Лице своё скрывает день.

Поля покрыла мрачна ночь,

Взошла на горы чорна тень,

Лучи от нас склонились прочь.

Открылась бездна звёзд полна;

Звёздам числа нет, бездне дна.

Песчинка как в морских волнах,

Как мала искра в вечном льде,

Как в сильном вихре тонкой прах,

В свирепом как перо огне,

Так я, в сей бездне углублён,

Теряюсь, мысльми утомлён!

Уста премудрых нам гласят:

«Там разных множество светов[310];

Несчётны солнца там горят,

Народы там и круг веков:

Для общей славы божества

Там равна сила естества».

Но где ж натура[311], твой закон?

С полночных стран встаёт заря!

Не солнцель ставит там свой трон?

Не льдистыль мещут огнь моря?

Се хладный пламень нас покрыл!

Се в ночь на землю день вступил!

О вы, которых быстрый зрак[312]

Пронзает в книгу вечных нрав,

Которым малый вещи знак

Являет естества устав,

Вам путь известен всех планет;

Скажите, что нас так мятет?

Что зыблет ясный ночью лучь?

Что тонкий пламень в твердь разит?

Как молния без грозных тучь

Стремится от земли в зенит?

Как может быть, чтоб мёрзлый пар

Среди зимы раждал пожар?

Там спорит жирна мгла с водой;

Иль солнечны лучи блестят.

Склонясь сквозь воздух к нам густой;

Иль тучных гор верьхи горят[313];

Иль в море дуть престал зефир,

И гладки волны бьют в ефир.

Сомнений полон ваш ответ

О том, что окрест ближних мест.

Скажите ж, коль пространен свет?

И что малейших дале звёзд?

Несведом тварей вам конец?

Скажите ж, коль велик творец?