– Похоже, вы лишились своего пилота, – сообщил им пришелец с кожаным лицом.

За бортом парила уродливая голова и похожие на дыни плечи защитника, напоминавшего призрак внутри окружавшего их черного камня.

Луис лишь кивнул в ответ. Потрясения следовали одно за другим и с разных сторон. Он сознавал, что рядом с ним стоит насквозь мокрый Хмии, молча изучая потенциального врага. Градостроители лишились дара речи. Если Луис верно понимал выражение их лиц, в нем было больше благоговейного трепета или восторга, нежели страха.

– Вы полностью в ловушке, – сказал защитник. – Достаточно скоро вам придется уйти в стазис, и вряд ли стоит обсуждать, что произойдет после. Мне это доставляет немалое облегчение. Интересно, смогу ли я заставить себя вас убить?

– Мы думали, вы все мертвы, – ответил Луис.

– Паки вымерли четверть миллиона лет назад…

Сросшиеся губы и десны защитника искажали согласные, но он говорил на интерлингве. Почему на интерлингве?

– …их погубила болезнь. Ты был прав, предполагая, что все защитники мертвы. Но древо жизни живет и здравствует под Картой Марса. Иногда его обнаруживают. Полагаю, что именно здесь изготавливали эликсир бессмертия, когда кому-то из защитников требовались средства для какого-либо проекта.

– Где ты выучил интерлингву?

– Этот язык знаком мне с детства. Луис, ты меня не узнаешь?

Луису показалось, будто ему в живот воткнули нож.

– Тила? Но как?..

Лицо ее было жестким, словно маска. Как оно могло хоть что-то выражать?

– Невежество порой опасно. Знаешь такую поговорку? Искатель пытался найти подножие арки. Я похвалилась перед ним своими познаниями, рассказав, что никакого подножия у арки нет и что мир – на самом деле кольцо. Его это крайне расстроило. Я сказала ему, что, если он ищет место, откуда можно править миром, ему следует искать стройплощадку.

– Ремонтный центр, – сказал Луис.

Бросив взгляд в сторону кабины, он увидел, что Замыкающий превратился в белую скамеечку для ног, украшенную рубиновыми и лиловыми драгоценными камнями.

– Естественно, в итоге там должен был появиться Ремонтный центр, а заодно и центр власти, – ответила защитница. – Искатель помнил легенды о Великом океане. Океан казался вполне подходящим вариантом, учитывая естественные преграды в виде расстояний, штормов и десятка хищных экосистем. Астрономы изучали Великий океан с дальних точек арки, и Искатель помнил достаточно, чтобы составить для нас карты. Мы путешествовали по Великому океану шестнадцать лет. Наше путешествие породило немало легенд. Ты знал, что Карты населены? Карту Земли колонизировали кзины. Мы не смогли бы продолжить путь, если бы не захватили один из их кораблей. В Великом океане есть острова, которые на самом деле огромные живые существа с покрытыми растительностью спинами, и они ныряют в тот момент, когда моряк меньше всего этого ожидает…

– Тила! Как? Как ты смогла стать такой?

– Невежество порой опасно, Луис. Я так и не узнала о происхождении строителей Мира-Кольца, пока не стало слишком поздно.

– Но тебе же всегда везло!

– Да, меня сделали везучей кукольники Пирсона, вмешавшись в земные Законы о рождаемости и создав Лотереи рождений. Ты полагал, что их метод действительно сработал, хотя мне это всегда казалось глупостью. Луис, ты в самом деле веришь, что шесть поколений победителей Лотереи рождений произвели на свет везучего человека?

Луис не ответил.

– Только одного? – Казалось, будто она над ним смеется. – Подумай о везении всех потомков всех победителей Лотерей рождений. Через двадцать тысяч лет все они должны быть далеко за пределами Галактики, убегая от взрыва галактического ядра. Почему бы и не на Мире-Кольце? Его пригодная для жизни территория в три миллиона раз превосходит поверхность земной суши, и он может перемещаться. Мир-Кольцо – настоящее везение для еще не родившихся потомков людей, из которых выводили породу везучих. Если я смогу спасти Мир-Кольцо, тогда им повезло, что мы прилетели сюда двадцать три года назад, и им повезло, что мы с Искателем нашли вход в гору Олимп. Повезло им. Но никак не мне.

– С ним случилось то же самое?

– Искатель, естественно, умер. Мы оба сошли с ума, желая корня древа жизни, но Искатель был на тысячу лет старше. Это его убило.

– Мне не следовало тебя бросать, – сказал Луис.

– Я не оставила тебе выбора. Впрочем, его не было и у меня самой – если ты веришь в везение. И сейчас у меня его нет. Инстинкты защитника слишком сильны.

– А ты веришь в везение?

– Нет, – ответила она. – Но хотела бы.

Луис беспомощно развел руками и отвернулся. Он всегда знал, что снова встретит Тилу Браун. Но не так же! Жестом включив спальное поле, он завис в невесомости.

Замыкающий был прав. Самое лучшее – свернуться в клубок, созерцая собственный пуп.

Но люди неспособны отключить слух. Луис парил в позе эмбриона, закрыв руками лицо, но все слышал.

– Говорящий-с-Животными, поздравляю тебя с вновь обретенной молодостью.

– Мое имя – Хмии.

– Прошу прощения, – ответила защитница. – Хмии, как ты тут оказался?

– Я трижды угодил в ловушку, – сказал кзин. – Сперва меня похитил Замыкающий, потом Луис не дал мне бежать с Мира-Кольца, а затем меня пленила под землей Тила Браун. Пора с этим кончать. Ты готова сразиться со мной, Тила?

– Если сумеешь до меня добраться, Хмии.

Кзин отвернулся.

– Чего тебе от нас надо? – послышался неуверенный голос Каваресксенджаджока на языке Градостроителей, которому эхом вторил переводчик на интерлингве.

– Ничего, – ответила Тила тоже на языке Градостроителей.

– Тогда что мы тут делаем?

– Ничего. Я позаботилась, чтобы вы ничего не смогли сделать.

– Не понимаю. – Мальчик едва не плакал. – Зачем ты хочешь похоронить нас под землей?

– Дитя мое, я делаю то, что должна. Я должна предотвратить одну целую пять десятых на десять в двенадцатой убийств.

Луис открыл глаза.

– Но мы же здесь именно затем, чтобы предотвратить множество смертей! – горячо возразила Харкабипаролин. – Ты что, не знаешь, что мир сдвинулся от центра и скользит в сторону солнца?

– Знаю. Я собрала команду, которая заново устанавливает коррекционные двигатели Мира-Кольца, чтобы исправить ущерб, причиненный вашей расой.

– Лувиву говорит, что этого недостаточно.

– Да, недостаточно.

Теперь они уже полностью завладели вниманием Луиса Ву.

– Не понимаю, – покачала головой библиотекарша.

– Благодаря коррекционным двигателям мы продлим жизнь Мира-Кольца по крайней мере на год. Еще один год для трех на десять в тринадцатой разумных существ – то же самое, что подарить каждому на Земле лишнюю тысячу лет жизни. Вполне достойное достижение. Мои помощники с этим согласились, даже те из них, кто не является защитником.

Луис мог разглядеть за кожаной маской защитника черты лица Тилы Браун. Утолщения в сочленениях челюсти, увеличившийся, чтобы вместить больше мозгового вещества, череп… но перед ним была именно Тила, что причиняло ему страшную боль. Почему она не уходит?

Старые привычки умирают с трудом, а Луис обладал аналитическим умом.

«Почему она не уходит? – подумал он. – Умирающий защитник в обреченном на гибель искусственном мире! У нее нет ни одной лишней минуты на разговоры с компанией оказавшихся в ловушке производителей. Она вообще понимает, что делает?»

Он повернулся к ней:

– Это ведь ты собрала ремонтную команду? Кто они?

– Помогла моя внешность. Большинство гуманоидов готовы, по крайней мере, меня слушать. Я собрала команду из нескольких сотен тысяч представителей разнообразных рас. Троих из них я привела сюда, сделав их защитниками, – по одному из народа Выливных гор, Ночного народа и вампиров. Я надеялась, что они найдут решение, которое не могла найти я. Их взгляды во многом различались – вампир, к примеру, до метаморфозы был вообще неразумен. Но они меня подвели, – сказала Тила.

«Она определенно ведет себя так, будто у нее полно времени, – подумал Луис. – Времени, чтобы развлекать угодивших в ловушку инопланетян и производителей, пока Мир-Кольцо не налетит на теневые квадраты!»

– Никакого лучшего решения они не нашли, – продолжала Тила. – И мы закрепили на стене оставшиеся прямоточные двигатели Бассарда. Сейчас установлены все, кроме последнего. Под руководством защитника моя команда стартует на оставшемся на Мире-Кольце космическом корабле в безопасное место в окрестностях какой-нибудь близлежащей звезды. Некоторые обитатели Мира-Кольца останутся в живых.

– Возвращаемся к исходному вопросу, – сказал Луис. – Твоя команда тяжело трудится, а ты что тут делаешь?

«Я прав! Она пытается что-то нам сообщить!»

– Я пришла, чтобы предотвратить убийство полутора тысяч миллиардов разумных гуманоидов. Я опознала выброс нейтрино из построенных в Человеческом космосе инерционных двигателей и явилась на единственное возможное место преступления. А потом я стала ждать. И вот вы здесь.

– Да, мы здесь, – согласился Луис. – Но, невмирс, ты прекрасно знаешь, что мы явились вовсе не затем, чтобы совершать какие-либо убийства.

– Вы все равно бы их совершили.

– Зачем?

– Этого я вам сказать не могу.

И все-таки она вовсе не собиралась заканчивать разговор. Тила вела странную игру, о правилах которой приходилось догадываться.

– Предположим, – сказал Луис, – ты могла бы спасти Мир-Кольцо, убив полтора триллиона его обитателей из тридцати триллионов. Защитник ведь на такое вполне способен? Пять процентов ради спасения девяноста пяти. Выглядит вполне… рационально.

– Ты не в состоянии сочувствовать многим мыслящим существам, Луис? Или ты можешь представить лишь одну смерть одновременно, с собой в главной роли?

Луис не ответил.

– Человеческий космос населяют тридцать миллиардов людей. Представь, что все они мертвы. Представь в пятьдесят раз большее количество умирающих, допустим, от лучевой болезни. Ты способен почувствовать их боль, их горе, их мысли друг о друге? Всех этих людей? Численность их так велика, что твой мозг ее просто не воспринимает – в отличие от моего.

– Гм…

– Я не могу этого допустить. Я этого не позволю. Я знала, что должна вас остановить.

– Тила, представь себе теневой квадрат, падающий на Мир-Кольцо со скоростью примерно в семьсот миль в секунду. Представь себе гибель в тысячу раз большего, чем в Человеческом космосе, числа разумных существ, когда разрушится Мир-Кольцо.

– Представляю.

Луис кивнул, поняв, что Тила готова дать им столько фрагментов головоломки, сколько сможет, но не в силах заставить себя показать им законченную картину. Так что оставалось лишь пытаться выловить недостающие кусочки.

– Ты говорила про защитника. Их было четверо, а теперь только один, не считая тебя? Что случилось с другими?

– Двое защитников покинули ремонтную команду тогда же, когда и я. Судя по всему, они ушли по отдельности. Возможно, они обнаружили некие намеки на ваше прибытие. Я сочла необходимым выследить их и помешать им.

– В самом деле? Если они были защитниками, они не в большей степени могли убить полтора триллиона мыслящих гуманоидов, чем ты.

– Они могли каким-то образом устроить так, чтобы это случилось.

– Каким-то образом…

Теперь следовало осторожнее подбирать слова. Луис был рад, что никто не пытается вмешаться, даже Хмии, учтивый дипломат.

– …каким-то образом позволить производителям добраться до единственного места на Мире-Кольце, где может быть совершено это преступление. Такова была бы их стратегия, если бы ты им не помешала?

– Возможно.

– Каким-то образом не дать этим тщательно отобранным производителям вдохнуть запах древа жизни… – («Скафандры! Вот почему Тила искала межзвездный корабль».) – Каким-то образом дать им понять, что происходит. И каким-то образом защитник должен тщательно продумать, как их убить, прежде чем они найдут решение и воспользуются им, погубив астрономическое число производителей, чтобы спасти еще больше. Ты считаешь, что именно это предотвратила?

– Да.

– И это то самое место?

– Зачем еще мне было бы тут ждать?

– Остался еще один защитник. Он придет следом за тобой?

– Нет. Защитница из Ночного народа знает, что организовать эвакуацию, кроме нее, больше некому. Если она попытается убить меня и я убью ее, оставшиеся в одиночестве производители могут погибнуть в пути.

– Похоже, ты и впрямь с легкостью готова убивать, – горько проговорил Луис.

– Нет. Я не могу убить пять процентов населения Мира-Кольца и не знаю, смогу ли убить тебя, Луис. Ты производитель моей расы. На Мире-Кольце ты такой единственный.

– Я думал о том, как спасти Мир-Кольцо, – сказал Луис. – Если тебе известно про некое устройство для трансмутации в больших объемах, мы знаем, как им воспользоваться.

– У паков ничего такого не было. Не самое умное предположение, Луис.

– Если бы нам удалось пробить дыру под одним из Великих океанов, а потом управлять потоком, мы могли бы с помощью реактивной силы вернуть Мир-Кольцо на место.

– Умно. Но такую дыру тебе не проделать, и ничем ее не заткнуть. Более того – есть решение, которое влечет меньше вреда, но все равно его слишком много, и я не могу этого позволить.

– И как бы ты спасала Мир-Кольцо?

– Не могу сказать, – ответила защитница.

– Где мы? Что произошло в этой части Ремонтного центра?

Последовала долгая пауза.

– Я не могу рассказать тебе больше, чем ты знаешь сам, – сказала защитница. – Не понимаю, как ты мог бы отсюда сбежать, но вынуждена учитывать и такую возможность.

– Все, – заявил Луис Ву. – Сдаюсь. Невмирс, будь проклята твоя дурацкая игра.

– Что ж, ладно. По крайней мере, вы в любом случае не умрете.

Луис закрыл глаза и свернулся в клубок в невесомости.

«Ханжеская сука!»

Послышались голоса. Почему люди не рождаются с затычками для ушей? Есть ли вообще гуманоиды с такими чертами?

– Как маги относятся к ришатре? – спросил Каваресксенджаджок.

– Это в самом деле важно, когда встречаешься с новой расой, не так ли, дитя мое? Я считаю, что ришатра – для производителей. Но мы тоже занимаемся любовью.

Мальчик увлеченно слушал Тилу, и любопытство его не знало границ. Тила рассказала о своем великом путешествии. Ее команду исследователей поймали в ловушку гроги на Карте Низа, а потом освободили другие странные местные обитатели. На Кзине были гуманоидные животные, завезенные в давние времена с Карты Земли, которых разводили для разных целей, пока они не стали различаться столь же разительно, как и собаки в Человеческом космосе. Команда Тилы скрывалась среди них. Они похитили колонистский корабль кзинов и убили для еды одного из питавшихся крилем зверей-островов, заморозив мясо в пустом резервуаре с жидким водородом. Его хватило им на много месяцев.

– Мне нужно поесть, – наконец услышал Луис, – но я скоро вернусь.

Несколько минут тишины закончились, когда на его запястье мягко сомкнулись тупые зубы.

– Луис, проснись. У нас нет времени тебе потакать.

Перевернувшись на бок, Луис выключил спальное поле. Несколько мгновений он наслаждался интересным зрелищем кукольника, стоящего рядом с пышущим здоровьем кзином.

– Я думал, ты полностью устранился.

– Всего лишь ценная иллюзия, оказавшаяся слишком близкой к реальности. Я боролся с искушением пустить события на самотек, – сказал кукольник. – Тила Браун говорила правду, когда заявляла, что мы не умрем. Большая часть Мира-Кольца развалится и разлетится в разные стороны, за пределы кометного гало. Возможно, когда-нибудь нас даже найдут.

– Начинаю чувствовать себя аналогично. Готов сдаться.

– Защитники мертвы уже четверть миллиона лет. Кто мне об этом говорил?

– Если бы у тебя имелась хоть толика разума, ты бы перестал меня слушать.

– Пока не перестану, если позволишь. У меня такое впечатление, что защитница пыталась нам что-то сказать. Паки – твои предки, а Тила принадлежит к твоей собственной культуре. Посоветуй что-нибудь.

– Она хочет, чтобы мы сделали за нее грязную работу, – ответил Луис. – Она с самого начала с нами играла. Невмирс, ты же изучал записи бесед с Бреннаном после того, как он превратился в защитника. Защитники обладают крайне сильными инстинктами и нечеловеческим интеллектом. Между двоими из них неизбежен конфликт.

– Не пойму, в чем суть грязной работы.

– Она знает, как спасти Мир-Кольцо. Они все это знали. Убить пять процентов, спасти девяносто пять – но сами они этого сделать не могут. Они даже не могут позволить, чтобы это сделал кто-то другой, но должны каким-то образом его к этому вынудить. Двоемыслие.

– А подробнее?

В голове у Луиса промелькнуло что-то связанное с теми числами. Почему?.. Невмирс, не важно.

– Тила выбрала это здание, потому что оно выглядело как летающая тюрьма Халрлоприллалар, которую мы захватили во время первой экспедиции. Она выбрала его, чтобы привлечь наше внимание. И она оставила его там, где хотела, чтобы оказались мы. Не знаю, за что отвечает эта часть Ремонтного центра, но это именно то нужное место внутри коробки объемом в миллиард кубических миль. Предполагается, что остальное мы выясним сами.

– И что потом? Она уверена, что мы в ловушке?

– Что бы мы ни пытались делать, она будет пытаться нам помешать. Нам придется ее убить – вот что на самом деле она нам говорит. У нас лишь одно преимущество – она сражается, чтобы проиграть.

– Не понимаю, – сказал кукольник.

– Она хочет, чтобы Мир-Кольцо жил. Она хочет, чтобы мы ее убили. Она сказала нам все, что могла. Но даже если мы это поймем – сможем мы убить столько разумных существ?

– Мне жаль Тилу, – проговорил Хмии.

– Да.

– Как мы можем ее убить? Если ты прав, то, вероятно, она что-то для нас предусмотрела.

– Сомневаюсь. Полагаю, она изо всех сил старается не думать о том, что мы могли бы сделать. Ей пришлось бы этому помешать. Мы предоставлены самим себе. И инопланетян она убьет, повинуясь инстинкту. Что касается меня – может, поколеблется решающие полсекунды.

– Что ж, прекрасно, – сказал кзин. – Все серьезное оружие на челноке. Мы заключены в толще камня. Шагодисковая связь с челноком все еще работает?

Замыкающий вернулся в кабину и, проверив, доложил:

– Связь работает. Карта Марса состоит из скрита, но толщиной всего в несколько сантиметров. Ей незачем выдерживать жуткое напряжение поверхности Мира-Кольца. Мои приборы проникают сквозь нее, соответственно, и шагодиски тоже. Единственное, в чем нам пока что повезло.

– Хорошо. Луис, ты со мной?

– Конечно. Какова температура на борту челнока?

– Некоторые из датчиков сгорели. Не могу сказать, – ответил Замыкающий. – Если челноком можно воспользоваться – хорошо. Иначе забирайте свое снаряжение и как можно быстрее возвращайтесь. Если условия невыносимы – возвращайтесь немедленно. Нам нужно знать, с чем нам предстоит иметь дело.

– Логичный следующий шаг, – согласился Хмии. – Что, если челнок выведен из строя?

– У нас все равно есть выход, – сказал Луис, – но нам потребуются скафандры. Замыкающий, не жди нас. Выясни, где мы, и найди Тилу. Она где-то на открытой местности, пригодной для выращивания посевов.

– Слушаюсь. Полагаю, мы на некотором расстоянии под горой Олимп.

– На это не рассчитывай. Она могла направить на нас мощный лазерный луч, чтобы удержать «Иглу» в стазисе, а затем отбуксировать туда, где у нее была под рукой расплавленная порода. И именно это место окажется местом убийства.

– Луис, у тебя есть какие-то мысли насчет того, чего она от нас ожидает?

– Практически никаких. Оставим пока это. – Луис заказал пару банных полотенец и передал одно Хмии; к ним добавил комплект деревянных башмаков. – Готовы?

Хмии прыгнул на шагодиск. Луис последовал за ним.