Со вздохом облегчения Дейн откинулся в кресле водителя. Теперь, освободившись, он должен решить, куда двигаться. Не могло быть и речи об использовании тех ресурсов, которые могли оказаться у Блоута.
Сначала нужно спрятать машину, а потом…
Низкий громкий звук достиг ушей Дейна, непрерывно возрастая по высоте и громкости. Встревожившись, Дейн выпрямился в кресле. Для ошибок не было времени.
Звук все повышался, пока не превратился во всепроникающий вой. Не было никаких признаков механических повреждений.
Клеть-носитель скользила над пейзажем из домов и деревьев. Дейн зажал уши руками, стараясь защитить их от воя, похожего на то, как если бы все полицейские сирены города взвыли бы одновременно. Если бы клеть-носитель остановилась, он бы вышел из нее. Дейн заработал рычагами, стараясь опуститься к видневшейся далеко внизу земле.
Казалось, по мере снижения клетки звук становился все тише и тише. Дейн еще больше замедлил скорость движения и посадил носитель в уголке обширного парка. Пролетев еще несколько дюймов, он нажал выключатель.
Клеть замерла, сияние померкло, звук сирены сменила полная тишина.
Дейн вышел из машины и осмотрелся вокруг. Какова бы не была причина этого воя, он не привлек ни чьего внимания, даже пешеходов, прогуливающихся по парку.
Может быть, это был сигнал тревоги, вызванный появлением преступников? Если это так, то почему этого не было раньше? Дейн глубоко вздохнул. Есть ли звук, нет ли его, лучше вернуться в машину и перенестись в уединенное место, где он на досуге сможет обдумать все, что произошло. Он вернулся обратно и потянулся к рычагу управления.
Внезапно похолодало. Стекла приборов в клетке покрылись инеем. Раздался громкий звук «поп»! подобный звуку лопнувшей электролампочки. Сидя на месте, Дейн смотрел на радужный переливчатый прямоугольник, повисший перед клеткой-носителем. Поверхность прямоугольника пульсировала, временами свечение падало до минимума и почти затухало. В клубах морозного воздуха появилась фигура, одетая в плотно облегающую тело, белую форму.
Дейн с изумлением смотрел на небольшую круглую голову, смуглое лицо с длинным носом, на мускулистые руки, тыльные стороны ладоней которых были покрыты кудрявыми рыжевато-коричневыми волосами. Странные ноги с длинными ступнями были обуты в мягкую обувь. На голове незнакомца была одета чистая опрятная шапочка в виде коробочки, с коротким козырьком, надвинутая глубоко на сияющие желтоватым светом глаза, которые были направлены на Дейна. Широкий рот был раскрыт в улыбке, обнажившей квадратные желтоватые зубы.
— Ну, монсеньор, — сказал незнакомец, — вы оказались в неловком положении, не так ли?
Он склонил голову и колени в быстром поклоне. Говорил незнакомец по-французски.
Дейн ответил ему таким же поклоном.
— Не понимаю, — сказал он. — Я не говорю по-французски.
— Моя ошибка. Это Английский Колониальный Сектор, не правда ли? Все моя глупость. Разрешите представиться: Я — Дзекун, полевой агент пятого класса. Межмерная измерительная служба.
— Та сирена была ваша?
Дзэкун кивнул.
— На мгновение мне показалось, что вы отказываетесь приземлиться. Я рад, что вы решили быть благоразумным.
— Как, вы сказали, называется ваша организация? — переспросил Дейн.
— Межмерная контрольно-измерительная служба.
— Меж… чего?
— Мерная. Конечно, это слово не точное, но оно лучшее из того, чем обладает наше лингвистическое координирующее устройство, использующее словарный запас английского языка.
— Чего вы хотите от меня?
Дзэкун осуждающе улыбнулся.
— Вы знаете о запрещение операций на незарегистрированных кораблях с реверсионированием фазы в запретной зоне. Боюсь, вам придется пройти со мной в штаб.
— Минутку! Вы хотите сказать, что арестовываете меня?
— Это устаревший термин, но, полагаю, он означает именно это.
— Послушайте, Дзэкун. Я заблудился на улице и ничего не знаю о запретной зоне и кораблях с реверсионированием. Разрешите мне только убраться отсюда.
— Боюсь, вам придется все это рассказать Инспектору.
Дзэкун любезно улыбнулся и показал на мерцающий прямоугольник, из которого появился. При взгляде сбоку он не был виден. Дейн подумал, что он похож на отверстие в пустоте. Он взглянул на Дзэкуна.
Если он сделает шаг вперед и ударит головой слева с последующим ударом справа по ребрам…
— Я, конечно, вооружен, — извиняющимся тоном сказал Дзэкун.
— О'кей, — вздохнул Дейн. — Но я собираюсь подать протест.
— Не нервничайте, — дружелюбно сказал Дзэкун. — Только быстро пройдите сюда.
Дейн искоса посмотрел на мерцающую поверхность, оскалил зубы, закрыл глаза и сделал шаг вперед. На мгновение его охватило чувство обжигающего тепла.
Затем Дейн открыл глаза. Он находился в длинном узком помещении, стены которого были покрыты блестящим зеленым кафелем. Теплый желтый свет падал на пол и высокий потолок. Вдоль стен тянулись ряды ячеек со спальными местами.
Вокруг Дейна оживленно сновали высокие фигуры в белой форме. Вблизи от него стояла группа низкорослых и очень дородных существ в желтой одежде.
В дальнем конце Дейн мельком увидел круглоплечую фигуру в красной одежде, с большой копной волос, обрамляющей блестящее голубое лицо.
Его рука, более длинная, чем у Дейна, раскачивала зуб в открытом рту.
— Сюда, — сказал Дзэкун.
Дейн последовал за ним в помещение, отгороженные переборками от таких же помещений. В комнате за столом сидело существо, неотличимое от полевого агента, за исключением красных шнуров, намотанных на его запястья.
— Я подобрал этого нарушителя с реверсивной фазой, Гант, — сказал Дзэкун. — Английский сектор. Локус «С». 922А.
— Дайте подумать. Английский сектор? Д-да…
Сидевший встал и протянул руку.
Дейн робко пожал ее. Это была странная рука: горячая, сухая, с голубой кожей, похожая на собачью лапу. Он дважды встряхнул ее и отпустил.
— Удивительное впечатление, — сказал Гант. — Пустая рука, никакого оружия. Подразумевается дикость… — Он с любопытством взглянул на Дейна. — Замечательно. я изучил вашу линию родства, но, конечно, у меня до сих пор не было возможности увидеть ранее ни одного из ваших парней. И какая у вас кожа — поразительно. Можно мне взглянуть на ваши руки?
Дейн протянул ему свою руку. Существо взяло ее в свои пальцы, повертело, осмотрело ногти, потом подошло поближе, взглянуло в глаза Дейну, осмотрело его волосы.
— Могу я попросить вас открыть рот? — спросило оно.
Дейн повиновался. Гант осмотрел его зубы и обошел вокруг него, в удивлении мурлыча что-то под нос.
— Гмм… можно спросить? — произнес Дейн.
— И вы, люди, хотите выглядеть, как в будущем?
— Что?
Круглые желтоватые глаза прищурились, широкий рот скривился в усмешке.
— Я в этом сильно сомневаюсь, старина. — Он хихикнул. — Как вам известно, полмиллиона лет дивергентной эволюции ничего не испортили.
— Вы хотите сказать, что вы из прошлого? — брякнул Дейн.
— Из прошлого? Боюсь, я вас не понимаю.
— Не имеете же вы в виду… мы все вымрем, а вместо нас будут обезьяны? — выпали Дейн.
— Обезьяны? Дайте подумать. Я слышал о них. Некая разновидность небольших приматов, похожая на миниатюрных человечков. У вас они, наверно, живут дома, не так ли? Это очаровательно! — он с сожалением покачал головой. — Мне определенно хочется, чтобы начальство разрешило мне посетить ваш сектор.
— Но вы не путешественники во времени? — настаивал Дейн.
— Путешественники во времени? — Гант расхохотался во весь голос.
— Подрывная теория. — сказал Дзэкун. — Суеверие, религиозный предрассудок.
— Тогда каким же образом вы отсюда попали в парк?
— Портальная рама на входе, сфокусированная в нужном месте. Просто элементарная механика напряженного поля.
— Это мне ничего не говорит, — сказал Дейн. — Где я? Кто вы?
— Начнем объяснения по порядку, — сказал Гант. — Возьмите стул. Теперь, если я правильно помню, в вашем локусе существует всего лишь несколько человеческих видов…
— Всего лишь один, — вставил Дзэкун. — Эти малые выглядят хрупкими, но они — как и мы, похожи на нас.
— О да, я вспомнил этот локус, где безволосый вариант систематически охотится за другими вариантами. — Прищурившись, он осуждающе посмотрел на Дейна. — Вы не чувствуете себя там одиноким?
— Конечно, там есть несколько любопытных низко развитых форм, — сказал Дзэкун. — Фактически же они — живые ископаемые: субинтеллектуальные антропоиды. Их называют гориллы, орангутанги, шимпанзе, гиббоны и, конечно, целый спектр миниатюрных форм.
— Я полагаю, когда мутация установила превосходство одного вида, другие отступили в менее конкурирующие экологические ниши и развивались на этом уровне, — размышлял Гант. — Жаль. Я полагаю, что гориллы и другие являются дегенеративными формами.
— Возможно…
— Извините меня, — сказал Дейн, — но относительно объяснения…
— О, извините меня. Ну, начнем с Дзэкуна и меня. Мы австралопитеки. Помните, что это ваш термин. Мы — один из многих вариантов антропоидов, уроженцев обычных географических мест. Работники в желтой одежде, которых вы, несомненно, увидели, сродни вашим неандертальцам. Потом есть производные от синантропов с голубым лицом и уроженцы Родезии…
— Каким образом уроженцы отдельных мест общаются между собой? И каким образом пещерные люди дожили до наших дней?
Глаза Ганта увидели что-то позади Дейна. Он вскочил с места.
— А, добрый день, инспектор.
Дейн обернулся. Похожий на медведя австралопитек с красными лентами на воротнике и запястьях молча воззрился на него.
— Хараиф! — сказал инспектор. — Альбинизм и аллопепсия. Надеюсь, не заразно.
— Генетический недостаток, Ваше Превосходительство, — ответил Дзэкун. — Это Гомо Сапиенс, естественно. Безволосая форма из одного достаточно любопытного историко-географического места.
— Сапиенс? Кажется, будто звенит колокольчик. — Инспектор, прищурившись, взглянул на Дейна. — Ну, нет. — Он сложил пальцы в инстинктивном шифромнемоническом символе. Внезапно его голос стал твердым. — Почему здесь этот братоубийственный варвар? — Инспектор повернулся. — Он должен находится под арестом. Гант! Констебль! Вызвать сюда тяжеловооруженную группу! Этот человек опасен.
— Инспектор, я уверен… — начал было Гант.
— Это приказ! — рявкнул инспектор.
Он перешел на непонятный язык, состоящий, в основном, из команд. После этого появилось несколько самых толстых неандертальцев и попытались схватить Дейна за руки.
Дейн огляделся и увидел лишенные подбородков, большеротые, коричневые лица, резко контрастирующие с голубыми глазами и прямыми белокурыми волосами.
— Что происходит? — спросил он. — Мне нужен адвокат.
— Ничего подобного! — закричал инспектор. — Я знаю, как обращаться со злодеями вашего типа! — Он с отвращением взглянул на Дейна. — Безволосый. Кожа цвета замазки. Возмутительно! Планирование дополнительных увечий, не так ли? Подготавливаете проникновение в месторасположение цивилизаций, чтобы поглотить конкурирующую жизнь? Не правда ли?
— Я привел его сюда, инспектор, — вмешался Дзэкун. — Это было обычное нарушение уличного движения.
— Я сам решу, как поступить в этом случае! А ну, сапиенс! Что за дьявольская схема изображена на рукаве вашей куртки? А?
— Дениел Слейн, гражданское лицо, сотрудник общественной безопасности, номер 465-7329/-988, сказал Дейн.
— Что?
— Имя, должность и номер, — объяснил Дейн. — А больше я не буду отвечать ни на какие вопросы.
— Это означает уголовно наказуемое преступление, сапиенс! Незаконное прибытие из вашей среды, предумышленное нарушение закона…
— Вы забыли о моем рождение на свет без предварительного разрешения и не подтвержденное властями право на дыхание!
— Какая наглость! — зарычал Инспектор. — Я предупреждаю вас, сапиенс, что в моей власти сделать вашу жизнь неприятной. Как вы заставили агента Дзэкуна привести вас сюда?
— Ну-у, пришла прекрасная фея и предложила исполнить три моих желания…
— Уберите его! — зловеще воскликнул инспектор. — Сектор девяносто седьмой, незаселенная местность.
— Незаселенная? Это, кажется, довольно экстремальное решение, не так ли? — прокомментировал один из охранников, нахмурив брови.
— Да, незаселенная! Если вас это смущает, я могу заставить вас присоединиться к нему!
Охранник-неандерталец широко заулыбался, показывая белые зубы и кивнул Дейну, подтолкнув его вперед.
— Не горюй, Спогходо, — громко сказал он. — Он сильно постарел.
— Я сожалею о происходящем, — раздался голосок над ухом Дейна. Дейн так и не понял, Дзэкун это был или Гант. — Боюсь, что вам придется направиться к месту заключения, но я попытаюсь впоследствии исправить дело.
На обратном пути в главный вестибюль под конвоем Дейн проходил мимо разгороженных перегородками клетушек, где занятые работой агенты межмерной службы передавали начальникам последние донесения, а потом Дейн и его конвоир прошли через арку в комнату, разгороженную узкими серыми панелями и похожую на гимнастический зал.
— Девяносто семь, — сказал конвоир.
Он подошел к настенной карте и прочел отпечатанный на ней мелкий текст, помогая себе пальцем, а затем на приборе, находившемся на стене, при помощи диска-номеронабирателя набрал какое-то число.
— Мы здесь, — доложил он.
Затем он нажал на кнопку рядом с одной из кабинок, которыми были заставлены с стены помещения. Передняя панель кабинки затуманилась и стала переливаться всеми цветами радуги.
— Быстро шагайте вперед! Счастливой «посадки», — напутствовал его конвоир.
— Спасибо.
Дейн наклонил голову и прошел через отверстие в клубах морозного воздуха.
Он очутился на крутом склоне холма.
Посмотрел вниз, на изгиб луговины, уходившей вдаль, к горизонту. Были видны изолированные группы деревьев и река. Вдали маячило стадо животных, которое паслось среди низких кустов… В долине не было никаких следов судов или лодок, и вокруг никаких поселений.
На отдаленных холмах не виднелись никакие тропы, заборы, дома или возделанные поля. В бездонном голубом небе не летали никакие летательные аппараты. Никаких звуков, запахов выхлопных газов, никаких пустых жестянок из-под пива и консервов, пустых бутылок.
Ничего, что указывало бы на присутствие человека.
Дейн обернулся. Позади него все еще смутно мерцало отверстие, из которого он вышел.
Он просунул голову сквозь радужное мерцание и вновь очутился в кабинке, откуда пришел. На него смотрел неандерталец, одетый в желтое.
— Скажите, мы можем поговорить обо всем этом? — спросил Дейн.
Он игнорировал чувство раскаленной проволоки вокруг своей шеи.
— Лучше уберите голову, пока ее не отрезало, — приветливо сказал охранник. — Иначе — ссскккттт!!!
— Скажите, что мне можно здесь почитать? И поглядите — моей голове холодно. На сколько здесь падает температура ночью? Есть ли опасные животные? Чем я здесь буду питаться? — вопрошал Дейн.
— Вот.
— Вот, — охранник подошел к полочке и взял пачку книжечек-проспектов. — Они предназначены для парней без предрассудков. Вы знаете этих бедных парней, которым пришлось увидеть слишком много. Но вам я разрешу взять одну из книжечек. Давайте посмотрим. Английский…
Он выбрал одну и протянул ее Дейну.
— Спасибо.
— Лучше уберите голову.
Дейн убрал голову из кабинки. Затем сел на траву и полистал брошюрку. Она была отпечатана в ярких, веселых тонах.
На обложке стояло:
«ПРИГЛАШАЕМ ВАС В ПЕРЕСЕЛЕНЧЕСКИЙ ЦЕНТР № 23».
Ниже заголовка была помещена фотография угрюмых существ различного роста и степени волосатости в бумажных шляпах. Подпись гласила:
«ВНОВЬ ПРИБЫВШИЕ ПРИГЛАШАЮТСЯ В ВЕСЕЛЫЙ КРУГ СОЦИАЛЬНОЙ АКТИВНОСТИ. ЭЙ, ВНОВЬ ПРИБЫВШИЕ!».
Дейн открыл книжку. На фотографии был пейзаж, похожий на простирающийся перед ним, за исключением того, что вместо луга на фотографии было нечто вроде парка, лужайки которого были обрамлены беспорядочно настроенными зданиями с длинными верандами, уставленными креслами-качалками. Были видны столы для пикников под развесистыми деревьями, вдали на реке виднелись яхты, окруженные каноэ и шлюпками.
«Жизнь в общественном центре очень веселая, — прочел Дейн. — Активность! Фотографирование! Дети-скауты, мальчики-скауты, пещерные скауты, лесные скауты, ПТА, святые места, культ медведя, периодическое вращение поля. Дочери Восточной Звезды, матери Большого Банана — вы можете назвать это „Дианетика“! Группа для каждого и каждый для группы! Классы обучения разговорному урду, язык Скретч, идиш, галльский, фунду и другие. Вязание узлов, изготовление ковров, выделка изделий из кожи, обучение греческим танцам, рисование пальцами и многое, многое другое! Небольшой театр, пышное веселье! Карнавал индийских танцев! Обсуждение событий за круглым столом. Городские собрания».
Дейн перелистал несколько страниц и остановился на развороте с заголовком:
«ЧТО МОЖНО И ЧТО НЕЛЬЗЯ ДЕЛАТЬ:
Пункт 1. Если хотите уйти из нашего времени. Поэтому запомните правило Урана: не делайте этого! Следующее место может быть еще хуже!
Запомните другое табу, друзья:
Пункт 2. То, что вам кажется обычным пикником или любовной связью, может обидеть других. То, что некоторые делают в группах, другие могут рассматривать как единоличную деятельность. Большинство табу относится к еде, сексу, атавизму или поклонению божествам. Итак, запомните: осмотритесь вокруг, прежде чем садиться, ложиться или преклонять колени.
Пункт 3. Леди с бородами, пожалуйста, запомните: дружески настроенный муж может быть в составе экипажа, прочищая засорившиеся стоки, так что наблюдайте за теми, кто обнажается в туалетах, а, девочки? И вы, парни, тоже! Будьте уверены, хороших конюхов оплачивают, но ухаживайте друг за другом, как за лошадьми, в открытую, ладно?
Примечание:
Существует агитация за раздельные, но равные средства. Теперь честно, люди, в духе ли это центра № 23? Мужчины и женщины будут использовать те же отхожие места, что и всегда. Не будет допускаться никакой сексуальный шовинизм.
Пункт 4. СЛОВО К ДЕТЯМ!
На территории социального центра не разрешается никакого размножения. В конце концов, большинство пап спит здесь. Существует множество других деревьев.
Пункт 5. ПЛАТА ЗА УТОНЧЕННОСТЬ!
В эти дни все более активны, чем прежде. Персонал эффлювиума при помощи испарения ядовитых веществ может избавиться от нас раньше, чем мы заметим смертельное воздействие. И этот запах может не столь нравиться другим, как нам самим! Так что запомните, друзья! Следите за Р.Е. — мылом, одеколоном, пудрой и т. д.»
Дейн отбросил книгу в сторону. На свете существуют и более худшие вещи, чем одиночество. Все вокруг выглядело, как хорошенький приятный мир, и все это принадлежало ему.
Весь Северо-Американский континент, вся Южная Америка, Европа, Азия, Африка — места возможного приложения его сил, его работы. Он может валить деревья, построить дом, оснастить его мебелью. Он может изготовить лук и стрелы, и будет охотиться, и шкуры его охотничьих трофеев пойдут на одежду.
Он может понемногу заниматься земледелием, удить рыбу, загорать на солнце — все это за недостатком времени он не делал дома. Дела обстоят не так уж и плохо. Очевидно, Дзэкун примет меры для его освобождения. Пребывание здесь станет некой разновидностью каникул…
— Эй, Дейн, мой мальчик! — раздался бас позади Дейна.
От неожиданности Дейн подпрыгнул и осмотрелся.
Огромное лицо Блоута, прищурясь, мерцало на фоне портала. Под одним глазом красовался большой зеленый синяк. Он укоризненно погрозил Дейну пальцем.
— Это был грязный тюк, Дэйн. Мои прежние работодатели были несколько рассержены. К сожалению, должен сказать, что нам лучше убраться отсюда. У нас нет времени на долгие разговоры и даже на размышления.
— Как вы попали сюда? — спросил Дейн.
— Использовал карманное сигнальное устройство, чтобы вернуть обратно клеть-носитель… вскоре после этого. — Он коснулся подбитого глаза. — Взгляд, брошенный на приборы, сказал мне, что вы посетили парк. Я последовал за вами и обнаружил портал межмерной контрольно-измерительной службы. Будучи склонным к приключениям и заботясь о вашем здоровье, я прошел через…
— Почему же они не арестовали вас? Я был задержан за управление клетью-носителем…
— У них были такие намерения. Небольшая доза оглушающего газа — и они вышли из строя. Теперь поторопитесь, пока они не пришли в себя.
— Подождите минутку, Блоут. Я не уверен, что хочу быть спасенным вами, несмотря на вашу заботу о моем здоровье.
— Вздор, Дейн! Пойдем! — Блоут огляделся. — Страшное место! Без людей, без коммерции, без работы!
— У этого места есть свои положительные стороны. Мне кажется, я должен остаться. Можете идти своей дорогой.
— Бросить в беде коллегу? Никогда!
— Если вы все еще полагается, что я должен доставить вам машину времени, то вы ошибаетесь. У меня ее нет.
— Нет? Ну и хорошо. Гора с плеч. Такой механизм опровергал бы общепринятую теорию физики. Дейн, вы не поверите мотивам моего поведения, но я верю, что наш союз будет плодотворным.
Дейн задумчиво положил палец на нижнюю губу.
— Слушайте, Блоут. Вы нуждаетесь в моей помощи. Может быть, и вы сможете мне помочь когда-нибудь. Я хочу, чтобы вы поняли, что мы должны работать вместе. У меня есть план…
— Ну конечно, Дейн! Теперь ступите ножкой…
Дейн вздохнул и переступил портал. На полу храпел стражник, одетый в желтое. Дейн и Блоут вернулись в большой холл.
Повсюду — на полу, за столами, на стульях — валялись официальные лица МЕКИС.
Блоут остановился перед мерцающим порталом.
— После вас, Дейн.
— А вы уверены, что это тот самый портал?
— Абсолютно уверен.
Дейн прошел через мерцающую завесу и очутился в уже знакомом парке. Небольшой песик, презрительно фыркнувший на клеть-носитель, поймал взгляд Блоута, опустил ножку и принялся спасаться бегством.
— Я хотел бы нанести визит мистеру Снафайну, — сказал Дейн, взбираясь на сидение.
— Мое желание совпадает с вашим, — согласился Блоут.
Он опустился на свое место.
— Но не думайте, что я собираюсь помогать вам в краже чего-нибудь.
— Дейн, это самое несправедливое замечание. Я только хочу посмотреть на некоторые вещи.
— Достаточно того, что вы не будете заглядывать в сейфы.
Блоут хихикнул и тронул рычаг. Носитель взвился над рядами голубых деревьев и направился на запад.