К этому времени первая волна драконо-людей, низко летала вокруг да около теневой стены, по другую сторону каменистой дороги, оставаясь на небольшом расстоянии, пытаясь не стать мишенями. Это была большая ошибка. Как только они пролетели рядом, сплетающиеся тени бросились, словно змеи, оплетая все, до чего дотягивались. Все чего они касались, испарялось, и вскоре на берег и в болото пролился дождь из рук, ног, крыльев и даже голов.

Преследование драконо-людей резко остановилось, и женщины, и дети клана Болотного Орла хлынули на рабочую площадку. Мелаган направил их в пустое убежище, которое он проделал за стеллажом с мечами. Когда он вернулся обратно к битве, щупальца из его невидимой стены бросились вперед тремя отдельными потоками, каждый из них, вращаясь, направлялся в сторону небольшого скопления драконо-людей парящих над деревней. Вращающиеся конусы расправились с завесой воинов также легко, как и с преследователями — мгновением раньше — затем покромсали заклинателей, которых те пытались заслонить.

— Попробуете рассеять мое волшебство, а? — Мелаган крикнул на древне драконьем. — Идите сюда. У меня здесь есть больше подобных штучек!

Последние несколько драконо-людей утонули в тени и испарились. По началу, Мелаган испугался, что он действительно отбил атаку настолько легко. Воины начали добираться до его мастерской и проверять свои семьи. Раздалось несколько истошных криков, полных боли, и тревожных окликов пропавших детей, но с помощью Мелагана, Ваасцам удалось избежать больших потерь при своем отступлении. Трое воинов, чьи раны не позволяли сражаться дальше, были отданы лечащей колдунье клана, потом пришли Идона с Бодваром, оба тяжело дышащие, но целые и невредимые.

— Что же Дьявол, похоже, ты снова всех нас спас, — сказал Бодвар. — Нравится нам это или нет.

— Я живу, чтобы служить, — сказал Мелаган, разведя руки в стороны.

Бодвар нахмурился и начал было резко отвечать, как кто-то завопил «Чешуйчатые на востоке!», и еще «И на западе! По меньшей мере, тридцать, летят низко над болотом!»

Мелаган метнулся к западному краю своей мастерской и увидел длинную линию драконо-людей приближающихся к острову, их белая чешуя сияла как слоновая кость, против темного торфа. Линия летящих обогнула остров сзади, судя по крикам за его спиной, и направилась к противоположной стороне. Клан Болотного Орла был окружен.

Стараясь сдерживать свою улыбку, Мелаган обернулся к Бодвару и Идоне, стоящих позади него.

— Похоже, твоя вера в меня не оправдалась, — сказал Мелаган. — Мои извинения, Бодвар.

— В этом нет необходимости. Я единственный кто наслал на нас это, — сказал Бодвар. Дрожащей рукой он указал в сторону приближающихся драконо-людей. — Просто сделай что можешь.

— Я сожалею, друг мой, но я не смогу сделать много, — Мелаган говорил громко, чтобы убедиться, что ближайшим воинам уже собравшимся для подслушивания, их разговор будет отчетливо слышен. — Даже у меня есть предел.

— Предел? — прорычал Бодвар.

— Я не предполагал этого, моя магия практически исчерпана.

Тетивы затрещали по всему периметру мастерской, но их было немного, и наконечники стрел были слишком мягкими, чтобы развернуть драконо-людей.

Мелаган вытащил свой черный меч, отошел от края и сказал.

— Но я все еще могу отлично себя проявить.

Как он и надеялся, вид меча поддержал вдохновение.

— Черные мечи! — закричала Идона, поворачиваясь в сторону стеллажа. — Они уровняют…

— Нет, — хотя это и было сказано спокойно, но голос Бодвара звучал на удивление властно и внушительно. — Из всех женщин племени, Идона, ты должна знать лучше. Подарок дьявола, не подарок вовсе.

Идона выглядела так, будто хотела заспорить, но ее уважение к мужу — и к ее предводителю — было слишком велико. Она прикусила язык и указала на скрытое убежище.

— В таком случае нам лучше отступить, — сказала она. — Пока у нас не осталось ничего, что можно защищать.

Бодвар отдал приказ, и драконо-люди были над ними, стремясь к мастерской со всех сторон. Они влетали прямо в центр, вонзая в своих ошеломленных врагов копья с железными наконечниками и полагаясь на свой размер и скорость в достижении цели.

Полдюжины человеческих голосов закричали от боли в первые несколько мгновений, затем вторая волна обрушилась с вершины острова, и становилось ясно, что у Ваасцев нет ни малейшего шанса. Когда им удавалось сдерживать удары, их хрупкие оружия отскакивали или ломались о толстую чешую драконо-людей.

Ваасцы все еще сражались довольно отважно, упорядоченно отскакивая назад в сторону убежища за стеллажом, защищали друг друга и атаковали в глаза, подмышки и другие уязвимые места противника, если предоставлялась такая возможность.

И Мелаган быстро втянулся в сражение. Защищенный аурой непроницаемой тени и вооруженный мечом, способным разрубить любую броню, существующую на Фаэруне, он, вращаясь, пронесся через ряды драконо-людей, отрубая то ноги, то рогатые головы, увертываясь от копий и когтей с ловкостью Мастера Меча дроу.

Одному из огромных ящеров удалось зажать его сзади в медвежьем объятии, оторвав от земли и блокируя руки так, что было невозможно воспользоваться мечом. Возможно, планируя отнести и сбросить его навстречу смерти в болото, существо расправило свои крылья и взмыло в воздух. Мелаган ударил атакующего затылком в нос, сплющив его и вгоняя костные рога прямо в мозг существа. Когда он приземлился обратно, остальные драконо-люди, спотыкаясь друг о друга, отправились искать другую жертву.

Затем это произошло.

Тройка драконо-людей обнаружила скрытое убежище и, разбросав в стороны, своими мощными крыльями пару защитников, ринулись к детям. Первый воин поднялся на ноги и бросился вслед за ними, разбивая свой хрупкий меч о толстый череп рептилии.

Другой Ваасец схватил один из стеклянных мечей Мелагана. Он выбил ноги из под первого драконо-человека, затем с развороту раскрошил позвоночник второго и сзади вогнал клинок в сердце третьего. Как только последний ящер упал на колени, воин открыл рот, мучительно пытаясь вздохнуть. Он попятился назад, хватаясь за сердце, а одна из женщин, находившихся в убежище, отчаянно закричала его имя. Но он не упал. Вместо этого его волосы и борода стали белыми как снег. Загар отлил от лица, и кожа стала такой же бледной как слоновая кость, глаза стали такими же черными и безжизненными как у болотных людей, а меч в его руке потерял свою прозрачность. Он был таким же черным и блестящим как у Мелагана, без единого намека на пряди теневого шелка закованные внутри.

Драконо-человек отпрянул от дикого вращения, нанося удар в сердце воина деревянным копьем. Ваасец взмахнул своим мечом, блокируя удар, разрубая древко, будто это была простая ветка, затем холодно улыбнулся и, рубанув противника поперек груди, отправился искать новых жертв.

Его успех вдохновил схватить один из мечей другого воина и женщину, защищавшую своих детей от драконо-людей. Они убили первых врагов и подверглись такой же трансформации, как и первый воин, схвативший меч, и тоже отправились прорубать дорогу среди рядов, атакующих ящеров. Дюжина драконо-людей взметнулась в воздух, направляясь к стеллажу со смертоносным оружием. Они были встречены равным количеством Ваасцев, выхвативших с подставок мечи и пустивших их в дело.

Бодвар подошел к Мелагану, и чуть было не лишился руки, по ошибке схватив без предупреждения плечо мага.

— Останови их!

— Как? — спросил Мелаган. Он заметил трепещущееся крыло над своим плечом, затем отрубил его, нанеся противнику резкий удар. — Это их выбор. Им лучше остаться в живых, чем умереть.

— Но не жить в твоей власти! — возразил Бодвар. — Ты подстроил это!

— Не подстроил, — ответил Мелаган. Он указал ладонью рядом с головой разъяренного Ваасца, и поразил потенциального противника теневым зарядом. — Ты очень щедро расплатился за свой долг.

— А ты нет, — сказал Бодвар. Ваасец подошел ближе, и Мелаган почувствовал, как кончик меча уперся ему в спину. — Освободи мой клан.

Мелаган сердито посмотрел на вожака и сказал.

— В данные момент у тебя есть враги похуже меня. — Полагаясь на свой теневой доспех, он шагнул назад и свободной рукой ударил по железному мечу. — Если хочешь освободить их, сделай это сам. Все что тебе нужно сделать, это убедить их оставить мечи.

Мелаган оттолкнул вожака и вернулся обратно к битве. Казалось что Ваасцы, в большинстве, вооруженные стеклянными мечами, держали ситуацию под контролем. Драконо-люди вытеснялись из убежища, и даже когда они предпринимали попытку, используя крылья перелететь защитников, их встречал шквал мерцающей тени. Наконец они сдались и улетели — по крайней мере, кто смог. Но дюжины ящеров со сломанными или разрезанными крыльями, которые уже не могли поднять их в воздух, оставались вокруг, все еще в состоянии сражаться и достаточно разъяренные, чтобы делать это хорошо. Ваасцы быстро принялись разбираться с ними, сбивая их в плотный круг и тесня к обрыву на восточной стороне площадки. Видя, что остался лишь один меч, Мелаган оставил их разбираться самостоятельно, тихо подошел к стеллажу и засунул последний меч в пустые ножны — как раз в этот момент Бодвар снова решил выступить с призывом.

— Мои воины, посмотрите друг на друга! — призывал он. — Видите, что сделало с вами дьявольское оружие Мелагана?

Мелаган вздохнул и в смирении покачал головой. Если бы Бодвар не был таким упертым и уверенным в себе, подумал маг, он вряд ли стоил бы всех этих трудностей. Он обернулся, чтобы видеть как вожак и его преданная жена стоят позади своих воинов, Идону держащую завернутую в накидку, охапку железных мечей, которые Бодвар не слишком успешно пытался вложить в руки своих соплеменников.

— Закончите сражение своим собственным оружием! — сказал он.

Один из взявших меч — Мелаган подумал, что первый — нахмурился.

— Зачем нам это делать? — он поднял свой темный меч и сказал. — Эти гораздо лучше.

— Лучше?

Бодвар бросился к мечу — и был опрокинут на землю мощным ударом локтя в лицо.

— Этот принадлежит мне, — сказал воин.

— В самом деле? — Идона швырнула охапку железных мечей на землю. — Или это ты принадлежишь ему?

Она посмотрела через плечо, и от ее взгляда у Мелагана по спине пробежал холодок, затем ухватила своего мужа под руки.

— Пойдем, Бодвар, — она подняла его на ноги и развернулась, собираясь уходить. — Мы больше не Болотные Орлы.

— Уходите? — выдохнул воин, который ударил Бодвара. Он на мгновение посмотрел на свой темный меч, а когда недовольный шепот среди его товарищей стал расти, опустил оружие. — Подождите.

Мелаган выругался на Идону за этот неблагодарный ход, и, собираясь с мыслями, чтобы как-то решить эту ситуацию, двинулся вперед. Как обычно теми, кто спас его были драконо-люди. Все как один они ринулись на отвлеченных Ваасцев. В один миг пали первый взявший меч и другой воин, а площадка разразилась вихрем насилия еще более беспорядочным и яростным чем первый. Мелаган увидел, как пара ящеров метнулась в сторону Бодвара, и сразил первого теневым зарядом, но второй был слишком быстр. Он на ходу перекинул вожака через себя и набросился на Идону, затем полдюжины других схваток отделили молодую жену вожака от Мелагана, и он потерял ее из виду.

Мелаган ринулся, вперед размахивая мечом и сея тень, но бой оказался столь же безумен и беспорядочен, как и быстр. Перед тем, как он снова смог найти Бодвара, ему пришлось убить двоих драконо-людей и использовать заклинание теневой хватки, чтобы не разбиться о скалы у основания собственного утеса. Найдя вожака, он пожалел о том, что ему так ловко удалось спастись. Бодвар стоял посреди кровавой груды из Ваасцев и драконо-людей, держа в руках два сломанных железных меча и осматривая место побоища взглядом полным ужаса.

— Идона?

Бодвар увидел дергающуюся, под мертвым драконо-человеком, женскую ногу, и ботинком откатил труп в сторону, но оказалось, что нога принадлежала другой женщине.

Он, молча, отвернулся от нее и снова позвал.

— Идона?

— Там, — прохрипел кто-то. — Они схватили ее.

Мелаган обернулся в сторону говорящего, и увидел бледного воина, указывающего взятым мечом через всю площадку на кучку улетающих драконо-людей. Они только начинали спускаться к каменистой дороге, каждый из них с безвольно висящим телом Ваасца, перекинутым через плечо. Последним, было тело молодой жены Бодвара, ее горло было вспорото, и голова болталась только на позвоночнике, а взгляд ее глаз каким-то образом застыл на лице Мелагана.

— Нет! — выдохнул Мелаган. Он положил руку на плечо Бодвара. — Мне очень жаль Бодвар, сильнее всяких слов.

— Почему? Ты получил то, зачем пришел, — сказал Бодвар. Он потянулся к ножнам Мелагана и достал последний меч, затем погнался за драконо-людьми, чтобы отбить тело, своей мертвой жены. — Ты получил свои двадцать душ.