– Заседание суда окончено! – провозгласила Александра и, устало поднявшись из председательского кресла, направилась к выходу из душного зала, где минуту назад огласила приговор – окончательный и не подлежащий обжалованию – октагонскому шпиону. Бессрочная каторга, да. Несмотря на острое нежелание штамповать решение, предложенное сэром Эмилем, изучив документы и едва не до дыр залистав толстый том королевского уголовного уложения, она была вынуждена в итоге признать, что обстоятельства дела и буква закона, по сути, не оставляют ей выбора: приговор по делу может быть либо именно таким, либо неправосудным.

Стража предупредительно распахнула перед ней двустворчатые двери, и графиня вышла в дворцовый коридор, где едва не нос к носу столкнулась с сенатором Марком. Главный королевский ревизор – эту специально к случаю изобретенную должность она вписала в ордонанс, наделивший публикана его беспрецедентными контрольными полномочиями – был в своей неизменной пурпурной тоге, немного странно смотревшейся на фоне окружавших ее кафтанов и плащей. Марк, впрочем, держался так, как, вероятно, и подобает республиканскому сенатору среди варваров – уверенно и чуть снисходительно к окружающей его первобытной дикости.

– Доброго дня, миледи, – приветствовал он Александру.

– Доброго дня, сенатор, – ответила она, сбавляя шаг. – У вас ко мне дело?

– Сущий пустяк, миледи! – заверил ревизор. – Нигде не могу найти Мастера Ноя, а он мне, как назло, совершенно необходим.

– Ну так попросите слуг или Стражу найти его, – непонимающе пожала она плечами.

– Просил, миледи, – сообщил Марк. – Конечно же, просил. Но увы, бравый молодец, выделенный мне капитаном, ничем не сумел помочь.

– Сэр Аскольд? – в легком недоумении обернулась Александра к командующему Стражей, как раз выходившему вслед за ней из судебного зала, где он представлял сторону обвинения. – Будьте любезны, найдите сенатору Мастера Ноя.

– Сию минуту, миледи, – склонил голову капитан, тут же подзывая к себе подчиненных. – Отыщите Мастера Ноя и передайте ему, что его желает немедленно видеть Главный королевский ревизор. Быстро!

Получив приказ, стражники поспешно удалились, сенатор же остался на месте, очевидно, решив дожидаться казначея прямо здесь, в коридоре. Пройти мимо, следуя по своим делам, показалось Александре довольно неучтивым, посему графиня была вынуждена остановиться.

– Как движется ваша ревизия, сенатор? – задала она вопрос. – Удалось найти что-то стоящее?

– Немало, миледи, – живо заверил Марк. – Настолько немало, что, признаться, я не слишком удивлен загадочному исчезновению Мастера Ноя.

– В смысле – не удивлены? – сдвинула она брови. – Что вы имеете в виду, сенатор? Что вы нашли?

– Не хотелось бы опережать события, миледи, – я планировал представить итоговый доклад дня через три-четыре, но, если вдруг Мастер Ной так и не сыщется, готов сделать это уже нынешним вечером, – ответил публикан.

– Что значит, не сыщется? – еще сильнее нахмурилась она. – Извольте выражаться яснее, сенатор!

– Давайте сперва выскажется сэр Аскольд, – предложил вместо ответа ревизор. – Ясно и четко: увидим мы в ближайшее время королевского казначея или же нет. Если увидим – сложится одна ситуация, если же нет…

– Конечно же, увидим, – отрезала она, не дав капитану и рта раскрыть. – Вы же слышали: за ним уже послали!

– Желал бы я разделить эту вашу уверенность, миледи… – вздохнул сенатор.

* * *

Сэр Аскольд был мрачнее газовой туманности, засасываемой в черную дыру.

– В десять тридцать пять Мастер Ной вышел из дворца в сопровождении нагруженных вещами слуг, – угрюмо докладывал капитан. – Они прошли черным ходом, не попавшись на глаза никому, кроме стоявшего на посту стражника. У того не было насчет казначея никаких инструкций, поэтому, разумеется, чинить им препятствия он не стал. Выйдя в город, Мастер Ной проследовал прямиком в ближайшую факторию Гильдии. В одиннадцать ноль пять он вошел туда, а в одиннадцать тридцать уже поднялся на борт торговой баржи. Ровно в полдень, согласно заблаговременно поданной заявке, баржа ушла на орбиту и взяла курс к выходу на Путь номер восемь. Заявленный пункт назначения – Протекторат Туллия.

– Сбежал… – стиснув в отчаянии кулаки, процедила сквозь зубы Александра. – Сбежал, гад! Упустили!

– Виноват, миледи, – понуро признал сэр Аскольд.

– Нет, – покачала она головой, – это моя вина. Я должна была это предвидеть!

– Прошу прощения, господа, – вмешался в разговор присутствовавший при нем Марк, – но раз уж здесь у нас зашла речь о правых и виноватых, должен признать, что и я не без греха. Вероятно, мне следовало предупредить вас, миледи, – и, конечно же, вас, капитан, – о том, что начало мне открываться в ходе проверки. Однако желание накопить побольше горячих фактов перевесило разумную осторожность. Но, признаться, мне и в голову не приходило, что казначей может скрыться – пока сегодня утром я вдруг не обнаружил, что не могу его отыскать.

– Я должна была это предвидеть, – повторила графиня, по-прежнему сокрушенно качая головой. – Не вы, сенатор, не сэр Аскольд – я.

– Не корите себя, миледи, – попросил ревизор. – Похоже, что сегодня мы все остались в дураках.

– Вы готовы представить Совету свой отчет, сенатор? – спросила Александра, беря себя в руки.

– Буду готов к вечеру, миледи. Вероятно, он окажется несколько неполон, но главное будет ясно.

– Хорошо, – кивнула она. – В таком случае, встретимся в Малом зале заседаний. В девять. До вечера, сенатор!

– До вечера, миледи.

* * *

– Правильно я понимаю, господин королевский ревизор, что Мастер Ной нас бессовестно обкрадывал? – задал вопрос сэр Эмиль.

– Не совсем так, милорд, – проговорил в ответ Марк. В Малом зале заседаний их собралось четверо – помимо двух названных персон, присутствовали также Александра и сэр Аскольд. Сэра Роджера известили о собрании, но он по обыкновению прислал записку с извинениями и не явился. – Не совсем так: о том, что казначей обворовывает хозяина, уместно говорить, когда он кладет в свой карман один-два юаня с золотого рубля. Здесь же ситуация принципиально иная: Мастер Ной делился с королевством парой юаней из каждого рубля, проходящего через его руки. И то не всегда.

– Даже не верится, что все может быть настолько запущенно… – пробормотала графиня.

– Я тоже не сразу поверил в то, что увидел, миледи, – повернулся к ней публикан. – В том числе и поэтому тянул с отчетом – все искал разумное объяснение. Но увы, факты говорят сами за себя. Финансовая система королевства только по названию являлась таковой, по сути же преимущественно служила личному обогащению Мастера Ноя. В Республике мне приходилось работать с государственными подрядами – причем как с одной, так и с другой стороны, – и я не понаслышке знаком с многими грязными приемами, использующимися недобросовестными публиканами. Но некоторые схемы, задействованные беглым казначеем, явились настоящим откровением даже для меня. Все сделки королевства шли через целую цепочку посредников, оставляя на каждом этапе немалый куш. Я подчеркиваю: все сделки, а не только внешнеторговые! Часть средств просто уходила в никуда – я так и не нашел их конечных получателей. Кредиты – отдельный разговор. И дело даже не в задранных к звездам процентных ставках – это еще может как-то быть объяснено. Но кредиты жили отдельной, почти не связанной с экономикой королевства жизнью, поступления по новым часто шли исключительно на погашение процентов по прежним займам, порождая пирамиду бесконечно растущего долга. Даже не стану называть его номинальный объем – цифра будет астрономической и совершенно оторванной от реальности. Радует одно: из жадности ли или же из недоверия к партнерам – а они, партнеры, были, здесь сомнений нет – большинство сделок Мастер Ной замыкал лично на себя или на подконтрольные себе структуры. Соответственно, теперь, после его разоблачения и бегства, появляются основания, чтобы их оспорить и аннулировать.

– То есть, другими словами, долги мы можем не платить? – спросил сэр Эмиль.

– Не все и не сразу, но по крайней мере часть, – кивнул Марк. – Значительную часть.

– Сенатор, вы упомянули неких партнеров Мастера Ноя, – проговорила Александра, воспользовавшись возникшей паузой. – Кто были эти партнеры?

– Во-первых, разумеется, купцы – причем как члены Гильдии, так и разгильдяи, как их тут полупрезрительно называют. Но это, так сказать, внешние контрагенты – к ним какие вопросы? Однако были и внутренние – думаю, их правильнее назвать соучастниками грабежа.

– Внутренние? Здесь, в Столице? – быстро спросила графиня. – Кто?

– Нет, не в Столице, но в Королевстве. Кто – с уверенностью пока сказать не могу, большинства нужных документов мне увидеть так и не удалось. Но некоторые бумаги, все же попавшие мне в руки – сами по себе относительно невинные, но вполне могущие служить основой для чего-то большего, – составлены в некоем «передвижном фронтовом казначействе» и заверены печатью графа д’Арум.

– Сэр Герберт! – вырвалось у Александры.

– То есть вы утверждаете, господин королевский ревизор, что соучастником Мастера Ноя в деле разграбления королевской казны был сэр Герберт, граф д’Арум? – уточнил сэр Эмиль.

– Чтобы утверждать это с уверенностью, данных у меня недостаточно, – покачал головой сенатор. – Как вы понимаете, моя проверка до сих пор проводилась исключительно здесь, в Столице, а чтобы завершить ее, требуется провести ревизию этого загадочного «фронтового казначейства».

– Боюсь, в данных условиях сделать это вам окажется затруднительно, – хмыкнул сэр Эмиль.

Марк вопросительно посмотрел на Александру.

– Сэр Эмиль прав, – вынуждена была признать она. – Непосредственную ревизию «фронтового казначейства», что бы ни скрывалось за этим названием, придется на время отложить.

– В таком случае ничего определенного о роли графа д’Арум я пока сказать не смогу, – развел руками Марк. – В остальном же картина ясна, как Драконье Око. Новому казначею, когда он будет назначен, придется строить королевскую финансовую систему с нуля. Это, что называется, плохая новость. Но есть и хорошая: если вернуть украденное, вероятно, и не удастся, то в наших силах пресечь новые кражи, а также не дать нарисованным бумажным и электронным долгам превратиться в реальные. Это то, чем преемник Мастера Ноя должен будет заняться в первую очередь. Не скажу, что задача плевая, но, определенно, выполнимая.

– Тогда осталось найти этого самого преемника, – буркнул сэр Эмиль. – Только вот Геркулесы, способные разгребать столь запущенные конюшни – а не загаживать их еще более, – на дороге не валяются.

– Сенатор, – пристально посмотрела Александра на Марка.

– Да, миледи?

– Я понимаю, что изначально просила не о том…

– Не продолжайте, миледи, – жестом остановил ее публикан, прекрасно понявший, к чему ведет собеседница. – Не стану отрицать, в мои планы это не входило. Но раз уж все так сложилось… Что ж, в любом случае, вероятно, я сейчас единственный человек в Столице, худо-бедно ориентирующийся в запутанном наследстве Мастера Ноя. Да и задача нетривиальная, как для профессионала для меня это вызов… В общем, я готов, миледи. Не навсегда, на время – через месяц, максимум – через два, мне необходимо вернуться домой – мое нынешнее положение в Республике не предполагает слишком длительного отсутствия. Но, надеюсь, за этот срок мне удастся не только немного подчистить ваши конюшни – по меткому выражению сэра Эмиля, – но и подобрать и подготовить себе квалифицированную смену.

– Благодарю, сенатор, – кивнула Александра. – Это много больше, чем я могу даже не требовать, – просить у вас.

– К вашим услугам, миледи, – любезно улыбнулся Марк.

Впрочем, глубокий вздох, последовавший за его словами, говорил сам за себя.