Принятое Парлержем конструктивное решение придало интерьеру собора праздничную легкость и пространственную соразмерность. Его уникальную особенность составляют размещенные в нижнем и верхнем трифориях хора выразительные скульптурные портреты, выполненные Парлержем совместно с помощниками.
Парадной величественностью и уравновешенностью форм, сдержанностью нарядного резного декора отличается наружный облик храма со спокойным, стройным ритмом аркбутанов, завершенных фиалами контрфорсов, высоких узорных окон.
При богатстве структурных и декоративных элементов храм не лишен конструктивной ясности и материальности. Одновременно со строительством собора святого Вита Петр Парлерж выполнил и ряд других построек в Праге.
Вместо разрушенного весенним половодьем в 1342 году моста Юдифи он построил в 1357 году новый мост, получивший название Карлова моста. Этот арочный мост имел ширину 11 метров, а длину 516 метров. На обоих его концах возведены величественные, квадратные в плане предмостные башни, завершенные шатрами.
Староместскую башню, снабженную арочным проездом внизу, успел закончить и украсить в верхних ярусах скульптурой и резным декором сам Петр Парлерж. Ритмически строгий, сдержанный накладной готический декор четко расчленен на ярусы и как бы * подчеркивает структуру постройки, величественную гладь ее каменных стен. Скульптурные группы над пилонами Карлова моста выполнены главным образом в конце XVII — начале XVIII веков в стиле барокко.
Петр Парлерж начал также строительство храма Тынской Богоматери в районе Старе-Место в Праге. Работа была завершена в 1510 году. Монументальные западные башни храма с одним большим и четырьмя маленькими шпилями по углам, повторенными также в центре главного шпиля, возносятся над городом.
Петр Парлерж принимал участие в сооружении хора собора святого Бартоломея в Колине в 1360— 78 годах, собора святой Барбары в Кутне-Горе и других постройках. Его творчество сыграло решающую роль в сложении чешского национального варианта готического стиля. Влияние этого мастера чувствуется во многих постройках второй половины XIV— XV веков. Его традиции получают развитие и в эпоху поздней готики, переход к которой совершается в середине XV века, после кратковременного прекращения строительства, вызванного гуситскими войнами.
Главными ее особенностями в Чехии являются все возрастающий декоративизм, усиление светского научала и постепенное формирование ренессансных тенденций.
Наиболее крупным представителем поздней готики в Чехии является Рид. Созданные им путем усложненного пересечения нервюр нарядные, так называемые лепестковые своды обширного «Владиславского» зала и в королевском дворце Пражского Града, придающие постройке светскую праздничность и парадное великолепие, обозначили отход от конструктивной ясности структуры готического перекрытия.
Эта тенденция была доведена Ридом до своего логического конца в сводах «Кавалерийской» или «Рыцарской» лестницы того же дворца, где архитектор использовал в качестве декоративного эффекта сложное пересечение и даже облом как бы повисающих в воздухе массивных нервюр, контрастирующих с гладью стен.
В выполненных Ридом внутренних порталах дворца причудливо сочетаются готические и ренессансные формы. Тяготение к декоративности свойственно так-
же звездчатым сводам хора храма святой Барбары в Кутна-Горе и лепестковым сводам его главного нефа.
В эпоху поздней готики получил распространение так называемый тип зальной церкви, вытеснивший базиликальный. Этот вид церкви, лишенный трансепта и средокрестия, давал возможность приблизить богослужение к толпе прихожан, что, вероятно, отвечало демократическим веяниям эпохи. Среди зальных построек — храм Тынской Богоматери и районе Старе-Место в Праге, завершенный последователями Петра Парлержа в 1510 году, а также трехнефный храм Вознесения Марии в городе Моек 1517—48 годов с пластически выделенными, изысканными по очертаниям лепестковыми сводами.
Монастыри и церкви сыграли важную роль в развитии изобразительного искусства в Чехии. При них с X века создавались артели каменщиков, резчиков и живописцев.
ИЗОБРАЗИТЕЛЬНОЕ ИСКУССТВО ЧЕХИИ XI—XV ВЕКОВ
Романская пластика Чехии, сохранившаяся фрагментарно, тесно связана с архитектурой и во второй половине XI века — в XII веке отражает освоение позднеантичных традиций. Так к коринфским близки капители колонок, обрамляющих окна княжеского дворца крепости в Оломоуце.
Влияние искусства Италии, и в особенности Ломбардии, сказывается во второй половине XII века в эпоху правления короля Владислава II, принимавшего участие в битвах на итальянской территории. Античные традиции проявляются и в горельефных статуях святых, расположенных между ложными аркадами на южном фасаде церкви в селе Якуб близ Кутна Горы. Мягко обобщенные, материально весомые фигуры обособлены друг от друга. Сдержанный ритм их движений и пластика драпировок подчинены тектонике архитектурных форм.
Близок к ним по стилю и рельеф с изображением короля Владислава II и поклоняющегося ему мужчины, украшавший башню моста Юдифи в Праге.
Ясностью моделировки отличаются и несколько примитивные по формам разномасштабные фигуры Богоматери с Христом и поклоняющихся им аббатис Млады, Берты, Анежки и короля Пршемысла Отакара I, помещенные на трехчастном барельефе над южным порталом базилики святого Йиржи в Пражском Граде 1220—28 годов.
Высокого уровня достигло искусство миниатюры, предназначенное для украшения церковных книг. В начале XI века его мастера освоили художественные приемы оттоновского и воспринятые через его посредство позднекаролингского искусства.
Рукописи этого времени, такие так «Гумпольдова легенда о святом Вацлаве» 1006 года, относятся к ранней стадии романского стиля. Выдающимся памятником является «Вышеградский кодекс», выполненный к коронации первого чешского короля Братислава.
Страницы рукописи обрамлены строгим растительным и геометрическим орнаментом или украшены миниатюрами во всю полосу. Композиции этих миниатюр монументальны и торжественно застылы. Плоскостная, обобщенно-схематическая трактовка фигур, выразительные, несколько тяжеловесные линии и насыщенный цвет, построенный на изысканных сочетаниях темно-зеленых, голубых, малиново-красных и оранжево-коричневых тонов, уподобляют миниатюры нарядному витражу и придают образам суровую экспрессию.
В пражской мастерской короля Братислава были исполнены и другие рукописи, близкие по стилю к «Вышеградскому кодексу».
В XII веке миниатюра Чехии обнаруживает близость к зальцбургской школе. Наряду с пражскими получает известность скрипторий в Оломоуце. В миниатюрах XIII века романские традиции испытывают воздействие византийского искусства. Об этом свидетельствует украшенная инициалами с жанровыми сценками и фигурами святых, а также народным плетеным и растительным орнаментом рукопись начала XIIIвека «MATER YERBORUM».
Наиболее ранние образцы настенной живописи Чехии относятся к XII веку. Известно, что при короле Собеславе I, правившем с 1125 по 1140 год, росписями был украшен собор в Вышеграде. Уникальны росписи ротонды святой Катержины в Зноймо.
Безвестным средневековым мастерам принадлежит замысел соединить в монументальной композиции, опоясывающей храм и разделенной на четыре яруса, сцены из жизни Христа, изображения князей из рода Пршемысловичей и эпизоды легенды о происхождении этого рода.
Композиция росписей представляет собой ритмически стройный ряд изображений, следующих одно за другим. В двух верхних ярусах, отличающихся особой торжественностью, изображены правители Чехии и моравские князья. Удлиненные хрупкие фигуры, переданные обобщенными контурными линиями, полны наивно-непосредственной выразительности. Изысканные сочетания светлых и темных охристых и серо-белых тонов с мягкими зелеными и голубыми оттенками фона говорят о связи с зальцбургской школой, осваивавшей достижения византийской художественной культуры.
Настенная живопись XIII века несет отпечаток нового течения, родина которого — в Саксонии и Тюрингии. Стремление к одухотворенности и экспрессии заметно во фрагментах росписей базилики святого Йиржи в Пражском Граде.
Наряду с заострением линейного ритма усиливается и пластическое начало в живописи. Тонко моделированная форма и насыщенная цветовая гамма придают эмоциональную выразительность фреске с изображением двух королей и королевы, украшавшей жилой дом в районе Старе-Место в Праге. Росписи костела Рождества девы Марии в Писеке второй половине XIII века с их драматизмом и динамической игрой ломких линий предвосхищают появление готического стиля.
Черты готики проявились ранее всего в декоративной скульптуре Чехии, тесно связанной в начале XIIIвека с процессом формирования художественного комплекса готического собора.
Богатством орнаментальных и фигурных изображений отличается строгое, архитектонически ясное убранство портала романско-готического собора в Пршедклаштержи близ Тишнова 1240—1250 годов. В среднем его ярусе расположен фриз из стоящих на колонках статуй святых, отличающихся спокойной торжественностью, ясностью пропорций, мягкостью обобщенной пластической моделировки.
С начала XIV века получает развитие круглая скульптура, что говорит о контактах с искусством франции и Южной Германии.
Наиболее ранние статуи мадонны, такие как «Мадонна из Страконице», отличаются канонически строгой и отвлеченной трактовкой образов, слабо расчлененными, обобщенно-статичными объемами фигур.
Однако уже во второй четверти XIV века позы мадонн становятся более гибкими и естественными, образы проникаются мягкой одухотворенностью и лиризмом.
Эти тенденции находят отражение в творчестве первого крупного мастера готической скульптуры в Чехии — Мастера Михельской мадонны, работавшего на рубеже XIV—XV веков. Его статуи, говорящие об освоении французской пластики, при мягкой обобщенной лепке и слабой расчлененности объемов отличаются утонченным ритмом виртуозно отработанных ниспадающих складок одежд. Эти характерные черты особенно заметны в «Михельской мадонне» и «Мадонне из Зноймо».
Памятники алтарной живописи средневековой Чехии позволяют судить, как преломлялись в живописи общие принципы готического искусства. В отличие от Византии чешская иконография религиозных сюжетов была весьма вольной: строго установленных композиционных схем не было. Как и скульптура, чешская готическая живопись в высшей степени экспрессивна, драматична и вместе с тем полна неутомимого любопытства к реальному миру, к его разнообразным увлекательным подробностям. Только по большей части эти детали не объединяются в одно пространственное целое, а связываются между собой орнаментально. Детали, излюбленные готическими художниками, иногда делаются настолько крошечными, что видны только при рассмотрении вплотную, а иногда их обнаруживает только фотоглаз.
Готические картины не чужды идее пространства, но пространственные отношения трактуются, скорее, символично и переводятся на плоский орнаментальный язык линий. Фигуры и предметы разномасштабны, перспектива, если она есть, то — «обратная», то есть люди на первом плане меньше по размеру, чем на втором, линии предметов, уходящие в глубину, расходятся, а не сходятся.
Может быть, прием «обратной перспективы» возникал в связи с тем, что когда действие мыслилось происходящим в нескольких пространственных планах, то главные лица помещались в центре и соответственно своему значению были больших размеров. Готические художники вообще старались акцентировать среднюю часть композиции, так как согласно общим оптическим законам второй план всегда смотрится в первую очередь.
Нередко в одной композиции объединяются и разновременные явления, которые сюжетно друг друга продолжают и поясняют. В этих случаях их разномасштабность является символом их большей или меньшей удаленности во времени от основного события.
Центрами развития живописи в эпоху готики были Прага и Южная Чехия. С первой половины XIV века здесь получила распространение станковая живопись, опиравшаяся как на итало-византийские, так и на центральноевропейские художественные традиции.
«Роудницкая пределла» с изображениями Иоанна Евангелиста, святых Петра и Ондржея 1340 года и другие первые дошедшие до нас произведения тяготеют к человечности и жизненности изображений, им свойственно сочетание изысканного контурного рисунка с попытками пластической моделировки форм.
К середине XIV века относится ряд изображений Богоматери — «Мадонна из Моста», «Мадонна из Вевержи», «Страговская мадонна»,— говорящих о широком распространении ее культа в Чехии.
Монументальность обобщенных силуэтов сочетается в них с мягкой пластикой объемов и ювелирной тщательностью трактовки деталей.
Итало-византийские традиции, обогащенные распространенными в Чехии французскими художественными влияниями, нашли наиболее яркое и оригинальное воплощение в творчестве выдающегося живописца — Мастера Вышебродского алтаря.
Выполненные им десять алтарных картин на темы жизни Христа при условности пространства и разномасштабности фигур отличаются целостностью и жизненной убедительностью художественного решения, мягкой человечностью образов.
Тонко подмеченные и любовно воспроизведенные детали развивают и углубляют сюжетное повествование, придавая ему достоверность, и погружают сцены в особую поэтическую атмосферу. Мастер сумел соединить изысканную готическую линейность и декоративную красочность с попытками объемной трактовки форм и перспективного построения пространства. Творчество Мастера Вышебродского алтаря оказало влияние на развитие живописи и скульптуры.
Реалистические и гуманистические традиции эпохи зрелой готики достигли своей вершины во второй половине XIV века, в эпоху правления короля Карла IV. Благодаря широкому строительству оживилась деятельность живописных и скульптурных артелей, сосредоточивших ряд выдающихся, европейски образованных мастеров.