— Есть связь с поверхностью? — спросил адмирал Киран.
Вокс-офицер покачал головой.
Киран чинно зашагал по мостику «Азимута», направляясь к Маскару и лорду-милитанту Хету. Последний перебрался к ним со своего корабля, когда флотилия подкрепления вышла к точке десантирования.
— Стало быть, мы их потеряли, — произнес Маскар. — И спускаться вслепую в этот хаос — чистой воды безумие.
Хет взглянул на него:
— И все же тебе придется привести своих людей в боевую готовность, поскольку именно это вам, скорее всего, в самом скором времени и предстоит. Мы не можем бросить Имперских Кулаков гнить на этой планете.
— Сэр, с чего вы взяли, что хоть кто-то из них вообще еще жив? — поинтересовался Маскар. — При всем уважении, взгляните на экраны. Вы же сами видите: это пустая затея. В том ужасе, что обрушился на Ардамантуа, не мог уцелеть никто. Даже их чертов флот не справился.
— Дадим им еще пять часов, — сказал Хет. — Это мое решение. Пять часов. А потом пошлем новую разведывательную группу. Первое же, что сделает Дневной Свет по высадке, так это установит коммуникатор или оставит какой-нибудь сигнал.
Маскар покосился на Кирана. Командиры Флота и Гвардии друг друга открыто недолюбливали, но сейчас они сходились в мыслях. Верховный лорд Хет явно рехнулся. Он, видимо, полагал Адептус Астартес бессмертными. Существовали определенные ситуации, определенные обстоятельства и определенные условия окружающей среды, в которых никто и ничто не могло бы уцелеть. Оба офицера были людьми дела, опытными вояками и прекрасно знали, насколько скверным порой оказывается положение… сидя на троне во Дворце даже трудно представить, что им доводилось видеть.
— Подведите дозорные корабли ближе! — приказал адмирал Киран своим палубным офицерам. — Пусть сбросят еще одну партию зондов большой дальности.
— Сгорят так же, как и предыдущие, — заметил Маскар.
— Какие-то могут и прорваться! — не терпящим пререканий тоном заявил Киран. — Если даже только один продержится достаточно, чтобы передать нам хоть миллисекундный отчет, это уже будет что-то. К тому же, если дозорные подойдут ближе к границе атмосферы, у нас появится шанс проникнуть глубже с помощью ауспиков и основных сенсоров.
Хет кивнул. Палубные офицеры устремились к своим постам и начали раздавать приказы.
На дисплее стратегиума было видно, как корабли приходят в движение и меняют строй, кружа над гибнущим миром. Индикаторные огни и маркеры казались солнечными зайчиками, пляшущими на поверхности топографической сетки. В нижней части огромного гололитического дисплея стратегиума бежали колонки свежих данных, порой исчезая и обновляясь. Они рассказывали об энергетических флюктуациях и состоянии планеты. Киран еще никогда не видел, чтобы какое бы то ни было космическое тело столь быстро перестраивалось и генерировало такие жуткие и противоречивые показатели.
— Отставить! — внезапно рявкнул он.
Адмирал подошел к одной из обзорных консолей, отпихнув в стороны двух сенсор-адептов и взяв управление пультом на себя.
— Что случилось? — спросил Хет.
Киран ответил не сразу. Почти весь собравшийся на мостике экипаж наблюдал за своим командиром, который раздраженно сорвал с рук перчатки, чтобы было удобнее контролировать механизмы. Его пальцы заскользили по латунным ручкам регуляторов и костяным ползункам настроек, пока он наконец, спустя какие-то мгновения, не добился желаемых данных.
— Вот.
— Я не знаю, что должен увидеть, — заметил Маскар.
— Адмирал, будьте любезны, объясните нам, — попросил Хет.
— Главное, что вижу я, — отозвался Киран. — И, уверен, мои старшие офицеры уже все поняли.
По правде сказать, большинство из них тоже ничего не понимали: лишь единицы обладали столь же многолетним опытом, сколь и Киран, и тем более мало кто был способен воспринимать потоки космологических данных с той же скоростью, что и адмирал. Но спустя пару секунд, когда тот принудительно остановил бег колонок с информацией, они тоже заметили.
— Призрак, — произнес главный ауспик-супервизор.
— Призрак, — ухмыльнулся в ответ Киран.
— Но это может быть просто дефект отображения, — сказал артиллерийский офицер.
— Или эхо, отраженное каким-нибудь обломком, выброшенным на орбиту возмущениями на поверхности, — предложил свою версию старейший из адептов-навигаторов, прогоняя те же данные через персональный наручный квантователь.
— Вряд ли, — не согласился Киран. — Думаю, это все же призрак. И притом — друга.
Хет и Маскар подошли поближе к огромному дисплею, пытаясь разглядеть то, что все, кроме них, уже видели.
— Эта точка? — спросил лорд-милитант. — Вот эта тень в нижнем полушарии?
— Да, милорд, — ответил Киран. — Сенсорий! Пусть дозорные корабли направят все свои ауспики и сети детекторов на изучение этой тени. Да и весь флот тоже. Оно того стоит. Пусть все наши сканирующие системы — хоть активные, хоть пассивные — изучают то, что лорд-командующий обозначил как «эта точка». Всю информацию направлять на мою консоль.
— Но что это? — спросил Маскар.
— Корабль, дорогой мой адмирал, — сказал Киран. — Кто-то из наших.