Участники крестьянско-плебейского лагеря получили название таборитов.

Собрания, которые собирали многие тысячи людей, особенно участились к концу весны 1419 года. Это время и можно считать началом Великой крестьянской войны в Чехии.

Не оставались в стороне городские низы Праги. Пламенным проповедником новых идей в Праге был бывший монах Ян Желивский, открыто призывавший народ к восстанию. Он сам участвовал в крестных ходах гуситов по улицам Праги, держа в руках высоко поднятую чашу, которая являлась общим символом гуситского движения.

Восстание в Праге вспыхнуло 30 июля 1419 года.

Сам бургомистр и его советники были выброшены из ратуши, которой овладел народ. Началось поспешное бегство из города монахов и богатых иноземцев. К августу народное восстание в Праге приняло наибольший размах. К этому времени внезапно скончался король Вацлав IV. Королевский престол занял злейший враг чешского народа, палач Яна Гуса император Сигизмунд.

Гуситы объявили Сигизмунда лишенным чешского престола.

Гнев восставшего народа в первую очередь обрушился на монастыри и патрицианские дома; они разрушались и сжигались. Вооруженные силы, которые усилились прибывшими к Праге крестьянскими отрядами из других мест Чехии, штурмом овладели укрепленным замком Вышеград.

В этот напряженный период главными руководителями восставших были выдающиеся политические деятели и талантливые военачальники Микулаш из Гуси и Ян Жижка.

ГУСИТСКИЕ ВОЙНЫ

Пражских бюргеров испугали успехи народа.

13 ноября 1419 года они заключили перемирие с королевской армией, обязавшись вернуть ей Вышеград. Повстанцы в силу этого соглашения вынуждены были вывести свои отряды из Праги. Этим воспользовались чашники, они овладели Прагой и другими городами.

Сигизмунд был непримирим к любой оппозиции. По этой причине чашники были вынуждены действовать совместно с таборитами.

Весной 1420 года папой был объявлен «крестовый поход» против гуситов. Стотысячная немецкая армия, в которой находились и собравшиеся по призыву папы феодалы-крестоносцы из других стран, под руководством императора Сигизмунда вторглась в Чехию.

Армия встретила отчаянное сопротивление со стороны чешского народа. 14 июля того же года Сигизмунд и его крестоносная армия были разгромлены под Прагой таборитами под командованием Яна Жижки. Первого ноября 1420 года после нового поражения Сигизмунда капитулировал Вышеград.

Победа подняла еще выше боевой дух чешского народа и усилила позицию таборитов, которые выдвинули свою собственную программу, отличную от программы чашников.

Чашники — чешские бюргеры и рыцари — стремились ослабить могущество католической церкви, устранить засилье духовенства и расширить светское землевладение за свет церковного. Программа чашников сводилась по сути к требованию «дешевой церкви». Они не хотели социальных перемен в Чехии. Они добивались принятия так называемых четырех пражских статей, а именно — секуляризации церковных земель, свободы проповеди в духе гусизма, ликвидации исключительного положения католического духовенства путем внедрения причащения «под обоими видами» и наказания лиц, виновных в так называемых «смертных грехах».

Программа чашников была антикатодической, а также направлена против чужеземного засилья.

Табориты, выражавшие интересы крестьянских масс и городских низов, считали четыре пражские статьи приемлемыми для себя. Однако табориты толковали их иначе, чем чашники. Табориты требовали полной и безусловной свободы проповеди. Из требования равенства, символом которого была чаша, подчеркивали отрицание феодальных сословий и уничтожение имущественных различий.

Шляхта и бюргеры, захватив церковные земли, думали только о том, как удержать свои приобретения.

Табориты же требовали раздела отобранных земель. Исходным пунктом программы таборитов являлось их учение о начавшемся мировом перевороте, который должен закончиться победой добрых людей над злыми. Переворот табориты представляли как акт насильственного устранения «грешников и противников закона божьего», под которыми они мыслили феодалов, высший церковный клир и чиновников феодального государства.

Как «дело бога» рассматривали табориты этот переворот, но при этом утверждали, что он должен быть начат руками «верных», руками «ревнителей божьего дела», под которыми они понимали людей, принадлежащих к трудящемуся народу.

«Лично проливать кровь противников Христа» и «омывать свои руки в крови его врагов» — такие призывы были свойственны таборитам в обращениях к своим сторонникам.

На освобожденной от врагов земле табориты намеревались уничтожить все феодальные порядки и вернуть крестьянству общинные угодья. Впредь запрещалось крестьянам и всем подданным платить какой бы то ни было чинш и десятину феодалам. Было намерение установить в своем крае «царство божье», при котором «исчезнет всякий властитель, прекратится дань и всякое светское государство».

Полный переворот предусматривался таборитами и в делах церкви. Существовавшая церковь и все ее порядки должны были быть уничтожены, а имущество церкви отдано народу. Табориты шли значительно дальше Яна Гуса в своих планах новой церкви. Они заявляли, что нет нужды и в самом Евангелии, ибо «новый закон Христа будет записан в сердце каждого». Упразднялось и почитание святых, а также действие всех церковных постановлений и предписаний святых отцов. Табориты призывали народ ввести новый порядок в освобожденном крае и удерживать этот порядок силой меча вплоть до общего мирового переворота, который по ожиданиям будет делом рук самого Христа.

Таким образом программа таборитов была прежде всего антифеодальной.

Табориты сумели организовать народные массы в борьбе с феодалами. Они ввели в своем лагере строгий порядок и железную дисциплину, общее пользование запасами продовольствия и другими предметами потребления. Всякая роскошь запрещалась.

Но несмотря на строгость и требовательность к порядку, еще осенью и зимой 1420 года в лагере таборитов стали заметны некоторые расхождения. Все более выделялись крайне левые революционные секты. Их называли хилиастами или пикартами. Они выражали смутные неясные чаяния городской бедноты и крестьянства и выступали с программой примитивного коммунизма, отрицая всякую собственность. Социальные требования они облекали в фантастическую религиозную форму. Они утверждали, что уже наступило время «тысячелетнего царства божия» и «райской жизни» на земле.

Мартин Гуска, Петр Каниш, Ян Быдлинский, Ян Чапек и другие, являясь главными идеологами пи-картов, постоянно проповедовали, что не существует ни бога, ни дьявола в том виде, как учит церковь, но что первый из них живет в сердцах добрых и праведных людей а второй — в сердцах злых. Себя пи-карты называли бессмертными и равными Христу, которого они считали простым человеком.

Эти воззрения устраивали далеко не всех таборитов. Идеи пикартов отпугивали многих крестьян, особенно зажиточных, и казались им кощунством и безбожием. Зажиточные элементы стали оказывать все возрастающее давление на левых сектантов. Хотя беднота и симпатизировала пикартам, все же они оставались сравнительно малочисленными и в решительный момент не получили поддержки народных масс.

Но как бы там ни было, а проповеди пикартов, какими бы ни казались они фантастичными для своего времени, сделали свое дело, они будили умы и вызывали протест против феодалов в народной среде, всегда желавшей земной справедливости и равенства.

К весне 1421 года в развитии гуситского движения наступил критический момент. Умеренные табориты обратились к пражским магистрам с письмом. В нем они писали, что Мартин Гуска и четыреста других пикартов не хотят читать святой алтарь, выливают на землю «кровь христову», ломают и продают «священные чаши».

Пикарты были изгнаны из Табора.

Но противники не довольствовались этим. Они не оставили в покое пикартов, когда те укрепились неподалеку от Пршибенице. Укрепление было осаждено и затем взято приступом. Пикарты отбивались отчаянно, но силы оказались неравными. Большинство пикартов погибло в бою. В руки победителей попало живыми не более сорока человек.

Вызывает изумление твердость убеждений пикартов. Никто из пленных не принял предложение раскаяться. Все пикарты бесстрашно взошли на костер к Клокотах на глазах жителей Табора.

Долгое время пытали Мартина Гуска. Но он остался тверд. Замечательный проповедник и оригинальный мыслитель был сожжен на костре в Руднице.

Жестокая расправа с пикартами нанесла тяжелый удар гуситскому движению. Она усилила позиции шляхты и бюргерства. Но революционную армию еще ждали крупные победы.

Чашники при всей неприязни к таборитам не могли обходиться без них, тем более, что готовился новый «крестовый поход». Им удалось так провести гуситский сейм в 1421 году, что во временное правительство, состоявшее из двадцати директоров, попали только два представителя таборитов. Это правительство находилось полностью под контролем чашников.

Заигрывая с таборитами накануне нового «крестового похода», чашники в то же время завязали переговоры с польским королем Владиславом II Ягайло и с великим князем литовским Витовтом, предлагая одному из них занять чешский престол. Это предложение диктовалось не только стремлением усилить гуситов в борьбе против императора Сигизмунда, но и страхом перед растущим таборитским лагерем. В Чехию после этих переговоров прибыли польско-литовские войска под командованием племянника Ягайло Сигизмунда Корибутовича. Однако под давлением папства польско-литовские феодалы перешли в антигуситский лагерь.

Новая попытка немецких феодалов и епископов усмирить гуситов кончилась неудачей. Под руководством Яна Жижки табориты обратили в паническое бегство войска противника.

Ян Жижка еще в 1421 году во время атаки одного замка был ранен и ослеп совершенно. Но он продолжал командовать народной армией.

Разгром второго «крестового похода» таборитами вызвал у чашников еще большую тревогу, они активнее стали стремиться к тому, чтобы укрепить свои позиции. В марте 1422 года пражские чашники вероломно убили руководителя народных масс столицы Яна Желивского и сделали попытку устранить его сторонников из городского управления. Горожанам удалось тогда отстоять свои права. Но убийство одного из вождей таборитов показало, что чашники уже вступили на путь предательства народных интересов.

Был еще третий поход «крестоносцев». И снова табориты одержали победу. После этого чашники вступили в прямые переговоры со вчерашними врагами о совместных действиях против революционного народа.

ЗАВЕРШЕНИЕ ГУСИТСКИХ ВОЙН

Вооруженная борьба в Чехии содействовала созданию народного войска и появлению кадров опытных военачальников. Ян Жижка и другие полководцы выработали особую тактику. Она была основана на массовом применении пехоты и боевых повозок, на использовании легкой артиллерии и гибкости маневра, а также быстрых и скрытых передвижений. Вожди таборитов не придерживались старых канонов ведения боя, каждый раз находили новые решения, сочетали взаимодействие различных видов оружия, умело определяя направление главных и неожиданных для противника ударов.

Выдающиеся способности Яна Жижки и других полководцев играли огромную роль в победах, но главная причина успешного ведения войны заключалась не только в этом. Революционная армия была подлинно народной и тем отличалась от рыцарских ополчений и наемных отрядов. Тем объясняется то, что и после смерти Яна Жижки она не потеряла своего могущества.

Великий чешский полководец умер в октябре 1424 года.

Прокоп Большой, которому помогал другой военачальник — Прокоп Малый, взяли на себя руководство армией. Оба Прокопа проявили недюжинные способности в организации военных действий. Они не ограничивались оборонной тактикой. После разгрома четвертого «крестового похода» революционная армия таборитов перешла в широкое наступление и вторглась в Силезию, Баварию, Австрию, Франконию и Саксонию, Силы таборитов и их влияние в самой Чехии и Европе значительно возросли после провала четырех «крестовых походов».

Табориты стремились расширить свое влияние в Европе. Осенью 1429 года возобновились наступательные походы на Германию. Чешское войско вступило также в Венгрию. Польша получила помощь от гуситов в борьбе против Тевтонского ордена.

Отклики в Словакии, Венгрии, Германии и Польше свидетельствовали о международном значении гуситских войн. Проезжая через Германию и наблюдая крестьянские волнения, иностранцы выражали предположение, что «скоро все немецкие крестьяне возьмут сторону чехов».

В 1431 году открылся церковный собор в Базеле. Представители католического духовенства с ужасом говорили о гуситских войнах, о массовых восстаниях крестьян в рейнских землях Германии и об угрозе антифеодальных выступлений во Франции и Италии.

Тогда же возникла идея о проведении пятого «крестового похода» против гуситов. И на этот раз главная роль отводилась войскам немецких феодалов.

Один из организаторов Базельского собора кардинал Юлиан Чезарини требовал, чтобы «крестоносцы» предали Чехию уничтожающим грабежам, пожарам и полному опустошению. Но при всем ожесточении «крестоносцы» снова потерпели поражение, были наголову разбиты.

Противник на этот раз окончательно убедился в несокрушимости восставшего народа. Было решено добиться раскола гуситов посредством дипломатических маневров и уступок чашникам в религиозных вопросах.

Уполномоченные Базельского собора вступили в переговоры с гуситами. Переговоры длились несколько месяцев и закончились 30 ноября 1433 года. Принято было четыре пункта. Позднее они получили название «Пражских компактов». В них признавалось причащение «под обоими видами», устанавливалась свобода церковных проповедей, упразднялась юрисдикция церкви по уголовным делам; духовенству в том случае, если оно будет вести «апостольскую жизнь», предоставлялось право владеть церковным имуществом.