– Дениска, да что на тебя нашло?!

– Уна, я ухожу. Твой муж знает о нас с тобой. Он может оказаться здесь в любую минуту. Одевайся, застели постель. Если я не успею уйти, скажешь, что наняла меня, чтобы я научил тебя готовить коктейли. Всё отрицай, поняла?

– Дэн, ты спятил? Тимур уехал в Хельсинки! Он ничего не знает. Посмотри туда. Видишь того прикольного уродца? Тимур подарил мне его только вчера. Стал бы он дарить мне подарки, если бы знал, что я ему изменяю?

Дэн посмотрел на туалетный столик и покрылся холодным потом. Эшу, негритянский божок, дух зла. Если кашасу ещё можно было объяснить горячей любовью Тимура к жене, проболтавшейся, что она пристрастилась к бразильскому коктейлю, то фигурка Эшу (искусно вырезанная из черного дерева, отполированная до блеска) яснее всяких слов говорила, что объектом внимания любящего супруга был Дэн.

Он никогда не рассказывал Уне о своей страсти к Бразилии, к её истории и культуре, к фольклору, музыке, кухне и обычаям этой сумасшедшей феерической страны, где беспечно, как в Вавилоне до строительства башни, уживаются представители всех человеческих рас. (Делиться сокровенным с красивым зверьком, не имеющим понятия о материях, выходящих за рамки животных интересов? Увольте!) Она не могла проболтаться мужу о том, чего не знала. Возможно ли, что муж подарил ей почитаемого в Бразилии божка случайно? Сладкой дурочке, питающей к предметам искусства не больший интерес, чем к бактериям на Марсе? Невозможно. А это значит, что Тимурчик давно выследил Дэна и разузнал о нём всё, что можно было разузнать. А потом начал с ним играть – как кошка с мышью. Кашаса, Уна-Ульяша, Эшу… Бежать не имеет смысла. Тимурчик его найдёт – дома ли, на работе, или у знакомых, но найдёт обязательно. А что потом?

Дэн посмотрел на Уну. Дурочка набросила халат, но, кажется, уже и думать забыла о нависшей над ними угрозе. Вертела в руках статуэтку и развлекалась, как маленькая, пуская солнечных зайчиков. Дэн проследил за зайчиком бездумным взглядом и едва не выругался, заметив блик там, где блестеть ничему не полагалось – на картине, висящей на дальней стене спальни напротив кровати и изображающей какой-то венецианский канал. Камера? Этот извращенец провертел в картине дыру, сунул туда камеру и развлекался, подглядывая за собственной женой и её любовником? Может, он и сейчас смотрит, упиваясь испугом и растерянностью соперника? Так вот почему он уволил домработницу! Убирая комнату, та могла обнаружить его игрушку и испортить игру… Какова же, чёрт побери, цель этой игры?

Мелодичный звонок в дверь заставил преступную парочку подпрыгнуть.

– Это он!

– Не может быть! Зачем бы он стал звонить?

Звонок повторился. Они стояли, затаив дыхание, и ждали, сами не зная чего. Потом раздался безошибочно узнаваемый звук, с каким ключ входит в замок. Уна посмотрела на Дэна безумным взглядом и кивнула на окно.

– Там слева пожарная лестница. Быстрее!

Дэн бросился к окну, повернул ручку, рванул на себя раму, вспрыгнул на подоконник, высунулся. Лестница крепилась к стене в метре с лишим от оконного проёма, Дэн встал на цыпочки и на секунду замер, примериваясь, как бы ловчее до неё дотянуться. В эту секунду что-то толкнуло приподнятый каблук его туфли, нога повернулась, соскользнула с карниза, и асфальт старого питерского двора, ускоряясь, понёсся ему навстречу.

* * *

Девушка толкнула раму, отскочила от окна и выпрямилась. Дрожащие руки только-только справились с завязками халата, когда в дверном проёме спальни показался сутулый дядечка с обвислыми сивыми усами безнадёжно провинциального вида. На дядечке был бесформенный плащ цвета засохшей горчицы, в руках – портфель и небольшой потрёпанный чемодан.

– Юляша? – Удивился он. – Ты дома? А почему?..

Тут его оборвал пронзительный женский крик, донёсшийся со двора.

– Папа, ты только не волнуйся, – нервно сказала девушка, шагнув сивоусому навстречу. – Мне нужно позвонить в "скорую" и в полицию. Отсюда, – она мотнула подбородком в сторону окна, – только что выпал человек.

Дядечка выронил свою ношу.

– Что… Как… Какой человек?!

– Плохой. Тот, из-за кого Маришка… ну, ты понял…

– Но… Господи!.. Как же?..

– Случайно. Я встретила его совершенно случайно. Сначала хотела влюбить в себя до потери сознания и бросить. Пыталась отыскать его женщин, чтобы они рассказали мне, как его окрутить. И даже нашла одну… Она мне очень помогла – советами и не только… Объяснила мне, что влюбить в себя Нарцисса невозможно. Его сердце прочно занято – собой любимым и всякими изысками, которые приносят ему утончённое удовольствие. Ни на что другое там места нет. Зато Нарцисса легко напугать. Так, что душа уйдёт в пятки. А пятки у него слабые…

– Ты… Ты убила его?

– Нет, – твёрдо сказала девушка. – Это был несчастный случай. Только запомни: ты приехал неожиданно. Хотел сделать мне сюрприз.

* * *

– Что там у нас по "выпаданцу" на Каменноостровском, Орлов? – справился начальник отдела на утреннем совещании.

Опер отодвинул стул, но полковник махнул рукой: докладывай, мол, сидя.

– Нелепейшая история, Пётр Владимирович. Юлия Хохлова, двадцати одного года, три года назад приехала из Пскова, поступила в "Тряпку", устроилась подрабатывать горничной. Два месяца назад хозяева улетели на полгода в Штаты и попросили горничную пожить у них, присмотреть за квартирой на Каменноостровском. Девчонка, ясное дело, обрадовалась. Съездила в Псков, похвасталась родным, что у неё теперь есть жильё, оставила им запасные ключи – на всякий случай. Потом вернулась в Питер и закрутила любовь с местным барменом, Денисом Черкасовым тридцати шести лет. Вчера приблизительно в девять часов утра Черкасов приехал к Хохловой на Каменноостровский…

– Странное время для свидания, – перебил полковник. – Вам не кажется?

– Не кажется, Пётр Владимирович. Он же был барменом. График работы – вечер-ночь. На свидания оставались только утро и день. Так вот, парочка занялась сексом, а потом уснула. Тем временем в Питер автобусом из Пскова прибыл отец Хохловой. О своём приезде он дочь не предупредил. Говорит, хотел сделать сюрприз, но я бы поставил на внезапную родительскую проверку. В одиннадцать двадцать Хохлов добрался до квартиры на Каменноостровском и пару раз позвонил в дверь. Пока Хохлова и Черкасов спросонья соображали, что происходит, пока натягивали одежду, папа-Хохлов пришёл к выводу, что дочь на занятиях, и решил воспользоваться ключом. Тем самым, который Хохлова оставила ему "на всякий случай", о чём совершенно забыла. Услышав, что кто-то открывает замок своим ключом, любовники, естественно, подумали о хозяевах квартиры и перепугались. В общем-то, их можно понять: кто знает, какую форму примет ярость влиятельного чиновника и его супруги, обнаруживших в своей спальне бардак? Короче, Черкасов счёл за лучшее ретироваться по пожарной лестнице. И сорвался с карниза. Шестой этаж, двадцать метров, упал на асфальт. Погиб мгновенно.

– Значит, несчастный случай? Других версий нет?

– Нету, Пётр Владимирович. Погибший – бездетный вдовец, параллельных любовных связей не имел. Соседка из квартиры напротив подтвердила показания Хохловых. Она следила за девчонкой – собиралась наябедничать хозяевам квартиры, когда те вернутся. По её словам, Черкасов впервые появился в доме чуть больше месяца назад. Приезжал не реже двух раз в неделю, всегда по утрам. Хохлова встречала любовника, бросаясь ему на шею с "непристойным визгом". Вчера утром – тоже. Не похоже, что у неё был мотив для убийства. И за прибытием папы-Хохлова соседка наблюдала через "глазок". Она видела, как он вошёл в квартиру, а буквально через секунду услышала вопль: жиличка из соседнего подъезда наткнулась на труп Черкасова. Папа просто не успел бы выкинуть дочкиного любовника в окошко. Так что всё чисто. И следователь, по-моему, уверен, что события преступления нету. Парню просто не повезло.

* * *

По поводу следователя оперативник Орлов ошибался. Молодой, ещё не утративший профессионального энтузиазма и подозрительности служитель Фемиды Павел Олегович Рюмин сразу обратил внимание на графу "место рождения" в паспорте потерпевшего. Город Печоры, Псковская область. Памятуя, что Хохловы приехали из Пскова, следователь не постеснялся позвонить в Печоры начальнику городской полиции и попросить того о небольшой любезности. А узнав, что родители Черкасова вскоре после появления Дениса на свет перебрались в областной центр, Павел Олегович решил идти до конца и припряг ещё и полицию города Пскова. Ему предложили написать официальный запрос, но Рюмин, используя личное обаяние, убедил своего строгого собеседника, что информация нужна ему срочно. Пускай неофициальная, в форме дружеской телефонной беседы, но поскорее. А документами можно будет обменяться и потом.

В результате к середине дня, за полчаса до прихода Хохловой, он уже знал, что пути Хохловых и Черкасова пересеклись дважды, причём в первый раз – тоже самым трагическим образом. Пятнадцать лет назад старшая дочь Хохлова Марина выбросилась из окна (!) после объяснения с Денисом Черкасовым, который сказал девушке, что не любит её и не видит смысла продолжать их отношения. "Что б мне в цирке работать, если это случайное совпадение!" – решил Павел Олегович и принялся обдумывать тактику допроса.

Когда девушка – такая юная, такая хрупкая – вошла в его кабинет, первым чувством Рюмина была жалость. "У бедняжки нет ни единого шанса, – думал он, разглядывая нежное создание. – Небось, начиталась книжек и думает, что обвести следователя вокруг пальца – плёвое дело, только младенец не справится. А между тем, не проговориться на допросе – это целое искусство, которым владеют только рецидивисты, и то не все. Не повезло тебе, красавица. Влипла ты по самое не могу".

Выслушав с сочувствующим видом безыскусный рассказ Хохловой о знакомстве с Черкасовым и взаимном увлечении, которое скоро переросло в более сильное чувство, Павел Олегович самым сердечным тоном спросил, не встречала ли Юлия Дениса прежде. Может быть, несколько лет назад, ещё в Пскове?

По его расчётам, в этом месте девушка должна была насторожиться и "сбиться с шага", пытаясь прикинуть, что известно следователю, и одновременно поддерживая беседу. Хохлова ловушку проскочила без заминки – то ли от глупости, то ли, напротив, подготовилась к такому повороту разговора. Сказала: "Не думаю. Я бы его узнала". Рюмин попробовал надавить:

– У вас не было чувства "дежа-вю", когда вы увидели его впервые? Может быть, он напоминал вам кого-то внешне?

Она снова отрицала, и снова – без малейшей заминки. Тогда Рюмин решил вывести "тяжёлую артиллерию" и посмотреть, сильна ли девчонка в клоунаде. Сухим, подчёркнуто официальным тоном он сообщил Хохловой, что Денис Черкасов был тем самым молодым человеком, из-за которого её сестра Марина покончила с собой, выбросившись из окна. Он ожидал выступления "драмкружка на выезде", но реакция Юлии сделала бы честь и опытной актрисе. Она не округлила глаза, не закрыла лицо ладонями, не прижала их к груди, не издала ни единого восклицания, свидетельствующего о том, как она потрясена, сражена, разбита. Нет, напротив. Девушка согнала с лица всякое выражение, расфокусировала взгляд, словно устремив его в бесконечность, и взяла паузу.

На третьей минуте следователь Рюмин понял, что имеет дело с серьёзным противником, на пятой усомнился в успехе сегодняшнего допроса, на седьмой сдался и заговорил первым:

– Что же вы молчите, Юлия Сергеевна?

Она медленно перевела на него взгляд, потом "очнулась" и произнесла с усилием:

– Я… растерялась. Слишком много чувств и мыслей. Понимаю, вы думаете, что я нарочно познакомилась с Денисом, завлекла его, а потом хитростью вынудила бежать через окно и столкнула вниз. Чтобы отомстить за сестру. Это логично. Вы не должны мне верить, но я всё-таки скажу… Наверное, смерть Марины была для меня огромным потрясением, потому что я её забыла. Совсем, понимаете? Я знаю, что у меня была сестра, я много раз рассматривала её фотографии, но своих воспоминаний о ней у меня нет. А может быть, это нормально – в конце концов, мне было всего пять лет, когда она погибла. И взрослые наверняка избегали при мне разговаривать о ней. Так или иначе, но чувств, которые толкали бы меня отомстить за нее, я никогда не испытывала. И Дениса я не узнала. Это судьба. Она нас свела, и она же расставила всё по своим местам. Хотите верьте, хотите – нет.

И с такой искренностью прозвучал этот монолог, что Рюмин понял: он проиграл. Свидетели на стороне Хохловых, эксперты не нашли ни в квартире, ни под окном, ни на теле Черкасова ничего, что доказывало бы, что ему "помогли" упасть, а девочку голыми руками не возьмёшь. Большой талант у малышки. Жаль, что с криминальным уклоном. Войдёт ведь во вкус, дурочка. И погибнет. Судьба не любит, когда кто-то берёт на себя её функции. Не повезло нам с ней. Не повезло.