Колокол больших башенных часов отбил половину первого ночи, когда "Бьюик" остановился у тротуара. По крыше машины барабанил дождь.

— Черт! Ну и ночка! — возмутился Шип.

— Можешь не беспокоиться по этому поводу, по крайней мере, на улицах пусто, — заметил Дюффи, опуская стекло и осматриваясь. Холодные капли били его по лицу. Вновь подняв стекло, он открыл дверцу и вышел наружу. Гилрой последовал за ним.

— Оставайся в машине, толстяк, — сказал он Шипу.

Тот кивнул.

— Меня это вполне устроит. — Он вытащил "люгер" и положил его на колени.

Шульц тоже покинул машину, и они втроем молча пересекли улицу, завернули в маленький переулок и зашли во двор, остановившись возле пожарной лестницы. Гилрой сделал знак Шульцу, и тот подсадил Дюффи, а затем Гилроя на лестницу. Подпрыгнув, он подтянулся на руках и полез вслед за Дюффи и Гилроем. Добравшись до второго этажа, Дюффи уступил дорогу Шульцу. Тот без особых трудностей открыл окно, и они проникли в темный коридор. Дюффи с карманным фонариком пошел вперед. Луч падал на матовые стекла дверей с разнообразными надписями. В конце концов они обнаружили нужную дверь. "Общество сухопутных перевозок. Морган".

— Это здесь, — сказал Дюффи.

Шульц осмотрел замок, поколдовал над ним и отступил назад, распахнув дверь.

— Прошу, — сказал он тихо.

Вынув "кольт", Дюффи осторожно переступил через порог. Он очутился в просторном помещении. Двое последовали за ним. Вдоль стен располагались несгораемые шкафы с картотекой. Меблировка состояла из трех письменных столов и трех столиков для стенографисток и машинисток. Средний стол был уставлен телефонными аппаратами.

— Кабинет Моргана, должно быть, рядом, — прошептал Дюффи. Он подошел к двери на противоположном конце и открыл ее. Это помещение было намного меньше, но зато обставлено с несравненно большей роскошью. Дюффи обошел письменный стол и опустился в удобное кожаное кресло. Он попробовал открыть ящики стола, но безуспешно. Глянув на Гилроя, он сказал:

— Лучше здесь ничего не трогать. Иначе Морган может заподозрить что-нибудь. Просто подбросим ему фальшивки, и все.

— А кабинетик выглядит так, словно в нем есть чем поживиться, — с сожалением сказал Шульц.

Дюффи вытащил фальшивки и осмотрелся. Настенный календарь привлек его внимание. Сняв его со стены, он вложил деньги под крышку и повесил на место.

— Их будет трудно найти, — заметил Гилрой.

— Мы поможем, — Дюффи снял трубку и набрал номер Инглиша.

Все трое ждали, пока звонок звонил на другом конце провода. Только Гилрой чувствовал себя не в своей тарелке, и испуганные глаза выдавали его состояние. Наконец в трубке послышался голос Инглиша:

— Кто это?

— Мне кажется, я уже прищучил Моргана, — тихо сказал Дюффи в микрофон. — Если вы завтра распорядитесь обыскать его кабинет, то найдете фальшивые деньги.

— Где вы находитесь?

— Это не имеет значения. Итак, запомните, в офисе Моргана в настенном календаре спрятаны фальшивые деньги. Надеюсь, этого хватит, чтобы предъявить ему обвинение?

Какое-то время Инглиш молчал, затем сказал:

— А вы не тратите время попусту. Да, этого будет вполне достаточно.

— Итак, "Общество сухопутных перевозок. Морган", — еще раз уточнил Дюффи.

— Я знаю. — Инглиш повесил трубку.

Дюффи отодвинул телефон и поднялся.

— Уходим!

Они прошли в приемную, закрыли дверь и, выйдя в коридор, повторили свой маршрут в обратном порядке.

— Все о'кей? — поинтересовался Шип.

Дюффи кивнул и закурил сигарету.

— Да уж, завтра утром Морган получит сюрприз.

Гилрой сказал из темноты:

— А этот Инглиш, должно быть, не из трусливых, раз не боится выступить против такой важной птицы, как Морган.

Дюффи глубоко затянулся:

— Надеюсь, у него все получится.

— Возвращаемся? — спросил Шульц.

— Да. Имеются еще делишки, которые ждут своей очереди.

Шульц направил машину в восточном направлении. Шип наклонился к Дюффи и сказал доверительным шепотом:

— Отпраздновать бы этот денек с какой-нибудь бабенкой.

Дюффи очень хотелось спать. Он лишь кивнул головой Шипу. Сам он в это время думал об Ольге.

— Ну что за собачья погода, — продолжал Шип. — Как тут думать о женщинах…

Дюффи заворчал. Ему хотелось, чтобы Шип молчал.

Шульц прислушивался к их разговору.

— Но что ты будешь делать со своей бабой, толстяк?

Шип смущенно хихикнул, но его поддержал Гилрой:

— У него есть деньги. Почему бы не побаловаться. Оставьте его в покое.

Некоторое время они ехали в молчании. Но потом Шип снова спросил Дюффи:

— А у тебя есть женщина?

Дюффи повернул голову. Лицо Шипа время от времени освещалось светом фонарей.

— Можешь ли ты оставить меня в покое? — прошипел он.

— Понятно, понятно, — заволновался тот. — Я ведь просто хотел почесать языком.

— Ты намекал Инглишу о том, что нужно платить? — спросил тревожно Гилрой у Дюффи. — Мы ведь чертовски рискуем и можем оказаться в дураках.

Дюффи потряс головой, но потом вспомнил, что Гилрой не видит его в темноте, коротко ответил:

— Все будет в порядке.

Наконец они подъехали к заведению Гилроя.

— Выходите, — сказал Шульц. — Я отгоню машину в гараж.

Трое вышли из машины и под дождем подбежали к двери клуба. Гилрой открыл дверь в темный коридор.

— Куда, черт возьми, мог запропаститься Джек? — проворчал Гилрой. — Он ведь должен был нас ждать.

— Может быть, выпил лишнего, — сказал Шип. — Я дал ему десять баксов перед уходом.

Гилрой ощупывал стену в поисках выключателя.

— Ты еще зайдешь выпить со мной по рюмочке? — спросил он у Дюффи.

— Конечно. Но только виски. У меня промокли ноги.

Наконец зажегся свет. Гилрой прошел по коридору и заглянул в бар. Он едва не споткнулся о тело худощавого, лежащее на полу.

— Руки вверх! — послышался из темноты тонкий голос Малыша.

Гилрой и Дюффи повиновались, но в тот же миг Шип упал на одно колено и выстрелил из пистолета. В ту же секунду из-за двери выскочил Джо и рукояткой револьвера ударил Шипа по голове. Сдавленно вскрикнув, Шип растянулся на полу.

— Не трогай его! — крикнул Дюффи.

Джо удивленно посмотрел на него, потом усмехнулся.

— Какая у тебя нежная натура! — насмешливо сказал он.

— Не двигаться! — предупредил Малыш. — Я не собираюсь вас всех убивать! Но буду вынужден сделать это, если вы начнете сопротивляться.

— Что вам надо? — прошептал Гилрой, едва шевеля губами.

— Мы пришли за этим красавцем, — заявил Джо. — Он сыграл мерзкую шутку с Кливом, и будет справедливо, если мы его немного проучим. Он этого заслуживает. — Он торжествующе посмотрел на Малыша, затем подскочил к Дюффи и выдал тому апперкот, от которого Билл отлетел к стене. Ему показалось, что череп разлетелся на кусочки, в глазах вспыхнул ослепительный свет.

Пританцовывая, Джо двинулся к нему. Схватив еще не пришедшего в себя Дюффи, он, словно мешок с картошкой, поднял и вновь бросил его на пол.

— Вытаскивай его отсюда! — скомандовал Малыш.

— Угу… — Джо поволок Дюффи в сторону двери.

Гилрой словно прирос к месту. Он стоял, выпучив от страха глаза. Малыш глянул в его сторону, скривился и нажал на спуск револьвера, целясь в живот. Закрыв руками рану, Гилрой рухнул на колени, затем повалился на пол. Малыш вопросительно посмотрел на Джо.

— Добить?

Джо, державший за живот Дюффи, обернулся.

— Не трать патроны, и так сдохнет от потери крови, — злобно рявкнул он, вытаскивая Дюффи в коридор. Малыш последовал за ним, открыв входную дверь. Холодный дождь отрезвляюще подействовал на Дюффи. Широко расставив ноги, он покачнулся, словно теряя равновесие, и, не глядя, нанес удар. Кулак врезался прямо в нос Джо. Тот хрюкнул от неожиданности, ослабил хватку, и Дюффи смог отскочить в сторону. И сделал это вовремя, иначе неминуемо получил бы пулю из револьвера сорок пятого калибра. Это из темноты начал стрелять Шульц. Малыш открыл ответный огонь. Пуля расплющилась о стену рядом с головой Дюффи.

Выхватив "кольт", Дюффи залег возле стены. У него появился шанс на спасение.

Вглядываясь в темноту, он пытался определить местонахождение Джо, но очень мешали уличный фонарь и завеса дождя. Он чувствовал сердцебиение, но не от страха.

Шульц вновь начал стрелять. Он выстрелил трижды, и Дюффи даже засек огонь, вылетевший из ствола револьвера.

Согнувшись, он побежал через улицу в его направлении. Послышался свисток, по тротуару затопали тяжелые шаги.

— Копы! — крикнул ему Шульц.

Пользуясь темнотой, Дюффи подбежал к Шульцу. Тот втянул его в подворотню.

— Надо сматываться, — крикнул Шульц. — У меня неважные отношения с полицией.

— Гилрой убит, — сказал Дюффи. — Не беспокойся, у меня хорошее прикрытие.

— Но я только что выпустил из своего револьвера несколько пуль.

— Не беспокойся. Отдай мне свое оружие и возьми мое. Полиции можно не бояться.

Они обменялись оружием. В тот же момент, завывая сиреной, из-за угла вылетела патрульная машина. Дюффи вышел на дорогу и махнул копам рукой. Четыре пары настороженных глаз уставились на него из машины. Хоть Дюффи не видел, но чувствовал, как четыре револьвера направлены в его сторону, и поэтому стоял неподвижно.

— О'кей, — сказал один из полицейских. — Я знаю этого парня.

Дюффи сделал шаг в направлении машины.

— Люди Моргана только что убили Гилроя, — сказал он, ставя ногу на подножку машины. — Я присутствовал при этом. Вы появились как раз вовремя.

Полицейские нерешительно вышли из машины, видимо, не зная, как им поступить. Наконец все направились в заведение Гилроя.

Дюффи кивнул Шульцу, и оба они пошли вслед за копами.

В баре полицейские наклонились над телом Гилроя, потом перевели внимание на Шипа, до сих пор неподвижно лежавшего на полу.

— Он только без сознания, — сказал один из них.

Внезапно взгляд сержанта упал на Шульца, и коп сразу помрачнел.

— А где находились вы во время перестрелки? — недружелюбно спросил он.

— Он не имеет никакого отношения к этому делу, — поспешно заверил его Дюффи. — Когда началась стрельба, он как раз отводил машину в гараж.

Сержант задумчиво посмотрел на Дюффи.

— В настоящее время у нас нет ничего против вас, но я все же посоветовал бы вам вести себя поосторожнее. — В словах полицейского слышалась неприкрытая угроза, и Дюффи не знал, что и думать. Это его встревожило.

Шип начал приходить в себя. Он зашевелился, поднял голову и начал ругаться. Дюффи подумал, что он похож на толстую черепаху, перевернутую на спину.

— Все в порядке, — успокоил Дюффи его.

Тот непонимающе посмотрел на него, потер затылок и с проклятиями поднялся на ноги. Увидев тело Гилроя, он застыл на месте, разинув рот.

Сержант тем временем вызвал санитарную машину и теперь расхаживал по бару, подозрительно оглядывая все вокруг.

— Двое бандитов сделали это и удрали, пользуясь темнотой и дождем, — закончил Дюффи свой рассказ.

Шип потер виски, как бы стараясь что-то вспомнить. Наконец он проворчал:

— Ну, с этими мерзавцами я сумею рассчитаться. Дайте только время.

Шульц с недоверием следил за полицейскими. Едва слышно он прошептал:

— Что-то я не доверяю этим парням!..

— Создается впечатление, что виноваты мы, а не они… — ответил Дюффи. Он подошел к стойке и налил виски.

— Не выпить ли нам, — сказал он полицейским. Глупые физиономии двух копов расцвели, но вмешался сержант.

— При исполнении служебных обязанностей пить запрещается! — рявкнул он.

Дюффи был удивлен, но промолчал.

Сирена возвестила о прибытии машины "Скорой помощи". Вскоре в бар бодро вошли два санитара и унесли тело Гилроя.

— У вас есть оружие? — спросил сержант у Шульца.

Тот вынул из кобуры "кольт" Дюффи и протянул полицейскому.

— Мы отошлем его на экспертизу, — сказал коп. — Возможно, из него стреляли.

Подойдя к сержанту, Дюффи забрал оружие из его рук.

— Скажите Инглишу, что я забрал револьвер, — спокойно сказал он. — Дело в том, что он может мне еще понадобиться.

На шее сержанта вздулись жилы, но тем не менее, не сказав ни слова, он вышел из бара. За ним последовали остальные.

Когда они ушли, Шульц с тревогой сказал:

— Что-то они не больно приветливы с нами.

— Мне это тоже не нравится. Может быть, Инглиш за это время успел потерять свое влияние. Поговорю-ка я с ним.

Сняв трубку, он набрал номер. Едва ему ответили, Дюффи сказал:

— У нас тут произошла небольшая перестрелка. Люди Моргана убили Гилроя и хотели ликвидировать меня. К сожалению, им удалось ускользнуть.

— Не обращайте внимания, — равнодушно заметил Инглиш.

Дюффи цинично улыбнулся:

— Это легко говорить, сидя в кресле в защищенной комнате. Но меня смущает, что полицейские даже и не пытались искать бандитов. Я рассчитываю на вас и вашу защиту, но полиция ведет себя весьма странно.

— Не забывайте, что вы у них на примете по обвинению в убийстве, — сказал Инглиш. — Так что не надо перегибать палку.

— Вы же знаете, кто настоящий убийца, в конце концов можно найти свидетелей и докопаться до истины. Могу я рассчитывать на реабилитацию, когда Морган будет арестован?

— Пока не предпринимайте ничего, — быстро сказал Инглиш. — Я сообщу соответствующие факты прессе. Статья появится завтра, и вы там будете представлены с наилучшей стороны. Вам нечего опасаться.

— Получу ли я деньги, если с Морганом будет покончено?

— Я уже обещал вам это.

В трубке послышались короткие гудки.

Дюффи подошел к окну, поднял штору и попытался рассмотреть что-либо на улице, но дождь продолжался, и вода все так же стекала по стеклам, мешая увидеть хоть что-то. Он вновь опустил штору и сел. И в этот момент раздался телефонный звонок. Дюффи вздохнул и, поколебавшись, снял трубку.

— Ох, Билл! — услышал он взволнованный голос Алисы.

— Бог мой! — поразился Дюффи. — Два часа ночи! Что заставило тебя позвонить в такое время?

— Сэм только что узнал о том, что в Бронксе перестрелка… Я так беспокоилась… — Голос ее дрожал.

— Где Сэм?

— Его вызвали в полицейское управление. У тебя все в порядке?

— Все в порядке. Можешь ни о чем не беспокоиться. — Он помолчал, потом сказал: — Я много думал над твоими словами. Ты была совершенно права. Такие дела не для меня. В настоящий момент у меня имеется девятнадцать тысяч, и завтра появятся еще деньги. Я заканчиваю с этим делом. Инглиш избавил меня от преследования полиции, и мне теперь ничего не грозит.

— Я… Я так рада. А ты не обманешь?

— Немного терпения, Алиса… Я думаю, завтра мы уже сможем встретиться втроем. А днем я тебе кое-что подарю. Мы вместе пройдем по магазинам, и ты выберешь себе что-нибудь. А потом мы удивим этим подарком Сэма.

Но ее не так легко было успокоить.

— Я успокоюсь только тогда, когда увижу тебя.

— Спокойной ночи, — сказал он. — Не беспокойся ни о чем.

Повесив трубку, он некоторое время сидел неподвижно, потом его охватила лихорадочная дрожь. "Ну вот, — подумал он с огорчением. — Только насморка мне не хватало!"