Следуя по линии фронта все дальше на север, мы, читатель, приблизились к Ленинграду. Ему, многострадальному и небывало героическому, тоже помог Сталинград. Не будь скованы основные силы гитлеровцев боями на Волге, едва ли удалось бы прорвать блокаду. Гитлер, несомненно, перебросил бы туда массу самых боеспособных войск. Он ведь все 16 месяцев, что был Ленинград в кольце, не переставал грозить городу полным разрушением, а ленинградцам — поголовным истреблением. И если бы мог, фюрер сдержал бы свое черное слово.

Мал был участок, на котором враги вышли к Ладожскому озеру, — шириной всего 12–15 километров. Такое-то расстояние отделяло Ленинградский фронт от Волховского фронта, Ленинград от Большой земли. Но этот участок, шлиссельбургско-синявинский выступ, был превращен врагом в прочнейшую преграду. Подобных укрепленных полос нашим войскам еще не приходилось прорывать. Лес. Торфяники. На песчаных взгорках орудийные и пулеметные доты. Вкопанные в землю танки — доты бронированные. Траншеи, ходы сообщения. Между опорными пунктами валы из деревьев и земли, облитые водой и заледеневшие на морозе. А еще — ряды колючей проволоки. И минные поля. Ко всему этому надо добавить амбицию гитлеровцев, не хотевших отойти от Ленинграда, и боязнь сдаваться в плен.

«На Неву за водой», «На постах», «В очаге поражения». Литографии А. Пахомова.

Медаль «За оборону Ленинграда». Учреждена в декабре 1942 г. Ею награждено около полутора миллионов человек.

Командующий 2-й ударной армией Волховского фронта генерал В. 3. Романовский вспоминал о прорыве блокады: «Фашисты сопротивлялись яростно. 18-я дивизия взяла в плен всего лишь 12 солдат, 372-я — 28, а уничтожили они более 2 тысяч гитлеровцев… На четырехкилометровом участке, где действовали 3 вражеские дивизии, гитлеровцы потеряли 36 тысяч своих солдат и офицеров, то есть по 9 тысяч на один километр фронта». Задумайся, читатель, над этими цифрами, они помогут представить в какой-то степени, как прорывалась блокада.

Утром 12 января 1943 года войска Ленинградского фронта с запада и Волховского фронта с востока двинулись навстречу друг другу. Они соединились 18 января. Блокада была прорвана. Эта весть мгновенно облетела страну нашу и мир. Она была ласточкой радости, прилетевшей к людям за две недели до известия о Сталинградской победе.

Ленинград ликовал тихо. На бурную радость у ленинградцев не было сил. Городское радио передало тогда:

«Блокада прорвана! Мы давно ждали этого дня… Мы чернели и опухали от холода, валились от слабости с ног на истерзанных врагом улицах, и только вера в то, что день освобождения придет, поддерживала нас. И каждый из нас, глядя в лицо смерти, трудился во имя обороны, во имя жизни нашего города, и каждый знал, что день расплаты настанет, что наша армия прорвет мучительную блокаду».

Отвоеванная у фашистов земля была шириной всего в 11 километров. Но это была земля, а не вода озера. Тут же без промедления ленинградцы принялись прокладывать по ней железную дорогу и грунтовые дороги. Из Волхова в Ленинград пошли поезда, автомашины. Продолжала действовать озерная Дорога жизни, до которой теперь не долетали снаряды гитлеровской артиллерии. И в итоге в феврале 1943 года рабочие стали получать на день по 700–600 граммов хлеба, служащие — по 500, дети и старики — по 400. Нам сейчас трудно представить — много это или мало? Сейчас можно вообще без хлеба быть сытым. У ленинградцев же хлеб был основной едой. В ноябре 1942 года по рабочим карточкам выдавали 250 граммов хлеба, по всем остальным — 125.

Хотя с прорывом блокады не кончились разрушительные обстрелы, жить в городе, работать и воевать за него стало легче. И было ясно, Ленинград выстоял.

Итак, последствия Сталинградской битвы были поистине велики. Немецкий фельдмаршал Манштейн, мнение которого нам любопытно, писал о том времени: «…необходимо отметить бесспорно большой успех советских войск. Советам удалось окружить целую армию, притом самую сильную — 6-ю армию, — и уничтожить ее. Кроме того, Советы смели с лица земли четыре союзные армии, боровшиеся на стороне немецких войск… к потере войск надо еще присоединить овладение русскими всей захваченной нами в результате летнего наступления 1942 года огромной территорией с ее ресурсами».

Сотни городов и поселков, тысячи сел и деревень были освобождены в зимнем наступлении 1942–1943 годов. Наши войска продвинулись на запад на 600–700 километров. И что было особо важно, мы овладели стратегической инициативой, то есть советское командование (а не германское, как в начале войны) выбирало, где, когда, какое начать сражение. Время отступления Красной Армии кончилось. Красная Армия погнала мерзавцев с советской земли.

Советские танки в полях под Курском.