Снова гость к моей соседке.

Дочка спит, торшер горит.

Радость на лице.

По стеклу скребутся ветки,

В рюмочки коньяк налит —

Со свиданьицем.

Вроде бы откуда

Новая посуда?

Но соседка этим гостем дорожит:

То поправит скатерть,

То вздохнет некстати,

То смутится, что неострые ножи.

Он — мужчина разведенный,

И она разведена.

Что тут говорить…

Правит нами век казенный,

И не их это вина —

Некого винить.

Тот был — первый — гордым,

Правильным был, твердым.

Ну да Бог ему судья, да был бы жив.

Сквер листву меняет,

Дочка подрастает…

И пустяк, что не наточены ножи.

Пахнет наволочка снегом,

Где-то капает вода,

Плащ в углу висит.

На проспект спустилось небо

И зеленая звезда

Позднего такси.

Далеко до Сходни,

Не уйти сегодня,

Он бы мог совсем остаться, да и жить.

Все не так досадно,

Может, жили б складно…

Ах, дались мне эти чертовы ножи!

Ах, как спится утром зимним!

На ветру фонарь скулит —

Желтая дыра.

Фонарю приснились ливни —

Вот теперь он и не спит,

Все скрипит: пора, пора…

Свет сольется в щелку,

Дверь тихонько щелкнет,

Лифт послушно отсчитает этажи…

Снег под утро ляжет,

И неплохо даже

То, что в доме не наточены ножи.