Челнок летел на высоте в пять миль чуть медленнее звука.

Тринадцать тысяч миль — не такое уж и большое расстояние для челнока. Осторожность Луиса раздражала кзина.

— Через два часа мы могли бы опуститься на летающий город или подняться к нему снизу! Или даже через час, без особых неудобств!

— Конечно. Нам пришлось бы выйти за пределы атмосферы, сверкая, словно звезда, плазменным двигателем, но — да, конечно. Помнишь, как мы оказались в летающей тюрьме Халрлоприллалар? Вися в воздухе вверх ногами, на скутерах со сгоревшими двигателями?

Хмии ударил хвостом по спинке кресла. Он все помнил.

— Нам ни к чему, чтобы нас заметила какая-нибудь старая техника. Похоже, сверхпроводниковая чума не всю ее уничтожила.

Зеленая трава внизу сменилась возделанными полями, затем влажными джунглями, в которых среди стволов цветущих деревьев отражались отвесно падающие лучи солнца.

Луис превосходно себя чувствовал. Он не мог допустить, чтобы его война с полем подсолнечников оказалась тщетной, и у него все получилось. Он поставил себе задачу и добился цели, призвав на помощь разум и имевшиеся под рукой орудия.

Болото тянулось бесконечно. В какой-то момент Хмии показал на маленький город. Его трудно было разглядеть — здания наполовину погрузились в воду, а лианы и деревья пытались утянуть их еще глубже. Архитектурный стиль выглядел странно — все стены, крыши и двери слегка выгибались наружу, оставляя посередине узкие улицы. Город явно не был построен народом Халрлоприллалар.

К середине дня челнок преодолел большее расстояние, чем Гинджерофер или вождь великанов за всю свою жизнь. Луис понял, что расспрашивать дикарей было глупо — они были столь же далеки от летающего города, как любые две точки на Земле.

На связь вышел Замыкающий.

Сегодня его грива напоминала завитую радугу, выкрашенную полосами основных цветов. Кукольники за его спиной мелькали вдоль рядов шагодисков, толпились у витрин, толкались без каких-либо извинений или недовольства, и все это на фоне музыки с преобладанием флейт и кларнетов — языка кукольников.

— Что вы узнали? — спросил Замыкающий.

— Немногое, — ответил Хмии. — Мы зря потратили время. Семнадцать фаланов назад — около трех с половиной лет — определенно случилась большая солнечная вспышка, но мы это и так предполагали. Теневые квадраты сомкнулись, защищая поверхность. Судя по всему, их система управления работает независимо от системы Мира-Кольца.

— Это тоже можно было предположить. Больше ничего?

— Гипотетический Ремонтный центр Луиса наверняка бездействует. То болото под нами не проектировалось изначально. Вероятно, какая-то крупная река забилась илом, перекрыв истечение воды из моря. Мы нашли разнообразных гуманоидов, некоторые из них разумны, а другие — нет. Но никаких следов тех, кто построил Мир-Кольцо, если только они не являлись предками Халрлоприллалар. Я склонен полагать, что именно так и было.

Луис открыл было рот... но промолчал, почувствовав боль в ноге и увидев лежащие на его бедре четыре кзинских когтя.

— Мы не встретили никого из расы Халрлоприллалар, — продолжал Хмии. — Возможно, они никогда не были многочисленны. До нас доходили слухи о другой расе, Машинном народе, которая, возможно, пришла им на смену. Мы отправляемся на их поиски.

— Да, Ремонтный центр бездействует, — оживленно проговорил Замыкающий. — Это я выяснил и сам. Я воспользовался зондом...

— У тебя два зонда, — сказал Хмии. — Используй оба.

— Один я держу в резерве, для дозаправки «Иглы». С помощью другого я узнал тайну Выливных гор. Смотрите...

На дальнем правом экране появилось изображение с зонда, мчавшегося вдоль стены. Миновав некий объект, который не удавалось рассмотреть из-за скорости, он замедлил ход, развернулся и полетел назад.

— Луис посоветовал мне исследовать стену. Зонд едва начал замедляться, когда обнаружил это. Я решил, что оно стоит изучения!

На стене виднелась выпуклость — уходившая за ее край труба. Она была вплавлена в стену и сделана из того же просвечивающего серого скрита. Зонд приближался к ней, пока камера не заглянула в туннель шириной в четверть мили.

— Большая часть конструкции Мира-Кольца выглядит достаточно грубо, — сказал Замыкающий.

Зонд двинулся вдоль трубы за край стены, а затем по внешней ее стороне до того места, где труба исчезала внутри пенистого материала, игравшего роль противометеоритной защиты для обратной стороны Мира-Кольца.

— Понятно, — кивнул Луис. — И она не работала?

— Нет. Я попытался проследить, куда идет труба, и кое-что мне удалось.

Картинка изменилась. Зонд теперь быстро двигался в темноте снаружи Мира-Кольца, на довольно большом расстоянии от него. Наверху в инфракрасном свете проплывал вывернутый наизнанку ландшафт. Зонд сбросил скорость, остановился и двинулся вверх.

Если в Мир-Кольцо ударял метеорит, он должен был падать из межзвездного пространства, и удар происходил на космической скорости, к которой прибавлялась собственная скорость Мира-Кольца, составлявшая семьсот семьдесят миль в секунду. И в этом месте как раз ударил метеорит. Плазменное облако пропахало борозду длиной в сотни миль в морском дне, испарив защитную пену. Вдоль борозды проходила труба диаметром в несколько сот футов, уходившая в дно моря.

— Замкнутая система, — пробормотал Луис.

— Без определенного противовеса эрозии, — сказал кукольник, — верхний слой почвы Мира-Кольца за несколько тысячелетий оказался бы на дне морей. Полагаю, трубы шли со дна моря вдоль обратной стороны и вверх через стену. Их задача — сбрасывать ил с морского дна на Выливные горы. Большая часть воды испаряется в почти полном вакууме у вершины, на высоте в тридцать миль. Гора постепенно оседает под собственным весом, и ее вещество перемещается со стены внутрь, где его уносят ветры и реки.

— Всего лишь предположение, — заметил Хмии, — но вполне правдоподобное. Замыкающий, где сейчас твой зонд?

— Я намерен вывести его из-под Мира-Кольца и вернуть в транспортную систему вдоль стены.

— Так и сделай. На зонде есть радар?

— Да, но дальность его действия невелика.

— Обследуй радаром Выливные горы. Какое там расстояние между ними... от двадцати до тридцати тысяч миль? Соответственно, вдоль обеих стен их может быть порядка пятидесяти тысяч. Хватит нескольких, чтобы в них прекрасно мог укрыться Ремонтный центр.

— Но зачем прятать Ремонтный центр?

— Что, если подчиненные расы устроят бунт? — презрительно фыркнул Хмии. — Если случится вторжение? Естественно, Ремонтный центр спрятан и хорошо укреплен. Обыщи каждую Выливную гору.

— Ладно. Я просканирую правую стену за один оборот Мира-Кольца.

— Просканируй затем другую.

— И не выключай камеры, — сказал Луис. — Мы все еще ищем коррекционные двигатели... хотя мне начинает казаться, что вместо них было нечто иное.

Замыкающий отключился. Луис повернулся к иллюминатору. Все это время его внимание привлекала бледная ниточка, огибавшая край болота и выглядевшая прямее, чем река. Он показал на пару движущихся вдоль нее едва различимых точек.

— Думаю, стоит взглянуть получше. Почему бы тебе не опуститься пониже?

Это оказалась дорога. С высоты в сотню футов она выглядела неровной, словно брошенные в ручей белые камни.

— Похоже на Машинный народ, — сказал Луис. — Проследим, куда едет их транспорт?

— Подождем, пока не окажемся ближе к летающему городу.

Отказываться от представившейся возможности казалось глупым, но Луис опасался возражать — от кзина в буквальном смысле исходил запах охватившего его напряжения.

Дорога огибала влажные низменности и, похоже, пребывала в неплохом состоянии. Хмии следовал вдоль нее на небольшой скорости, на высоте в сто футов.

В какой-то момент они миновали группу зданий, самое крупное из которых, похоже, являлось чем-то вроде химического комбината. Несколько раз внизу проезжали угловатые машины. Их самих заметили лишь однажды — одна машина внезапно остановилась, и из нее высыпали человекоподобные существа, которые начали бегать вокруг, а затем достали какие-то палки и направили их на челнок. Мгновение спустя они скрылись из виду.

Посреди влажных джунглей виднелись большие бледные пятна, которые вряд ли могли быть принесенными ледником валунами. Луис подумал, что, возможно, это чудовищных размеров грибы, но, к его удивлению, один из них пришел в движение. Луис попытался показать на странный объект Хмии, но кзин его проигнорировал.

Дорога сворачивала против вращения, приближаясь к цепи скалистых гор. Вместо того чтобы прорубить себе путь, она шла через существующее ущелье, а затем устремлялась вправо, вновь идя вдоль болота.

Но Хмии ушел влево и прибавил скорость. Челнок помчался вдоль левого края горной цепи, оставляя за собой язык пламени. Внезапно кзин развернул корабль кругом, затормозил и опустился у подножия гранитного утеса.

— Выйдем наружу, — сказал он.

Состоявшая из скрита оболочка горы блокировала микрофоны Замыкающего, но вне челнока все равно казалось безопаснее. Луис последовал за кзином.

День был ясным и солнечным — даже слишком, поскольку здесь дуга Мира-Кольца находилась почти в ближайшей точке от солнца. Дул теплый, но сильный ветер.

— Луис, — спросил кзин, — ты собирался рассказать Замыкающему про строителей Мира-Кольца?

— Вероятно. Почему бы и нет?

— Полагаю, мы пришли к одному и тому же выводу.

— Сомневаюсь. Что может знать кзин о паках-защитниках?

— Я знаю все, что содержится в документах Смитсоновского института, хоть этого и немного. Я изучал свидетельства рудокопа из Пояса астероидов, Джека Бреннана, и голограммы мумифицированных останков инопланетянина по имени Фсстпок, а также грузовой капсулы с его корабля.

— Хмии, как ты до всего этого добрался?

— Какая разница? Я был дипломатом. Существование паков в течение поколений являлось тайной Патриархии, но любой кзин, которому приходится иметь дело с людьми, обязан изучить соответствующие документы. Мы должны знать своего врага. Возможно, мне больше известно о твоих прародителях, чем тебе самому. И я предполагаю, что Мир-Кольцо построили паки.

За шестьсот лет до рождения Луиса Ву в Солнечную систему с миссией милосердия прибыл пак-защитник. Именно от него, Фсстпока, посредством поясника Джека Бреннана историки узнали об остальном.

Родная планета паков находилась в ядре Галактики. В течение жизни они проходили три стадии: детеныша, производителя и защитника. Взрослым производителям хватало интеллекта лишь на то, чтобы взмахнуть дубинкой или швырнуть камень.

По достижении среднего возраста, если им удавалось до него дожить, у паков-производителей возникала неудержимая потребность в пожирании растения, называемого древом жизни. Содержавшийся в растении симбиотический вирус запускал изменения в организме производителя, который терял половые железы и зубы. Его череп и мозг увеличивались в размерах. Губы и десны срастались в твердый тупой клюв. Кожа покрывалась морщинами, утолщалась и грубела. Суставы становились толще, а вместе с ними росла и мышечная сила. В области паха развивалось двухкамерное сердце.

Фсстпок явился по следам колонистского корабля паков, достигшего Земли два с лишним миллиона лет назад.

Паки пребывали в постоянном состоянии войны. Предыдущие колонии на ближайших планетах ядра Галактики всегда захватывались последующими волнами кораблей. Возможно, именно по этой причине корабль Фсстпока оказался столь далеко.

Колония была большой и хорошо оборудованной, и ею заправляли существа намного выносливее и умнее людей. Но тем не менее она оказалась нежизнеспособной. Древо жизни росло на земной почве, но вирус — нет. Защитники вымерли, оставив после себя популяцию паков-производителей, вынужденных защищаться самостоятельно... а также записи с зовом о помощи, который преодолел тридцать тысяч световых лет, достигнув родной планеты паков.

Фсстпок нашел эти записи в древней библиотеке паков и преодолел в одиночестве на досветовом корабле тридцать тысяч световых лет, пытаясь найти Солнечную систему. Ресурсы, пошедшие на постройку корабля, — как мыслительные, так и материальные — Фсстпок завоевал и сумел удержать военным путем. Его грузовая капсула была забита корнями и семенами древа жизни, а также мешками окиси таллия — о необходимости столь необычной добавки к почве он узнал, проведя самостоятельные исследования.

Возможно, ему пришло в голову, что защитники могли мутировать.

Среди паков у мутанта не было никаких шансов. Если детеныши неправильно пахли с точки зрения их предков-защитников, их убивали. Возможно, Фсстпок рассчитывал на более низкий процент мутантов на Земле, вдалеке от яростного космического излучения солнц ядра. Вероятно, он решил рискнуть.

Защитники действительно мутировали. Ко времени Фсстпока они мало напоминали паков-защитников, за исключением определенных изменений в среднем возрасте, когда у самок прекращалось воспроизводство яйцеклеток и у обоих полов сморщивалась кожа, выпадали зубы, распухали суставы. От алчного стремления к древу жизни осталась лишь неясная тревога и неудовлетворенность. В более позднем возрасте отсутствие второго сердца становилось причиной сердечных приступов.

Фсстпок ничего этого так и не узнал. Спаситель умер почти без страданий, в лучшем случае подозревая, что те, кого он намеревался спасти, превратились в чудовищ и вовсе в нем не нуждаются.

Именно такую историю рассказал Джек Бреннан представителям ООН, прежде чем исчезнуть. Но Фсстпок был уже мертв, а свидетельство Джека Бреннана вызывало сомнения. Он ел древо жизни и превратился в чудовище — в числе прочего увеличилась и изменила форму его черепная коробка. Вероятно, он заодно сошел с ума.

Казалось, будто по всей каменистой территории рассыпана шпинатная лапша. Там, где между валунами набилась земля, росли полоски пушистой на ощупь зелени. Возле лодыжек Луиса и Хмии жужжали тучи насекомых, держась в нескольких дюймах от земли.

— Паки-защитники, — сказал Луис. — Именно о них я подумал, но с трудом мог заставить себя в это поверить.

— По скафандрам и броне травяного великана можно представить их облик — гуманоидный, но с увеличенными суставами и выдвинутым вперед лицом, — ответил Хмии. — Есть и другие подтверждения. Мы встречали множество гуманоидов, и все они выглядели по-разному, но они наверняка происходят от общего предка — вашего собственного предка, пака-защитника.

— Наверняка. Заодно становится понятно, отчего умерла Прилл.

— То есть?

— Биозамедлитель был рассчитан на метаболизм гомо сапиенс. Халрлоприллалар не могла им пользоваться. У нее был свой собственный эликсир долголетия, который могли использовать несколько разных рас. Мне пришло в голову, что, возможно, народ Прилл создал его из древа жизни.

— Почему?

— Ну... защитники жили тысячи лет. Некая составляющая древа жизни или существенная ее доза могла запустить подобную перемену и у гуманоидов. И Замыкающий говорит, что у Прилл похитили имевшийся у нее запас.

— Помню, — кивнул Хмии. — Один из кораблей ваших астероидных рудокопов причалил к брошенному кораблю паков. Самый старый член команды почувствовал запах древа жизни и сошел с ума. Он начал есть больше, чем вмещал его желудок, и умер. Его товарищи не сумели его сдержать.

— Да. Не будет ли преувеличением предположить, что нечто подобное случилось с каким-нибудь лаборантом ООН? Прилл входит в здание ООН с флаконом эликсира долголетия с Мира-Кольца. ООН хочет получить его образец. Парень, едва достигший подходящего возраста для первой дозы биозамедлителя — лет сорока — сорока пяти, — открывает флакон, держа наготове пипетку. А потом он вдыхает запах содержимого — и выпивает его целиком.

Хмии хлестнул хвостом:

— Не стану говорить, что Халрлоприллалар мне нравилась, но все-таки она была нашим союзником.

— Зато она нравилась мне.

Вокруг дул смешанный с пылью горячий ветер. Луис почувствовал себя полностью опустошенным, понимая, что другого шанса поговорить наедине у них не будет. Зонд, передававший сигнал на «Иглу» и обратно, скоро должен был подняться слишком высоко вдоль арки, чтобы подобный трюк мог сработать.

— Хмии, сумеешь рассуждать с точки зрения пака?

— Могу попробовать.

— Они разместили карты по всем Великим океанам. Можешь объяснить, почему вместо того, чтобы отобразить на картах Кзин, Низ, Марс и Джинкс, паки-защитники попросту не истребили кзинов, грогов, марсиан и брандашмыгов?

— Грррм... почему бы и нет? Если верить Бреннану, паки без малейших угрызений совести уничтожали инопланетные расы. — Хмии начал расхаживать туда-сюда, размышляя над проблемой. — Вероятно, они предполагали, что за ними последуют другие. Что, если они проиграли войну и ожидали появления готовых их истребить победителей? Для паков десяток выжженных планет в радиусе десятка световых лет вполне мог означать присутствие других паков.

— Гм... может быть. Но прежде всего — почему они построили Мир-Кольцо? Невмирс, как они собирались его оборонять?

— Я бы не стал пытаться оборонять столь уязвимое сооружение. Возможно, нам еще предстоит это узнать. Мне также интересно, почему паки вообще пришли в эту область космоса. Случайность?

— Нет. Слишком уж далеко.

— Тогда что?

— Ну... остается гадать. Предположим, многим пакам хотелось сбежать как можно быстрее и как можно дальше. Опять-таки — допустим, они проиграли войну и их вышвырнули с планеты паков. В рукавах Галактики имелся лишь один безопасный путь, и он был нанесен на карту. Первая экспедиция, та, что заселила Землю, достигла Солнечной системы, не столкнувшись ни с какими опасностями, с которыми они не могли бы справиться. Они отправили назад координаты, и проигравшие последовали за ними. А потом они открыли лавочку на безопасном расстоянии от Солнечной системы.

— Как бы тут ни оказались паки, — после некоторого раздумья проговорил Хмии, — они всегда были умными и воинственными ксенофобами. Соответственно, можно сделать выводы. Оружие, которое испарило половину «Лжеца» и которое вы с Тилой упорно называли противометеоритной защитой, почти наверняка было запрограммировано на обстрел вторгшихся со стороны кораблей. Если ей представится шанс, она обстреляет и «Раскаленную иглу дознания» или челнок. И второй мой вывод: Замыкающий не должен узнать, кто построил Мир-Кольцо.

— Их давным-давно не осталось, — покачал головой Луис. — По словам Бреннана, единственное, что движет защитником, — защита его потомков. Они не допустили бы развития мутаций. И они никогда не позволили бы Миру-Кольцу начать скользить в сторону солнца.

— Луис...

— Собственно, их нет уже сотни тысяч лет. Взгляни хотя бы на разнообразие гуманоидов, которых мы встретили.

— Я бы сказал — миллионы лет. Скорее всего, они отправились в путь после того, как первый корабль послал зов о помощи, и вымерли вскоре после завершения строительства. Иначе когда бы развилось подобное разнообразие? Но...

— Хмии, погоди. Предположим, они завершили строительство Мира-Кольца всего полмиллиона лет назад. Дадим защитникам четверть миллиона лет, чтобы распространиться по всему сооружению, причем не ведя войн, поскольку территория практически неограниченна. А потом допустим, что все они вымерли.

— Отчего?

— Недостаточно данных.

— Принято. И?

— Допустим, что защитники вымерли четверть миллиона лет назад. Предположим, им потребовалось вдесятеро меньше времени, чем людям для эволюции на Земле. Вдесятеро меньше времени и множество приятных пробелов в экологии, поскольку защитники не привезли с собой никого, кто стал бы охотиться на производителей, — и численность популяции достигла триллионов. Понимаешь? Когда защитники вымерли на Земле, там было, вероятно, около полумиллиона производителей. На Мире-Кольце в три миллиона раз больше пространства и полно времени, чтобы распространиться повсюду до вымирания защитников. Мутанты имели бы этот мир в полном своем распоряжении.

— Не могу с тобой согласиться, — спокойно ответил Хмии. — Мне кажется, ты кое-что упустил. Да, защитники почти наверняка вымерли. Но что, если Замыкающий узнает, что это их собственность, их дом?

— О... он сбежит. С нами или без нас.

— Официально мы так и не проникли в секрет постройки Мира-Кольца. Согласен?

— Угу.

— Тогда что — продолжаем искать Ремонтный центр? Запах древа жизни может оказаться для тебя смертельным. Ты слишком стар, чтобы стать защитником.

— Мне бы этого и не хотелось. В челноке есть спектроскоп?

— Да.

— Древо жизни не растет как надо без добавки к почве, окиси таллия. Таллий более распространен в ядре Галактики, чем здесь. Везде, где проводили большую часть времени защитники, должна найтись окись таллия для растений. Именно так мы и отыщем Ремонтный центр. Если когда-нибудь доберемся в такую даль, войдем внутрь в скафандрах.