Моей сестрёнке двадцать дней,

Но все твердят о ней, о ней:

Она всех лучше, всех умней.

И слышно в доме по утрам:

— Она прибавила сто грамм!

Ну девочка, ну умница!

Она водички попила —

За это снова похвала:

— Ну девочка, ну умница.

Она спокойно поспала:

— Ну девочка, ну умница.

А мама шепчет: — Прелесть!

В восторге от Алёнки. —

Смотрите, разоделись

Мы в новые пелёнки.

— Смотрите, мы зеваем,

Мы ротик разеваем! —

Кричит довольный папа.

И он неузнаваем —

Он всю цветную плёнку

Истратил на Алёнку.

Я гвоздь в сарае забивал,

И то не слышал я похвал!

Обиду трудно мне скрывать,

Я больше не могу.

И вот я тоже лёг в кровать

И стал кричать: — Агу!

Взглянул мой папа на меня,

Сказал он: — Не дури!

Ты что вопишь средь бела дня,

Как дети-дикари?

Тогда я лёг лицом к стене,

И ждал я нахлобучки.

Вдруг мама бросилась ко мне:

— Давай возьму на ручки?

А я в ответ: — Я не грудной!

Ты просто так побудь со мной.