— Галлахер, если вам угодно… Чарльз Галлахер…

Если когда-либо под небесными сводами жил столь ничтожный человечек, его, несомненно, звали Чарльз Галлахер.

Увидев это существо, я ощутил горячее желание раздавить каблуком сию мокрицу, смешать ее с землей, презрительно фыркнуть и бросить грязное ругательство в пасть ветру.

Тощий гном, от которого, наверное, несло кислятиной и прогорклым салом.

Какой дьявол раздобыл ему такую дурацкую шляпу, нахлобученную на голову?

Почему он завязал галстук, как Роберт Пил[2]?

Почему его голос напоминал одновременно треск сверчка и писк свирели?

— Чарльз Галлахер, к вашим услугам…

Представляясь, он покачивался на коротеньких ножках, словно его трясла лихорадка, но я сообразил, что он злоупотреблял крепкими напитками и крупно нарезанным нюхательным табаком, крошки которого пристали к его жилету в цветочек. Долг обязывает меня пересказать его отвратительную историю, но я приступаю к ней, ощущая презрение и отвращение.

Таракан, дьявольское отродье!

Его облик вызывал тошноту, ибо, казалось, человечка слепили из бледно-желтой гнойной плоти шлюх-утопленниц, извлеченных драгами между Лаймхаусом и Шэдуэллом.