?

- Я знаю, что ты это сделаешь, - тихо сказала она, скользя руками по его талии и обнимая его так же крепко, как он обнимал ее. – А что я могу сделать?

- Нет, - слово было абсолютно категоричным.

Ладно. Он не хотел говорить об этом, это было ясно.

- Что ж, - пробормотала она, - тебе следует знать, что, когда я встречусь с Де Сантисом, я буду чувствовать себя в большей безопасности рядом с тобой.

Он напрягся.

- Хлоя…

Она подняла голову.

- Никто не будет устраивать перестрелку в центре Нью-Йорка. И ты будешь где-то рядом, чтобы спасти меня, если все пойдет плохо. Но я собираюсь встретиться с ним, Вэн. Я - причина, по которой мы в этом бардаке, и я должна что-то сделать. Да, я не морской котик, но и не дура.

Он снова молчал, глядя ей в лицо, выражение его лица было жестким, угрожающим и опасным, как ад. Он любил держать все под контролем, и то, о чем она его просила, будет очень трудно.

- Я верю, что ты защитишь меня, - тихо сказала она. - Теперь ты должен доверить мне заботу о себе.

* * *

Она свернулась калачиком вокруг него, прижавшись к нему, обнаженная и разгоряченная, ее темные глаза горели решимостью, подбородок упрямо вздернут. Довериться ей, чтобы она была в безопасности…

Он не хотел. Он не мог.

Ты даже не сказал ей всю правду.

Да, он и не собирался. Он никогда об этом не думал, никому не рассказывал и не собирался начинать сейчас.

Проблема была в том, что ее план встретиться с Де Сантисом был действительно хорош. Этот засранец хотел ее видеть, так кто же лучше нее сможет вытянуть из него информацию? Его команда была абсолютно уверена, что на их счету были все акции и что у Де Сантиса определенно не было достаточно средств, чтобы организовать поглощение, но Вэну не нравился элемент неопределенности во всей ситуации. Если Хлоя могла подобраться достаточно близко, чтобы задать парню несколько вопросов, то логически это был хороший ход.

Кроме того, в одном она была права. Все выпады, сделанные де Сантисом, заставили их топтаться на месте, чтобы догнать его, и это, откровенно говоря, было неприемлемо.

Они должны разобраться с этим всем и немедленно.

Кроме того, это означало бы поставить на кон Хлою.

Все в нем восставало против этой мысли. Нет, он не хотел защищать ее, был взбешен тем, что на него возложили такую ответственность, но все равно она была здесь и он будет защищать ее. Он отказывался принять любую другую возможность.

Но если он последует ее плану, на кону будет ее безопасность. Нет, он не думал, что Де Сантис на самом деле причинит ей физическую боль, но он не мог позволить этому парню попробовать предпринять что-то еще. Взять ее в заложники, чтобы он мог использовать ее и заставить Вэна отдать ему контрольную долю компании, например.

Черт, от одной мысли о том, что Хлоя в руках этого ублюдка с ледяными глазами, ему становилось холодно.

С ним она будет в большей безопасности, чем с тобой.

Холод проникал все глубже, несмотря на тепло ее тела, маленькое ледяное зернышко засело у него в животе. Она смотрела на него так, словно ждала ответа, и он знал, что должен ответить. Да, он хотел сказать «нет», взять ее на руки и отнести в спальню, может быть, запереть дверь, чтобы она там и сидела. Убедить, чтобы она осталась там.

Но это ничего не решит, и он это знал. Он хотел вернуться на базу, а ей нужно было вернуться на ранчо, и никто из них не мог этого сделать, пока не разберется с Де Сантисом.

Пуля…

Да, ну, всегда был такой вариант. Вот только он не занимался хладнокровным убийством, каким бы привлекательным ни был этот вариант и как бы легко он ни разрешил бы все его проблемы. Конечно, если этот ублюдок в конце концов что-то с ней сделает, то все ставки будут сделаны…

Ты бы убил ради нее? Неужели?

- Вэн, - голос Хлои был хриплым, отвлекая его. - Ты же знаешь, в этом есть смысл. И помимо всего прочего, я хочу помочь. Ты не можешь взять все это на себя.

Конечно, он мог, и делал это регулярно. И все же он не мог отрицать, что какая-то часть его души хотела разделить с ней это бремя, как будто он был не один. Он привык нести груз - как командир, что он и делал. Но черт... Он должен был признать, что приятно знать, что он не один.

Она будет на линии огня, если ты согласишься.

Вэн встретил решительный взгляд ее темных глаз. Она была маленькой и стройной, и в ней чувствовалась болезненная уязвимость, которая заставила его сердце сжаться. Но она была на удивление сильной, с волевым и упрямым характером, таким же сильным, как у него. Господи, она управляла этим проклятым ранчо и целой кучей прислуги в течение многих лет, и это требовало мужества. Это требовало решимости и находчивости.

Она не была напуганной женщиной, которую годами держали в плену секс-торговцы, как Софию.

- Ладно, - неохотно согласился он. - В твоих словах есть смысл. Но мы сделаем это по-моему, ясно?

Она улыбнулась, и он почувствовал, как будто солнце взошло после холодной темной зимы.

- Ты действительно думаешь, что ты все еще здесь главный?

Он не улыбнулся в ответ. Он не мог. Потому что что-то внутри него тряхнуло, как при землетрясении, и теперь земля была неровной и незнакомой. И он больше не узнавал себя.

Ты так облажался. Ты ведь это знаешь?

- О, красотка, - он запустил руки в ее волосы, сжимая пальцами мягкие шелковистые локоны, не обращая внимания на голос в голове, который, как он думал, был, вероятно, прав. - Я не думаю, я знаю.

Пламя в ее глазах взметнулось вверх.

- Хочешь поспорить?

- Тогда покажи мне, - пробормотал он. - Покажи мне, главная ли ты здесь на самом деле.

Она склонила голову набок, глядя на него, и улыбка осветила ее изнутри, заставив светиться, как факел.

Затем, не говоря ни слова, она потянулась и накрыла его губы своими.

Глава Четырнадцатая

Хлоя не могла оторвать взгляд от окна, когда такси остановилось у Рокфеллер-Центра. Сидящий рядом с ней Вэн что-то пробормотал водителю, но она не слушала, слишком занятая разглядыванием здания, которое возвышалось над ней в ночном небе.

Было немного странно находиться здесь, рядом со зданием из ее снежного шара. Странный выбор места для встречи с Де Сантисом, но она думала, что будет уместно встретиться с ним, ее настоящим отцом, в месте, которое означало все те пустые обещания, которые она получила от Ноя.

Утром Вэн послал Де Сантису электронное письмо, в котором сообщил, где будет Хлоя и в какое время, делая вид, что уступает его ультиматуму. Де Сантис настоял на том, чтобы встретиться с Хлоей наедине, но Вэн настоял на своем. Но после того, как она убедила его, что Де Сантис, вероятно, ничего им не скажет, если Вэн будет поблизости, он неохотно согласился.

Она понимала его нежелание, особенно после того, что он рассказал ей прошлой ночью о женщине, которую не смог спасти. Но это было не то же самое. Она была уверена, что Де Сантис не причинит ей вреда. Это было бы не в его интересах, и, кроме того, вскоре станет ясно, чего он хочет, как только они встретятся, и, если он намеревался сделать что-то не то, Вэн будет рядом, чтобы убедиться, что с ней все в порядке. Он защитит ее, и она в этом уверена. Конечно, ему не удалось спасти ту женщину, но ситуация была чертовски сложной и в любом случае это была не его вина. На этот раз ничего плохого не произойдет.

- Ты готова? - глубокий голос Вэна звучал тихо.

Она повернулась, встретив его ясный ореховый взгляд.

- Да, - ладно, она немного нервничала из-за всего этого - может быть, больше, чем немного, - но она могла постоять за себя.

- Я буду неподалеку. Если он сделает что-нибудь - а я имею в виду хоть что-нибудь - ты подашь мне сигнал, хорошо?

Что-то мелькнуло в его глазах, что-то чертовски похожее на опасение. И почему-то ей стало тепло от того, что он беспокоился за нее.

Не слишком радуйся. Ты знаешь, что это никуда не приведет, даже если ты выберешься отсюда.

Хлоя отогнала эту мысль. Конечно, эта интрижка ни к чему не приведет, она это знала. Но она была довольна и тем, что он заботился о ней настолько, чтобы бояться за нее, не так ли?

- Да, - сказала она вслух. – Поняла, - они уже разработали сигнал, который предупредит Вэна, если она почувствует опасность.

- Он ведь не будет один, ты же знаешь? Скорее всего, вокруг него будут люди, хотя ты, вероятно, не сможешь их заметить. Просто знай, что они там.

- Я знаю, Вэн. Мы это уже проходили, помнишь? - так оно и было, до того, как они вышли из дома.

Предательский мускул снова дернулся на его челюсти.

- Просто хочу убедиться, - он прищурился, глядя на нее, затем потянулся, чтобы поднять капюшон ее толстовки, которую она надела под кожаную куртку, чтобы не замерзнуть. - На улице холодно. Оставайся в тепле.

Он сидел вполоборота к ней, положив одну руку на заднее сиденье рядом с ее головой, а другую на свое мускулистое бедро. До того, как они вышли, он переоделся в джинсы и футболку с длинными рукавами, черную толстовку с капюшоном и пальто поверх всего. Он тоже натянул капюшон на голову, черты его лица были в тени, но она все еще могла видеть то опасение, делающие резкими черты его лица.

Она импульсивно положила руку ему на бедро, наслаждаясь маленькой электрической искоркой, вспыхнувшей между ними, когда ее кожа коснулась его.

- Все будет хорошо, - сказала она, желая успокоить его. - Со мной все будет в порядке.

Он вздохнул и почти рассеянно протянул руку, переплетая их пальцы.

- Лучше, блядь, тебе действительно быть в порядке, поняла?

То, что он даже не сделал вид, что не беспокоится, заставило ее сердце странно сжаться, и ей захотелось сказать что-то большее, чем просто жалкое «я буду». Но она не знала, что еще сказать, поэтому только улыбнулась и сжала его пальцы в ответ.

Он не улыбнулся в ответ, только уставился на нее, и она не смогла прочитать выражение его лица. Затем его взгляд метнулся к зданию за окнами такси.

- Ладно, тогда пошли.

На улице было холодно, ветер хлестал ее, пронизывая куртку насквозь, в воздухе кружились снежинки.

Чёрт возьми! Вот она, стоит здесь, словно в своем снежном шаре.

Не обращая внимания на толпы людей, проталкивающихся мимо нее по тротуару, она запрокинула голову. Взглянув на небо и здание, возвышающееся над ней, она подумала о чем-то странном.

Неужели и Ной стоял здесь? Неужели и он, запрокинув голову, смотрел на это здание? Испытывал ли он то же странное головокружение, что и она? Однажды он сказал ей, что любит высокие здания, что они - знак того, что может сделать человек, если действительно захочет - создать что-то гораздо больше и долговечнее себя.

Как Ной создал наследие Тейтов.

Хлоя вытерла снежинки с глаз и посмотрела на здание. Да, в каком-то смысле это имело смысл. Наследие Тейта было эквивалентом здания Рокфеллеровского центра. Он хотел создать нечто большее и более долговечное, чем он сам.

Жаль, что это пошло в ущерб его отношениям с приемными детьми.

- Большие проекты требуют обязательств, Хлоя, - сказал он ей однажды, когда впервые попросил ее помочь в планировании масштабной новой программы разведения на ранчо. -Ты не можешь быть беспечным.

И он не был. Он поставил на первое место свое наследие, а все остальное, включая детей, было на втором месте. Но ведь это не их вина, не так ли? Это его.

- Эй, - низкий голос Вэна зазвучал у нее над ухом, и она спиной чувствовала его тепло. - Ты уверена, что с тобой все в порядке?

Она обернулась. Он стоял, засунув руки в карманы пальто, его взгляд скользил по толпе, окружавшей их, его большое тело было напряжено, как будто в любую секунду он ожидал нападения. Он натянул капюшон, скрывая сильные, красивые черты лица, чтобы никто не узнал его, и она знала, - потому что видела, как он брал его перед уходом, - что у него где-то спрятан пистолет.

Жесткий. Опасный. Горячий.

- Ты все время спрашиваешь меня об этом, - она выдержала его взгляд. - Этого достаточно, чтобы девушка стала сомневаться.

Жесткий взгляд на его лице не изменился.

- Просто проверяю. Ну же. Каток в том направлении.

Она хотела рассказать ему о своем маленьком прозрении в ситуации с Ноем, что они не виноваты в том, как он их воспитал, ни один из них, но не было времени. Поэтому она только кивнула.

Он потянулся к ее руке, переплел свои пальцы с ее, как будто это было самым естественным в мире, вгоняя ее в небольшой шок. Это было интимно, в каком-то смысле значимо, и часть ее насторожилась. Но ей не хотелось отрывать свою руку от его, поэтому она не стала, наслаждаясь теплом его пальцев, обнимающих ее, позволяя ему вести ее к катку.

Она сразу решила, где встретиться с Де Сантисом, еще раз кивнув своему стеклянному снежному шару и Ною. И это было хорошее место, очень людное, с кучей людей, которые толпились вокруг, наблюдая за фигуристами.

Когда они подошли к перилам, опоясывающим каток, несколько человек расступились, освобождая им немного места.

Вэн убедился, что она ближе всех к перилам, и встал позади нее, заслонив своим массивным телом от толпы.

Она была уверена, что этот его жест был инстинктивным, и, возможно, это должно было раздражать ее, но она чувствовала обратное. Как будто о ней заботились, что еще больше взволновало ее.

Не приближайся к нему. Он не даст тебе того, чего ты хочешь.

Да, она знала это, и ей не было никакого дела, потому что она ничего не хотела от него. Или, по крайней мере, она уже получила то, чего хотела. Кроме того, он мог быть великолепным и оберегающим, мог доставить ей удовольствие, о котором она даже не мечтала, но во многом он был похож на Ноя. В нем была какая-то сдержанность, как будто ей никогда не позволят зайти далеко, и это было то, чего она определенно не хотела.