Верховный лорд Круул со своей армией медленно захватывал Полуостров Адского Пламени, закладывая крепости в бесплодных холмах. День за днем его сила росла. А’дал и его последователи в Шаттрате пристально следили за каждым шагом Легиона. Наару знал, что рано или поздно демоны доберутся до других частей Запределья. Хотя в Шаттрате собралось множество храбрецов, войско города уступало числом Легиону. И этот факт было не изменить. Во всем Запределье не нашлось бы достаточно солдат.

А’далу были нужны новые союзники, и он не мог вызвать их из Армии Света. Тогда наару обратил взор на Азерот. А’дал знал об этом мире и его героях, знал об их истории войн с Легионом. Добраться до Азерота было сложно, но возможно. Хотя Кель’тас Солнечный Скиталец и его эльфы крови частично разобрали Крепость Бурь, наару чувствовал, что осталось одно крыло, способное странствовать меж звездами и долететь до Азерота. О’рос укрылся на Экзодаре, и тот остался нетронутым эльфами крови.

Когда А’дал предложил захватить Экзодар, на опасное путешествие немедленно вызвался Велен. Он устал прятаться и чувствовал, что это его долг — хоть как-то защитить остатки своего народа от Легиона. Также ему были известны принципы работы крепостей наару.

А’дал благословил его, и Велен собрал отряд дренеев для штурма Крепости Бурь. Хотя они выдвинулись в Пустоверть тайно, им не удалось избежать бдительного ока Кил’джедена. Уже скоро он узнал об их плане добраться до Азерота.

Кил’джеден решил не мешать дренееям, хотя ему очень хотелось истребить их всех до единого. Он ненавидел Велена, тысячи лет мечтал о возможности причинить ему страдания. Но, как бы это ни было тяжело, Кил’джеден заглушил жажду крови ради достижения своей главной цели.

Конечно, в побеге дренеев и в возможном объединении их войск с государствами Азерота таился немалый риск. Но Кил’джеден верил, что возможная выгода подобного путешествия перевешивала все опасности. Если дренеи сообщат обитателям Азерота о присутствии Легиона и черных делах Иллидана в Запределье, это только вынудит их скорее вмешаться.

А как только они прибудут в расколотый мир, то объявят войну Иллидану и, сами того не ведая, положат конец его тайной кампании против Легиона, полагал Кил’джеден.

Не ведая, что находятся под присмотром своего заклятого врага, Велен и его люди отправились в отчаянный поход. Эльфы крови решили, что дренеи пришли захватить всю Крепость Бурь, так что решили оборонять всю твердыню, сильно рассредоточив свои силы. Слишком поздно они осознали, что дренеев интересовало совсем другое.

Они пробились в Экзодар, где находился О’рос, прорвавшись через оборону эльфов крови. Корабль оторвался от Крепости Бурь и исчез в магическом взрыве.

Только когда они отправились в путь, Велен понял: с Экзодаром что-то не так. Во время битвы за Крепость Бурь горстка эльфов крови все-таки успела пробраться в корабль и саботировала его, надеясь отключить. Они потерпели неудачу, но их вмешательство не прошло бесследно.

Достигнув Азерота, Велен потерял управление Экзодаром. Крепость рухнула через разлом в небесах, как падающая звезда, и ударилась о землю в отдаленной области северного Калимдора под названием острова Лазурной Дымки. Авария чуть не уничтожила Экзодар и его беспомощных пассажиров. Раненых было много, но немало дренеев выжили.

Ночные эльфы Тельдрассила увидели вспышку света в небесах и отправились на разведку. Поначалу они с опаской отнеслись к пришельцам, но вскоре поняли, что Велен и его народ не представляют угрозы. У всех них был общий враг: Легион.

От Штормграда до Стальгорна гонцы разносили вести о прибытии дренеев и положении Запределья. Альянс проголосовал принять дренеев в свои ряды и дать им кров и защиту. Решение было единогласным.

Хотя истории о тайных деяниях Иллидана и армии Легиона в Запределье встревожили Альянс, лидеры фракции были еще не готовы действовать.