Это была простая темно-синяя толстовка.

- Надень ее, - приказал он. - И надень капюшон. По крайней мере, он скроет твое лицо.

Под отчаянное биение сердца она почувствовала, как тугой, холодный обруч внутри нее ослабевает, впуская струйки тепла. Тепло, которое не имеет ничего общего с сексуальным напряжением и всего, что связано с пониманием реальности.

Чувствуя себя неуютно и не желая и дальше думать об этом, Хлоя сбросила свою кожаную куртку и натянула толстовку. Она была огромной, полностью поглощая ее, и пахла им. Она обнаружила, что хочет укутаться и зарыться в нее лицом, как ребенок в любимое одеяло.

Она безнадежна. Она уже поняла это.

Хорошо, признание того, что он был сексуален и что ей нравилось, как он пахнет, не делало ее «потерянным делом». В любом случае, она не собиралась что-либо делать с этим, даже если бы она знала, что он также ощущает что-то подобное. Он был ее приемным братом, и даже если она никогда не думала о нем по-братски, он все равно оставался им.

Вэн критически посмотрел на нее, затем протянул руку и натянул капюшон вниз, чтобы затенить ее лицо.

- Так сойдет. Тогда пошли.

Они оба вышли из машины, и она ждала на тротуаре, пока он запрет двери. Затем она последовала за ним, прямо к старомодному бару, к которому они подъехали.

Снаружи висела табличка с надписью «Пивная У Лео», и, когда она вошла внутрь за Вэном, на нее обрушился шум голосов множества мужчин, перекрикивающих друг друга и запах пива, пота и старого сигаретного дыма.

Там было полно людей, большинство из которых были в форме. Она не узнала форму, но подумала, что парни в белых головных уборах, скорее всего, из Военно-Морского Флота. Тут и там было несколько женщин, некоторые в форме, но в основном это были парни.

Все уставились на нее и Вэна, когда они вошли, большинство взглядов было направлено на Вэна, прозвучало больше, чем несколько насмешек, когда парни заметили его костюм. Вэн, казалось, не обращал внимания на эти взгляды, пока шел к задней части бара, но Хлоя обнаружила, что они раздражают ее. Она не знала, что это было, так как ясно, что Вэну было все равно, смеялись ли люди над ним или нет, но это раздражало ее. Они не знали, кто он? Вероятно, он мог бы уничтожить их всех один — даже со связанной за спиной рукой.

Она посмотрела на группу моряков, открыто ухмылявшихся, а затем на другую группу, которая выглядела как солдаты. Не то чтобы они обращали на нее внимание, но все же. Ей это не нравилось.

В конце концов Вэн остановился у столика, где сидела пара знакомых парней, и внезапно она забыла про ухмылки. Один из мужчин встал, и его рост, короткий черный ирокез и разноцветные глаза нельзя было ни с кем перепутать.

- Хлоя? - грубый, хриплый голос Вульфа был полон удивления. - Это ты?

Значит, они не знали, что она здесь. Почему Вэн не сказал им?

Она бросила на Вэна взгляд, но выражение его лица было таким же: твердым и нечитаемым, как гранит.

- Эй, Вульф, - сказала она, когда стало очевидно, что Вэн не собирается говорить, подходя к Вульфу и импульсивно обнимая его. - Да, это я. Я знаю, прошло много времени.

- Да, черт, это действительно так, - Вульф отступил на шаг, оглядывая ее сверху вниз. - Ты стала больше, чем была раньше.

Она почувствовала тепло на щеках.

- Ну, мне было всего тринадцать, когда ты уехал, так что я надеюсь, что подросла.

Усмешка Вульфа смягчилась.

- Правда, не очень сильно. Ты все еще маленькая.

Хлоя покраснела сильнее, что раздражало. У нее всегда было особое отношение к Вульфу, так как он был ближе всего к ней по возрасту, и она помнила, как бегала за ним, приставала, чтобы он поиграл с ней, когда ей было четыре или пять лет. Он иногда сдавался, но по мере того, как они становились старше, он все меньше и меньше интересовался своей младшей приемной сестрой и больше тем, что делали его старшие приемные братья.

- Привет, Хлоя, - глубокий, холодный голос Лукаса не изменился, но в его серебристо-голубых глазах не было резкости. Он встал и кивнул ей, но он был не тем человеком, который поощрял физические прикосновения, поэтому она не потрудилась обнять его, вместо этого довольствовалась улыбкой.

- Эй, Лукас, - сказала она, стараясь не чувствовать себя неловко. - Я тоже рада тебя видеть.

Так всегда было с ее приемными братьями. Иногда они казались менее похожими на мальчиков, с которыми она выросла, и более похожими на старших кузенов, которых она едва знала.

Хотя она знала Вэна.

Она не могла не взглянуть на Вэна еще раз из-под капюшона. Он стоял рядом с ней, высокий, широкий и пугающий даже в своем костюме. Он излучал угрозу, как будто бросал вызов всем посетителям бара, включая двух его братьев.

Это не должно было вызвать у нее сухость во рту, но так и произошло. Как будто ей действительно нравилась мысль о том, что он злой и опасный, как ад.

Ей нравилось, что он защищает ее.

Хлоя почувствовала, что снова начинает хмуриться, потому что откуда, черт возьми, взялась эта мысль? Она никогда не была девицей в беде, не считала себя таковой, и ей не нравилось, когда ей указывали, что делать. Так почему, черт возьми, она хотела, чтобы Вэн защищал ее?

И все же она не могла перестать думать о том, как он перепрыгивает через парапет здания в тот момент, когда ему показалось, что кто-то наблюдает за ней. Он двинулся без колебаний, потянувшись за пистолетом, ее безопасность была для него самым важным в тот момент.

Да ладно, она не может сказать, что ей это не понравилось.

Что-то сдавило все внутри нее, холодный обруч ослаб еще немного, и у нее появилось странное желание подойти к нему поближе. Что, естественно, было смешно.

- Итак? - Вульф, который тоже был в костюме, раздраженно потянул за простой черный галстук на шее, расстегнул пару пуговиц на деловой рубашке и снова сел. - Что, черт возьми, происходит, Вэн? Разве сегодня мы не разобрались со всем этим дерьмом компании? А что случилось с Хлоей? Что она здесь делает?

Вэн вытащил стул и жестом пригласил Хлою сесть, прежде чем сесть рядом с ней.

Лукас тоже сел, откинувшись на спинку стула и скрестив руки на груди. Он тоже был в костюме, с серебристо-голубым галстуком, повторяющий цвет его глаз. Хлоя обнаружила, что уставилась на него, так как он был почти до смешного красив. И все же в нем было что-то холодное, что-то очень сдержанное, что не давало ему быть абсолютно горячим.

Он не был похож на Вэна, это точно. У него не было грубого тепла Вэна или золотого блеска в глазах, намека на что-то более дикое под всей его внешностью.

Какого черта она сравнивает своих приемных братьев друг с другом?

Черт. Хорошая мысль. Почему? Ее не тянет ни к Лукасу, ни к Вульфу точно так же, как…

Что? Как тянет к Вэну?

Ладно, конечно, ее тянуло. Когда она была маленькой девочкой, и он потянулся, чтобы посадить ее на пони. Когда он позволял ей брать себя за руку каждый раз, когда возвращался домой в отпуск, и следовал за ней, когда она тащила его в конюшню. Когда он улыбался ей, как никто другой.

Но теперь она не была маленькой.

Но ее все еще тянет к нему, не было смысла отрицать этого.

- Речь не о компании, - проговорил Вэн, его голос окутал ее и сделал очень трудным воспринимать действительность.

- Ты хочешь знать, почему Хлоя здесь? Угадай, что было в моем чертовом письме

Все три брата вдруг замерли, наступила тишина.

- Хлоя в опасности, - продолжил Вэн, когда никто ничего не сказал. - Старик хотел, чтобы я ее защищал.

* * *

Выражение лица Лукаса не изменилось, хотя взгляд его стал острее. Вульф, с другой стороны, свирепо нахмурился.

- Какого черта? – потребовал он. - Что значит «в опасности»?

Вэн чувствовал, что Хлоя сидит рядом с ним, закутанная в голубую толстовку, а ее темные глаза блестят в тени капюшона.

Он не должен был приводить ее в этот чертов бар. Вряд ли у Де Сантиса был кто-то, кто мог бы ее заметить, но он не хотел рисковать. Пока она не схватила его за руку и не сказала, что это касается ее жизни и что она хочет участвовать в обсуждении. Она выглядела такой свирепой, напоминая ему о том дне на горе, когда он мчался за ней к дому. Какой она была живой и свободной. Какой дикой. И насколько это взывало к чему-то темному и неконтролируемому в нем. Мощная комбинация. Чертовски смертоносная.

Он ощущал ее руку на своей руке, тепло ее прикосновения, давление ее пальцев. То, как близко она сидела к нему. Может быть, это были остатки адреналина, который бурлил в нем, или, может быть, это была она, но все, о чем он мог думать, это то, что, если бы он немного наклонился вперед, он мог бы впиться в эти ее изящные губки, попробовать эту дикость.

К счастью, у него был самоконтроль на уровне высшего мастерства, и он смог сдержать себя. Он все еще не думал, что приводить ее в бар было хорошей идеей, но он не мог отрицать тот факт, что она была права — когда они будут обсуждать ее жизнь, она должна быть здесь. Кроме того, казалось совершенно очевидным, что остаться в машине и спорить с ней - это путь к катастрофе.

- Де Сантис, - коротко сказал Вэн, переходя прямо к делу. - Он нацелился на нее.

- Черт возьми, - пробормотал Вульф.

- Откуда ты знаешь? - тон Лукаса был резким.

- Как я и сказал, - Вэн встретил его взгляд, - это было в моем письме. Папа сказал, что в случае его смерти де Сантис нападет на Хлою.

- Почему? - Лукас откинулся назад, не отрывая взгляда от Вэна.

Что, черт возьми, случилось с его средним братом? Потому что что-то было, это точно. Вэн все еще помнил реакцию Лукаса на свое письмо, разорвав его на мелкие кусочки, выражение его лица было жестким, неподвижным.

С другой стороны, сейчас не время для этого, не тогда, когда ситуация с Хлоей должна быть решена, и быстро.

- «Почему» не обсуждается, - сказал Вэн, закрывая эту тему, так как не хотел вести этого разговора прямо сейчас. В какой-то момент ему придется рассказать об этом братьям, но не сейчас. - Все, что имеет значение, это то, что он нацелился на нее, и что он знает, что она здесь, в Нью-Йорке, и остановилась в папином особняке.

- Что? - Вульф наклонился вперед, упершись локтями в стол. - Как он догадался об этом? Если ты знал, что она в опасности, разве ты не был готов…

- Это я виновата, - неожиданно перебила Хлоя, и ее тихий голос прервал грубый выпад Вульфа. - Вэн сказал мне не выходить на улицу, но мне не нравится быть взаперти. И был сад на крыше и…

- Кто-то увидел тебя, - закончил Лукас, переводя ледяной взгляд с Вэна на нее. - Мудрый шаг.

В голосе его брата была саркастическая нота, которая неожиданно заставила Вэна встать в стойку и он обнаружил, что хочет приложить кулаком прямо в красивое лицо Лукаса. Господи, почему этот придурок так разговаривал с Хлоей? Да, она подвергла себя риску, но она не знала, что кто-то будет следить за ней. То, что он сам был зол на нее из-за этого, не имело ни малейшего значения. Одно дело - злиться на нее, совсем другое - на кого-то другого, даже на собственного брата.

Хлоя открыла рот, чтобы, без сомнения, сказать Лукасу, что она думает об этом конкретном заявлении, но поскольку это, вероятно, приведет к полномасштабному спору, Вэн решил пресечь его в зародыше.

- Оставь ее в покое, - приказал он, прежде чем Хлоя успела заговорить, встречая ледяной взгляд Лукаса своим, не менее ледяным. - Она не знала, что за домом будут следить, и я должен был быть честнее с ней об угрозе, в которой она находилась.

Глаза Лукаса слегка расширились, как будто его удивила агрессивность тона Вэна. Но что было очень плохо, это то, что Вэн не успокаивался. Безопасность Хлои была первоочередной задачей, и споры о том, кто виноват, никому не помогут.

- В любом случае, что Хлоя должна была или не должна была делать, не имеет значения, - коротко продолжил он. - Важно то, что Де Сантис знает, что она здесь, и я уверен, что теперь, когда он это знает, он собирается сделать шаг. Это значит, что мне нужно доставить ее в безопасное место, где он не сможет ее найти.

В этом-то и была проблема: у него не было ничего другого, кроме дома в Нью-Йорка. Отец предложил ему приобрести собственное жилье в городе «для инвестиций», но Вэн не заинтересовался. Он всегда думал, что, когда уйдет в отставку, вернется на запад, в Вайоминг, на ранчо, потому что в душе он не был городским мальчиком. К сожалению, ему некуда было отвезти Хлою. По дороге к «У Лео» он прокрутил в своей голове несколько сценариев, например, вывезти ее из города, но ему нужно было быть здесь, чтобы справиться с угрозой захвата Тейт Ойл, не говоря уже о назначении нового генерального директора для управления компанией, пока он будет на своей службе. Он не мог просто уйти и уж точно не тогда, когда необходимо было найти способ нейтрализовать угрозу для Хлои. Все это означало, что он должен был найти где-то на Манхэттене такое место, чтобы держать ее в безопасности и подальше от Де Сантис, пока он будет решать все свои многочисленные проблемы.

Вульф пробормотал что-то себе под нос.

- Я бы с удовольствием помог тебе, брат, но завтра я возвращаюсь на базу.

Волна шока прокатилась по Вэну, хотя он не мог сказать почему. Вульф всегда намеревался вернуться, как только выяснятся юридические детали, связанные с компанией. Что бы ни было в его письме, этого явно было недостаточно, чтобы удержать его в Нью-Йорке. Вульф задержался и присутствовал на заседании совета директоров, как велел Вэн, и теперь его здесь ничего не держало.

Может быть, он ревновал. Он бы был тоже не прочь вернуться на базу.

Черт, конечно, он тоже хотел этого. Но он не вернется туда, пока не назначит нового генерального директора и не разберется с угрозой, которую де Сантис представлял, как для компании, так и для Хлои.

- Отлично, - отрезал он. - Ты выполнил свой долг. Возвращайся назад если это то, что тебе нужно. Но моя миссия здесь не закончена и я не уйду, пока не доведу все до конца.