В Радугани не просыпались еще даже рыбаки. Один Ярошка проснулся и пошел смотреть, что делается в мире. Человек Ярошка оказался один на один со всей Вселенной — морем, небом, горами и тишиной. Замигала от изумления лучами-ресницами утренняя звезда Венера. Так рано еще не появлялся человек Ярошка на берегу моря. Он тоже смотрел на нее изумленно. Откуда взялась над седловиной гор такая яркая зеленая звезда?

Сонно пропел петух, за ним второй. Ему ответили: день будет. На небе обозначились облачка. И уже не только серая и черная краска на земле. Можно догадаться теперь, что в мире есть зеленый цвет. В лесу раздался первый голос:

«Трр, трр, трр, трр!»

«Шш-ш-ш-шш-шш! — зашептали сердито деревья. — Ш-ш-ш-ш!» И все живое замерло: ждет, когда поднимется солнце. Что же оно медлит? И взойдет ли? Вдруг самые высокие деревья — им раньше все видно — закачались, заволновались. Они увидели! Они увидели сквозь тучи горящий глаз солнца. Потом показалось и оно само, похожее на желтую зрелую дыню. Вот оно сильно сжалось, подпрыгнуло, будто от толчка, и повисло низко над морем, опять круглое и красное, каким привыкли его все видеть. Вскрикнули кулички, затенькали синицы, еще сильнее закачались деревья. Свершилось самое важное в природе: взошло солнце.

— Ярошка, ты не спишь? Такого еще не случалось, чтобы мой сын просыпался вместе с солнцем. Вот чудеса!

Ярошка быстро обернулся.

— Мама! — воскликнул он радостно. — Я видел, как солнце поднималось из моря. И видел зеленую звезду! Я все сегодня видел!

— Молодец! — похвалила его мама. — Ты научился видеть прекрасное. Спасибо, сын. Обрадовал ты меня.

Ярошка даже растерялся от ее слов. Разве он сам устроил это прекрасное? Он только увидел его. За что ж тут хвалить? Но такая у него мама. У нее похвалы свои, особенные.

— Мне на работу пора, — сказала она. — А ты напомни Алеше, чтобы он пришел пораньше ко мне в Ароматную долину. И ты приходи. Как раз сегодня мне будет очень нужна ваша помощь.

Ярошка пошел будить Алешу, но тот уже сам проснулся и пил с бабушкой Анисьей чай во дворе под ореховым деревом. Ярошка тоже попил с ними чаю, и скоро они вдвоем пошагали к Ароматной долине берегом моря.

На берегу были люди. Это радуганские рыбаки вышли на свою работу. Одни готовят снасть. Другие тянут сети. Все ближе, ближе. Кто-то с лодки бросает мелкие камешки в сети, чтобы не выпрыгнула беспокойная рыба. И вот уже видно, как бьется и сверкает она на солнце. Удачный улов сегодня! Над сетью наклонился рыбак дядя Андрей и удивленно воскликнул:

— Ну и рыбина! Сроду такой не видал! Посмотрите только.

А это и не рыба вовсе. Это морская черепаха. Откуда явилась она сюда, странница чудесная? Из каких морей добиралась и что видела на своем пути? Стоят все, рассуждают, удивляются.

— И всегда в море загадки, — проговорил Алеша.

Дядя Андрей сказал, что передаст черепаху городскому музею. Там много всякого зверья. Пусть еще прибавится эта морская громадина. Рыбаки спрятали черепаху, чтобы она не уползла в море, и приступили к своей работе.

— Хорошего улова! — пожелал им Алеша. — Удачи вам!

Ему в ответ тоже раздались шутливые пожелания. Рыбаки знали Алешу, хоть он и приезжий человек. Ведь он с детства приезжает в Радугань на каникулы к бабушке Анисье и приходит посмотреть, как ловится рыба, да поговорить с рыбаками. Иногда они дарят Алеше редкостные раковины или другие необычные морские находки. Они знают, что Алеша студент и изучает в своем институте морскую флору-фауну, или, как говорят, жизнь растений и животных.

— Пусть себе изучает, — рассуждал дядя Андрей, — рыбаки с удовольствием помогут науке.

Наверное, Алеша с Ярошкой пробыли бы до вечера у рыбаков — интересно смотреть, как ловят рыбу. Но надо идти. Их ждет Вера Николаевна, Ярошкина мама. И они снова еще быстрее пошагали к Ароматной долине, где работала Вера Николаевна — выращивала розы. Каждое лето бывал Алеша в этой долине и все равно удивлялся каждый раз тому, что там видел. Может, это радуга подарила свои краски розам, которые там растут? Иначе, откуда взяться такой красоте!

Алые! Белые розы! Желтые! Просто оранжевые и оранжево-желтые! А вот желтовато-белые! Посмотрите только на эту красавицу — какая она белая-пребелая. Снежная королева! И сиреневые, и темно-розовые, и медно-красные. Красные просто и вишнево-красные! И еще, еще! Сколько же их!

— На свете существует двадцать тысяч сортов роз, и все они разные, — сказала Вера Николаевна.

— Двадцать тысяч?! — изумился Алеша.

— Да, — гордо подтвердила Вера Николаевна, — и все равно люди выращивают все новые и новые. И каждой дают свое имя. Вот посмотрите — желтовато-оранжевая махровая роза. Ее зовут Солейль д’Ор, или Золотое солнце. А вот Снежная королева. Вот Фердинанд с ярко-серебристыми розовыми цветками. Смотрите, какие страшные шипы у него. Такая роза защитит себя от всех. Попробуй сорви ее! А это нежно-розовая Ярославна. Рядом Глория деи, что значит «Слава миру».

Вера Николаевна показывала розы одну за другой — розы сирийские, галльские, дамасские, розы с названиями из «Тысячи и одной ночи», множество роз. И у каждой было самое поэтическое название и самое звучное.

— На свете много роз, но все равно мне хочется вырастить новую, — сказала Вера Николаевна. — Чтобы не страшен ей был сибирский холод и африканская жара. Я посадила такую розу. Не знаю, какая она получится. Думаю, что очень красивая, потому что ее родители самые красивые в нашей долине. И назову ее я Радуганской, в честь нашего поселка. Я вам потом покажу, где она растет, — пообещала Вера Николаевна. — А сейчас вот что. Ты, Ярошка, принеси мне побольше воды, а ты, Алеша, поможешь мне черенки сажать. Другому бы я не доверила эту работу, а тебе доверяю. Ведь ты же флору-фауну изучаешь. А розы — главные цветы в царстве флоры. Их нужно уметь сажать.

Ярошка побежал за водой на речку Радужницу, а Алеша начал сажать черенки. Вера Николаевна объяснила, как это полагается делать. Полагалось срезать ветку и расщепить ее на черенки так, чтобы на каждом оставался листок. Позднее из черенка вырастет роза полианта, устойчивая и к холодам и к засухе. И будет она цвести до поздней осени.

Работы в Ароматной долине много. То пришла пора черенки сажать, то надо ветки засохшие срезать, то корни роз полить холодной водой, да чтобы при этом не опрыскать цветок. То надо землю под кустами разрыхлить. Много работы, а Вера Николаевна одна. Новый директор совхоза Одуванчиков послал всех ее помощников на более важную работу, по его мнению. Он не хотел, чтоб в Ароматной долине росли розы. «От них доход малый, — говорил он, — мы лучше посадим здесь с осени лавровый лист. А розы — вырубим».

Так над прекрасными розами нависла опасность. Они еще жили, но это был их последний год жизни на земле. И, не подозревая о том, они цвели, как всегда, даже еще лучше. А Вера Николаевна, хотя и знала, что ждет ее розы, упорно выращивала новые сорта и собиралась защищать их от Одуванчикова.

— Пойдемте, — сказала Вера Николаевна своим помощникам, когда они кончили работу. — Я покажу вам теперь Радуганскую розу. Она еще не зацвела, но все равно мне вам ее хочется показать.

И они пошли в самый конец долины мимо бурбонских и чайных роз, мимо высоких, как дерево, кустов, мимо чуть поднявшихся над землей с одним цветком. Ни Алеша, ни Ярошка никогда бы не подумали, что красавица роза когда-то была обыкновенным розовым шиповником. Но Вера Николаевна сказала, что роза — создание человеческих рук. И что она любимый цветок всех народов и всех времен. В Индии так ценили розу, что даже существовал особый закон о ней. Человек, который приносил ее царю, просил все, что ни захочет. И царь исполнял его желание. А в Риме ею награждали героев. Рассказывают, что Сципион Африканский после сражения позволил победителям нести букетики роз как высшую награду и велел выбить на щитах изображение розы. Некоторые народы усыпали путь розами во время торжественных процессий.

— А я-то и не знал этого, — удивился Алеша. — Надо записать, чтобы не забыть.

Алеша всегда носил с собой записную книжку и записывал все интересное, что видел или слышал. Они подошли почти к самой речке Радужнице. Все благоухало вокруг. И каждая травинка в долине излучала свой запах. Особенно ароматны были чайные розы. Вера Николаевна их больше других любила.

— Мама, эти розы такие чайные, что здесь без чая можно пить чай. Смотри, как вкусно! — воскликнул Ярошка и сделал вид, будто и вправду пьет.

— Замечательный чай! — весело поддержал его Алеша. — Не обожжешься! Пейте воздушный ароматный чай! Пейте чай с медом! — И они наперебой с Ярошкой вдыхали медовый аромат, все сильнее и сильнее, как могли, а потом рассмеялись.

— Хватит вам чаевничать, — сказала Вера Николаевна. — Посмотрите лучше на эту розу, белую с розоватым оттенком. Про нее есть одна персидская легенда. Хотите, расскажу? Ну так слушайте! Однажды дети Флоры явились к Аллаху с просьбой. Они просили дать им нового правителя вместо сонливого Лотоса. Хоть он был и прекрасен, но управлял Флорой плохо. И Аллах дал им вместо Лотоса правительницу — белую Розу с острыми шипами. Соловей увидел белую Розу и так восхитился ее красотой, что, не переставая, пел ей песни. Он пел, склоняясь к ней все ниже и ниже, пока колючие шипы, охранявшие Розу, не вонзились ему в грудь. Соловей упал, и алая кровь из его груди оросила нежные лепестки цветка. Вот почему многие лепестки розы и до сих пор сохраняют розоватый оттенок.

Все приумолкли после персидской легенды, может, соловья жалели, а может, просто задумались. Из-за кустов показался человек небольшого роста, круглый, в огромной соломенной шляпе. Это был новый директор совхоза Одуванчиков. Он поздоровался и, вытирая со лба пот, укоризненно заговорил:

— Опять, вы, Вера Николаевна, сажаете черенки. Я предупреждал вас: мы не будем больше выращивать здесь розы. Мы посадим осенью лавровый лист.

— Здесь всегда росли розы, — спокойно сказала Вера Николаевна.

— Теперь будет расти лавровый лист, — упрямо заявил Одуванчиков и пониже надвинул соломенную шляпу, отчего показался еще более круглым. Алеша подумал, что Одуванчиков похож в этой огромной шляпе на планету Сатурн, как ее рисуют в книгах. Алеша всегда искал сравнения с разными космическими телами, потому что кроме своей флоры-фауны любил и астрономию.

— У нас крупный рыболовецкий совхоз, а не оранжерея какая-нибудь, чтобы цветы разводить, — продолжал Одуванчиков.

— Про наши розы вся страна знает, — тихо убеждала его Вера Николаевна. — Даже из северных городов нам пишут — просят черенки, чтобы выращивать у себя розы. Мы пошлем побольше черенков и просто букеты роз в другие города — вот и доход совхозу. Почему именно здесь сажать лавровые деревца? Земли у нас и так много, можно на новом месте их посадить. А розы нам в Радугани нужны. Они всем нравятся. Потому что людям нужно Прекрасное.

— А, люди обойдутся без Прекрасного. Я лучше знаю, — заявил Одуванчиков и пошел гордо, потому что считал свои слова умными и справедливыми.

— Странный человек Одуванчиков, — сказала огорченно Вера Николаевна. — Он бы всю землю засадил лавровыми деревцами, лишь бы доход ему был.

— Чудной он какой-то, — засмеялся Ярошка.

Вера Николаевна посмотрела на него и велела не вмешиваться в дела взрослых. Тот промолчал, но про себя решил, что это дело не одних взрослых. Всем нравятся розы: и взрослым и невзрослым.

— Ладно, — сказала Вера Николаевна, — не горюйте. Мы с вами все равно убережем розы, если вы согласитесь помочь мне.

Алеша с Ярошкой закричали, что они готовы каждый день приходить сюда поливать и сажать розы.

Вера Николаевна сказала спасибо своим помощникам и отпустила их домой.