После обсуждения мелких деталей предстоящего вечера, Воэн вытащил свой телефон и набрал номер.

— Аудиопроверка через пять минут.

Хаксли положил портфель на выбранный столик, и оба агента, выжидательно улыбаясь, посмотрели на Брук. Она непонимающе взглянула на Кейда.

— Я что-то должна сказать?

Он наклонился к ней ближе.

— Настал тот неловкий момент, когда я должен попросить вас уйти, дабы Воэн и Хаксли смогли установить свою особо-секретно-агентскую штуку.

В ответ Брук вопросительно подняла бровь.

— Вы просите меня уйти? Это ресторан моей компании.

— И все же я прошу вас уйти.

Она помолчала, видимо обдумывая парочку язвительных ответов, затем — неожиданно — уступила.

— Постарайтесь не выглядеть таким довольным, Морган. Если понадоблюсь, я в своем кабинете. — С этими словами Брук развернулась на каблуках и направилась в сторону лестницы.

Кейд поймал себя на том, что смотрит ей вслед. «Морган» значит. Можно ли это считать прогрессом?

***

Чтобы как-то убить время, Брук села за стол и открыла почту. Она получила новое сообщение от Яна — он отменял их еженедельный ланч в четверг, потому что возникли важные «директорские» дела. Иными словами, собирался играть в гольф.

Брук набрала ему быстрый ответ, сообщив новые подробности о спецоперации, о которой она рассказала в пятницу, сразу после встречи с Кейдом и его командой.

Где-то через полчаса, когда Брук все еще продолжала разбирать письма, ее прервал стук в дверь. Она оторвалась от компьютера и увидела Кейда Моргана, стоявшего у двери — его кобальтовые глаза, густые темные волосы и идеально сидящий на поджаром теле темно-серый костюм, в котором он выглядел изысканно и уверенно. Брук еще раньше заметила — сегодня Кейд оделся не так строго. Он отказался от галстука, а две верхние пуговицы на рубашке оставил расстегнутыми.

Очень даже неплохо. Брук прокашлялась.

— Мы закончили, — доложил Кейд.

Она взглянула на часы в компьютере.

— Быстро.

— Парни хорошо знают свое дело.

Это точно. «Надеюсь, ты тоже знаешь, что делаешь, Брук». Впервые с тех пор как Могущественный Морган появился в ее офисе, она ощутила беспокойство. Всё уже установлено и готово к действию, значит, теперь настала ее очередь. До сих пор это казалось достаточно простым и, честно говоря, немного волнующим и даже захватывающим — убедиться, что Сандерсон на месте, поблизости разместить Хаксли с его фальшивой девушкой, обменяться парочкой колкостей с Кейдом — но внезапно всё стало реальным. Она участвует в федеральной спецоперации. И хотя Брук считала себя умной деловой женщиной, умеющей вести переговоры, но понимала — роль особого агента не ее конек. И сейчас несколько людей — черт возьми, да в принципе каждый житель штата Иллинойс заслуживает честных политиков (она все-таки подозревала сенатора в коррупции, несмотря на туманные объяснения Кейда) — рассчитывают на нее.

Никакого давления, ага.

— Отлично, — подытожила Брук нарочито радостным тоном. Нервничает она или нет, Кейд не должен заметить ее слабость. Для мистера Моргана, исключительного прокурора, все эти интриги и драмы наверняка давно уже стали обычным делом. — Я только возьму свои вещи.

Она собрала портфель, пытаясь игнорировать тот факт, что Кейд наблюдает за ней.

— Черт! Мне еще нужно закрыть офис и ресторан.

Брук повернулась обратно к столу, одной рукой держа портфель, а другой — роясь в нем.

— Ключи, ключи… они точно были здесь.

Она взяла запасной комплект у вице-президента по безопасности и видела их в последний раз… где-то.

Внезапно Брук почувствовала, как Кейд прикоснулся к ее руке.

— Эти? — Его кобальтовые глаза весело заблестели, когда он зазвенел ключами, висящими на ее пальце.

«Вот черт». Все это время она держала их в руках.

— О… Спасибо, — сконфуженно выдавила Брук, и мысленно сделала пометку дать себе хорошую взбучку, как только окажется одна.

Кейд склонил голову, изучая ее.

— Вы нервничаете из-за сегодняшнего вечера. — Он не спрашивал, просто озвучил факт.

Брук покачала головой.

— Нет. — И тут же заметила его всепонимающий взгляд. — Хорошо. Возможно, чуть-чуть. Если бы вам пришлось заключать сложную мультимиллионную сделку, о которой узнали меньше, чем за сорок восемь часов, как бы вы поступили?

— Надрал бы задницу.

Временами ей очень хотелось хорошенько его встряхнуть.

— Клянусь, Морган, вы, возможно, один из самых несносных юристов, которых я когда-либо… — Брук резко замолчала и взяла себя в руки.

Правило номер один любого делового соглашения: не позволять сопернику увидеть свои чувства.

— Я закрою. — Она указала рукой на дверь. — Вы можете идти.

Он, казалось, с трудом сдержал свою «какая-же-ты-забавная» ухмылку.

— Я вас провожу.

«Просто чудесно».

— Как вам угодно.

Они молча, бок о бок, прошли через пустой офис, явно ощущая повисшее между ними раздражающее надоедливое волнение, такое же, как при первой встрече.

Брук закрыла дверь, ведущую к офисам компании, и обернулась.

— Благодарю вас, мистер Морган. Ресторан я закрою сама.

Кейд вытащил из кармана брюк бумажник, достал визитку и протянул ей.

— Здесь мой номер телефона. Хотя Хаксли и будет сегодня в ресторане, но если что-то пойдет не так, или у вас возникнут проблемы — позвоните мне. Я буду в микроавтобусе с Робертсом. — Его взгляд немного смягчился. — Если хотите знать, я тоже поначалу волновался из-за этой спецоперации. Обычно мне приходится работать со свидетелями, которые добровольно соглашаются надевать на себе прослушку, что намного проще. Поэтому, когда Хаксли и Воэн пришли ко мне с предложением прикрепить жучок под столик в ресторане, я сомневался, что нам это удастся. Особенно, учитывая необходимость привлекать к операции гражданских.

— И вы говорите об этом только сейчас?! А что же молчали на нашей встрече в пятницу?

— Тогда я уже не сомневался. — Их взгляды пересеклись. — Потому что десять секунд спустя после знакомства с вами, понял — всё получится. — Кивнув на прощание, он повернулся и пошел к лифтам.

Брук стояла, не в силах пошевелится, потому что все резервы мозга ушли на осмысление того факта, что Морган сделал ей настоящий комплимент. Какое необычное утро!

Держа ключи в руке, она направилась закрывать ресторан. Повернув за угол, мельком оглянулась через плечо и увидела Кейда, шагающего в противоположном направлении.

Он тоже оглянулся, и их взгляды встретились. Мгновенье спустя оба отвернулись и разошлись в разные стороны.

***

Кейд подошел к лифтам, около которых стояли Хаксли и Воэн.

— Полагаю, теперь мне бессмысленно просить у Брук телефончик, — схохмил Воэн.

— Не понимаю, о чем ты, — отрезал Кейд, заходя в открывшийся лифт.

— Ну конечно, — лукаво улыбнулся Воэн и вместе с Хаксли последовал за ним.

Как истинные мужчины они не стали развивать эту тему.

Глава 7

Стоя возле бара в обеденном зале «Согны», Брук думала о том, что ей даже понравилось заниматься подготовкой к спецоперации.

Она уже обрисовала ситуацию и старшей официантке Рошель, и менеджеру Патрику. О предстоящем вечере Брук сообщила в шутливой форме, сказав, что сегодня ожидаются «особые гости», которых нужно посадить на специальные места, и указала на подготовленные для них столики, при этом выразив надежду, что погода на улице не испортится, и гости смогут насладиться чудесным видом из окна. Ведь она позаботилась об этом лично. Забавно, не так ли?

Под конец Брук одарила их своим самым жестким а-теперь-проваливайте-и-не-задавайте-лишних-вопросов взглядом. Потому что, возможно, она не так хороша в спецоперациях, как ей хотелось бы думать, но всё равно должна выполнить свою задачу.

С тех пор прошел час. За это время появился агент Хаксли вместе с симпатичной рыжеволосой напарницей на свое так называемое «свидание». Не хватало только последнего и самого важного кусочка в пазле: Турино и Сандерсона. Как только они придут и сядут, куда надо, все пойдет как по маслу.

— Извините, Брук. У нас проблемы.

А может, и нет.

Брук повернулась и увидела перед собой Рошель.

— Что случилось?

— Пара за столиком двадцать восемь недовольна своим местом. Я пыталась их успокоить, но они заметили свободный столик у окна, зарезервированный для мистера Турино, и теперь хотят сесть туда. Я им объяснила, что он заказан, а они потребовали позвать менеджера. — Рошель перевела дыхание и тут же предложила решение проблемы: — Патрик уже в курсе. Через несколько минут освобождается еще одно место у окна — посетители сейчас оплачивают счет. Так вот, он хотел узнать, можно ли пересадить ту недовольную пару за понравившийся им столик, а для мистера Турино оставить освободившийся. Еще только десять минут восьмого, официанты успеют подготовить новый столик до прихода ваших гостей.

При обычных обстоятельствах такое решение стало бы вполне приемлемым, и все бы остались довольны. Если бы не одна малюсенькая, крошечная проблема: фэбээровский жучок окажется слишком далеко от того места, где будет сидеть Сандерсон и Турино.

Заметив нахмуренное лицо Брук, Рошель торопливо отыграла назад:

— Хотя, я уверена, Патрик может сказать им, что все столики заняты. Ничего страшного.

Брук не сомневалась, что старшая официантка и менеджер справятся с возникшей проблемой — они хорошо знали свое дело. Но она случайно втянула их в это, ничего не объяснив, и к тому же сама хотела всё уладить прежде, чем таинственный «зарезервированный» столик привлечет слишком много внимания.

— Все в порядке. Скажи Патрику: я сама поговорю с той парой.

— Правда? — переспросила Рошель.

Брук прекрасно понимала, почему старшая официантка так удивилась. Будучи главным адвокатом, она, вероятно, считалась вторым человеком в компании после Яна. И занималась делами на корпоративном уровне, тогда как каждодневные вопросы в ресторане решали менеджеры. Только в крайних случаях — когда возникала вероятность появления юридических проблем — Брук могла вмешаться. Поэтому сегодняшняя добровольная помощь с ее стороны выглядела странно. Но так уж получилось.

— Да, не волнуйся. Я всё улажу, — пообещала она, взмахнув рукой.

Рошель озадаченно замолчала, затем смятение на ее лице сменилось любопытством. Официантку озарило — что-то происходит. Заметив проблеск понимания в ее глазах, Брук посмотрела на нее пристальным взглядом: да, что-то происходит. Но будучи вторым человеком в компании, она не обязана ничего объяснять.

Секунду спустя Рошель понимающе кивнула.

— Как скажете.

После чего Брук направилась к лестнице, ведущей на второй этаж. Недовольная парочка может жаловаться сколько угодно, но они все равно не получат столик Сандерсона. Она, Брук Паркер, пять минут как обзаведшаяся навыками работы под прикрытием, об этом позаботится.

Внезапно Брук остановилась и повернулась к Рошель.

— Эм… а какой из столиков двадцать восьмой?

***

Наверху она сразу же заметила Хаксли, приветливо болтающего со своей мнимой девушкой. Они сидели всего лишь в нескольких футах от столика двадцать восемь. По его виду, она сразу поняла — он в курсе происходящего. Увидев ее, Хаксли с облегчением вздохнул.

Направляясь к недовольным клиентам, Брук хотела одного — как можно скорее разрешить эту ситуацию. Турино и Сандерсон ни в коем случае не должны стать случайными свидетелями их дискуссии по поводу столика, зарезервированного якобы специально для них. Вне всяких сомнений, это покажется им очень странным. Они, скорее всего, испугаются и точно не станут разговаривать о тех своих темных делах, о которых так хотят услышать Кейд с агентами. И для Брук секретная спецоперация закончится большим разочарованием, ведь она не сможет — как планировала — в туманном будущем рассказать о дне, когда была главной участницей федерального расследования.

Поэтому, подойдя к столику номер двадцать восемь, она натянула на лицо улыбку и представилась:

— Добрый вечер. Меня зовут Брук. Рошель сказала, вы хотите поговорить с менеджером?

Разумеется, умолчав о том, кем работает на самом деле.

Недовольные клиенты оказались совсем не такими, какими она их себе представляла. Учитывая высокие цены, львиную долю посетителей «Согны» составляли богатые и капризные люди. И, честно говоря, Брук именно такую состоятельную пару и ожидала: возможно, вульгарный банкир, с часами за тридцать тысяч долларов на одной руке и с разодетой в «Гуччи» молоденькой женушкой в другой (не то чтобы она мыслила стереотипами), разобидевшийся из-за того, что не получил самые лучшие места в ресторане.

Но за столиком Брук увидела мужчину и женщину в возрасте около пятидесяти, не в «Гуччи» и совсем не вульгарных. Наоборот, они выглядели немного смущенными.

— О, спасибо вам. У нас всё хорошо, — приветливо сказала женщина, бросив при этом укоризненный взгляд на мужчину, сидевшего напротив. — Мы с мужем чудесно проводим вечер. Извините за беспокойство.

Но ее супруг видимо считал иначе. Он обратился к Брук:

— Видите ли, просто…

— Милый, перестань. Уверена, у девушки и без нас полно забот, — прервала его жена, улыбаясь.

«О, всего лишь нужно помочь ребятам из ФБР схватить сенатора. Ничего сложного».

— Не беспокойтесь. Я так понимаю, вы хотите пересесть за столик у окна?

— Да, потому что я договаривался об этом еще два месяца назад, — сказал мужчина, игнорируя взгляд жены. — Что? Она сама спросила. — Он снова повернулся к Брук. — Когда я бронировал столик, то специально отметил — у нас особый вечер, а в «Трибьюн» я читал, что у вас…

— То была «Сан-Таймс», — перебила его супруга.

— Мы не получаем такую газету.

— Получаем. Нам предложили на нее бесплатную месячную подписку.

Ее муж минутку помолчал, обдумывая услышанное, затем обратился к Брук.