Выработка дофамина стимулируется ожиданием новых вознаграждений. Поэтому самый первый кусочек мороженого так восхитителен. На десятом кусочке ваше внимание уже рассеивается. Вы начинаете думать о других делах. Мороженое вам по-прежнему нравится, но уже не настолько, как вначале, поскольку мозг не рассматривает поступающую к нему информацию как новую. Он озабочен поиском других путей удовлетворения потребностей. Привычные вознаграждения, даже привлекательные и вкусные, уже не получают его внимания. Ученые называют этот феномен термином «привыкание» (уменьшение реакции при повторении стимула).
Как может быть человек доволен мозгом, который склонен к тому, чтобы привыкать к хорошему? Философы давно размышляют над этим вопросом. Сейчас к ним присоединились ученые и даже гастрономы. Концепция одного из самых модных в Америке ресторанов основана на науке. В ресторане French Laundry посетителям подают малые порции, потому что, как считает основатель и шеф-повар заведения Томас Келлер, человек наслаждается только первыми тремя-четырьмя кусочками поданного ему блюда. После этого вы только набиваете живот, вместо того чтобы испытывать наслаждение. Поэтому в этом калифорнийском ресторане людей вновь и вновь заставляют испытывать радость, сервируя им все новые блюда микроскопическими порциями.
А если вы пришли в French Laundry, испытывая страсть к одному-единственному блюду? Представьте, что вы уговорили шеф-повара приготовить огромную тарелку. Когда ее приносят, вы со страстью «погружаетесь» в процесс. И что же? Несколько кусочков — и вы разочарованы. Вы удивляетесь: неужели рестораторы о чем-то забыли, готовя это блюдо? Или они сделали что-то по-другому? Нет. Просто в мозг не поступает новой информации, и ваши «гормоны радости» не вырабатываются. Вам бывает трудно в это поверить, потому что вы не знаете об «эффекте привыкания».
Ваш мозг радуется каждый раз, когда он может отыскать любой новый путь к удовлетворению потребностей. Новая пища. Новая любовь. Новые места. Новые технологии. Через некоторое время эти новые вещи кажутся не такими уж и новыми. «Я помню, что вначале это было совсем не таким». Уже кажется, что пора обменять свои старые яркие впечатления на новые. Но если вы научитесь понимать механизм работы мозга, то обнаружите, что ваши разочарования формируются не жизнью, а вами самими.
Разочарования, вызываемые дофамином, переносить легче, когда вы осознаете их ценность с точки зрения выживания. Представьте себе далекого предка, который нашел богатую рыбой реку. Он очень возбужден этим и бежит к своему племени, чтобы рассказать ему о находке. Дофамин дает ему энергию, чтобы добежать до стойбища соплеменников, и ресурс памяти, чтобы вновь найти счастливую реку. Здесь его функции заканчиваются. Ваш предок мог бы испытать новые позитивные эмоции уже по другим причинам:
• Он мог почувствовать прилив серотонина при мысли об уважении, которое испытают к нему члены его племени.
• В его мозг мог произойти выброс окситоцина при мысли о том, какое пиршество устроит его племя по поводу находки.
Но уровень дофамина будет снижаться до тех пор, пока он не обнаружит еще более богатую рыбой реку. И будет упорно искать ее, потому что теперь знает, какое чувство удовлетворения может принести этот процесс.
Когда снижается уровень дофамина, вы ощущаете выброс кортизола и становитесь способным к восприятию опасностей. Вы хотите остановить у себя негативные эмоции и начинаете искать способ «сделать что-то». По опыту вы знаете, что в этом плане может помочь воздействие, пусть даже на короткое время, одного из «гормонов радости». Эту парадоксальную ситуацию легко себе представить на примере подростка, пришедшего в зал игровых автоматов. Он выигрывает 50 долларов, и в его мозг выбрасывается огромная порция дофамина, которая приносит положительные эмоции. Когда в следующий раз он почувствует себя плохо, то ему в голову, как бы неожиданно, придет воспоминание об игре. Он отправляется играть, но чувство удовлетворения никак не приходит. Однако он все ждет его возвращения и продолжает играть. Вскоре появляются отрицательные эмоции уже по поводу того, что он проигрывает. Чувство неудовлетворенности заставляет его искать позитивных ощущений, что побуждает юношу играть дальше.
Привычка к игре может возникнуть у человека в любом возрасте, но чаще это происходит с молодыми людьми, у которых формируются мощные нейронные пути, которые помогают справиться с многочисленными разочарованиями.
Уровень дофамина может снижаться и при нормальном поведении человека. Представьте себе ученика школы, который выигрывает в школьном конкурсе на правописание сложных слов. Он испытывает уважение (серотонин) и признание со стороны окружающих (окситоцин). Желая испытать эти эмоции вновь, он начинает усиленно запоминать правописание сложных слов. Каждый раз, когда ему удается написание особенно трудного слова, в мозг происходит выброс дофамина, поскольку школьник связывает это с получением радости (вознаграждения). Приток дофамина отвлекает его от негативных мыслей, которые, возможно, и были у него до этого в голове. В мире, полном угроз, возникновение которых предупредить невозможно, особую ценность приобретает возможность получить положительные эмоции одним открытием словаря и занятием любимым делом. Однако если этот школьник выигрывает еще несколько конкурсов, то острота ощущений у него притупляется. В поиске дополнительных радостей он может обратить свой взор на какие-то другие занятия. Это может быть участие в школьной художественной самодеятельности или подготовка к поступлению в колледж. Все они каждый раз будут вызывать новые приливы дофамина.
Оборотная сторона дофамина проявляет себя независимо от того, идет ли речь о здоровых или не совсем здоровых способах удовлетворения вами своих нужд. Как мы видели в случае с обезьянами, которых переводили на вознаграждение соками, мозг очень скоро начинает воспринимать получение сока как само собой разумеющееся и не торопится вырабатывать новые порции нейрохимических веществ. Но если лишить его этого гарантированного сока, мозг расценит это как трагедию. Управлять подобным мозгом непросто, но таким уж нас наградила жизнь, и мы вынуждены с этим справляться.
Наркоманы говорят, что после первой пробы они все время гонятся за тем «кайфом», который они при этом получили. Первое использование наркотика приносит человеку гораздо более острое ощущение удовольствия, чем то, которое он может испытать при сколь угодно большом выбросе «гормонов радости» в его мозг. Но уже на второй раз уровень этого удовольствия снижается, если только наркоман не использует более сильную дозу. И так он постоянно балансирует на лезвии бритвы: получить разочарование от применения наркотика или применять его все больше.
Наш мозг тоже все время стремится к повторению остроты первых ощущений, независимо от того, чем они вызываются: естественными или искусственными нейрохимическими веществами. Последние искусственно создают большие нейронные пути и имеют большие побочные эффекты. Но даже вырабатываемые естественным путем «гормоны счастья» могут оказывать на человека вредное воздействие, если будут задействоваться слишком часто. Люди склонны к тому, чтобы повторять приятный опыт, невзирая на возможные негативные последствия, поскольку падение уровня «гормонов счастья» в вашем мозгу может оставить там нишу для «гормона стресса» — кортизола. Независимо от того, что вы ищете — новый коктейль или возможности для продвижения по службе, — у вас при этом сразу же начинает вырабатываться дофамин. Но когда вы наконец находите то, что искали, уровень дофамина падает. Вам уже не так интересно.
Сам по себе процесс погони более увлекателен, чем вы себе это представляете. Если вы решаете, что сладкий пончик — это сейчас как раз то, что вам нужно, то в мозге будет бурно синтезироваться дофамин по мере того, как вы приближаетесь к кондитерской и ищете там место для парковки. Это то же самое, что происходило с нашими предками во время собирательства в лесу: вы сканируете все, что происходит вокруг вас, в ожидании моментов, которые приведут вас к получению вознаграждения. Когда вы находите парковочное место возле кафе, у вас подскакивает уровень дофамина. Но стоит вам только взять в руки пончик — и уровень дофамина быстро снизится, поскольку свою часть работы этот нейромедиатор уже сделал.
Компьютерные игры столь стремительно набирают популярность как раз из-за имеющейся у людей потребности к получению вознаграждения. Но если вы получаете вознаграждение вновь и вновь, быстро наступает разочарование. Именно поэтому все компьютерные игры построены на концепции перехода на все более высокий уровень. Вы испытываете возбуждение, поскольку стремитесь к новому вознаграждению, хотя с точки зрения ваших реальных нужд оно не нужно.
Музеи и торговые центры — это тоже популярные способы поиска удовольствия. Они быстро разонравились бы людям, если бы все время оставались неизменными по содержанию. Поэтому постоянно обновляются экспозиции и появляются новые линейки товаров. Если вы теряли интерес к торговому центру, музею или компьютерной игре, пренебрежительно махнув рукой и сказав что-то типа «Это уже не так хорошо, как было раньше», то не понимали, что дело не в них, а в вас: в мозге перестал вырабатываться дофамин, поскольку эти объекты перестали предоставлять мозгу новую информацию для обработки.
Популярным хобби является коллекционирование. И именно в силу того, что оно способно помочь вам преодолеть разочарования. Коллекционер все время ищет что-то новое. Когда он это находит, уровень дофамина у него падает, и начинается новый поиск. Коллекционирование создает у вас иллюзию многочисленных «нужд», которые вам необходимо удовлетворить. Кроме того, мозг в процессе коллекционирования обрабатывает обильную информацию, поэтому меньше подвергается воздействию «гормонов стресса». А если удается превзойти коллег-коллекционеров, то вы испытываете прилив серотонина. От настоящего коллекционера редко услышишь заявление типа: «Мне больше ничего не надо. Я доволен тем, что имею». Чтобы синтезировался дофамин, он должен все время продолжать поиски.
Дофамин вырабатывается у человека в те моменты, когда он планирует новые проекты. Грандиозная вечеринка, ремонт дома или переезд на новое место жительства на каждом их этапе вызывают у человека активность и возбуждение, потому что в его представлении связаны с достижением важных жизненных целей. Дофамин помогает преодолевать временные расстройства и неудачи по ходу реализации долговременных проектов. После удачной вечеринки или успешно завершенного ремонта дома уровень дофамина падает, а вместе с ним и настроение. Но с новым проектом настроение заметно улучшается.
Выработку дофамина у человека стимулируют и путешествия. Они буквально бомбардируют вас новой информацией, которую мозг должен обработать для того, чтобы вы почувствовали себя своим человеком на планете или хотя бы вовремя получили свой завтрак. Само планирование путешествий вызывает прилив дофамина, поскольку в ходе него вы рисуете в своем воображении новые места. И когда вы прибываете в тропический рай с удивительным сочетанием голубого и белого цветов, ваш мозг испытывает возбуждение. Но через несколько минут вы уже озабоченно ищете свою зубную щетку. Просыпаясь на следующее утро, вы снова чувствуете себя на верху блаженства оттого, что вы, наконец, достигли своей цели. Но по мере того как начинает раскручиваться ваш день, вы возвращаетесь к себе такому, каким были до путешествия.
Дофамин всегда подвигал человека на достижения. Томас Эдисон работал допоздна, экспериментируя со сплавами, из которых можно было бы изготовить спираль накаливания для электрической лампочки. Ученые находили лекарства от болезней в результате многочасовых экспериментов с образцами. И когда находили то, что им было нужно, как правило, переключались на достижение новой цели. Наш мозг не был спроектирован так, чтобы позволить нам расслабиться и наслаждаться тем, что уже достигнуто. Он уменьшает наше возбуждение не просто так. Мозг настроен на то, чтобы снизить активность после спурта в погоне за информацией, чтобы мы могли возобновить свои поиски снова.
Одним из самых распространенных примеров оборотной стороны дофамина являются любовные отношения. Когда люди влюбляются, то не всегда понимают, что поначалу находятся на самой высокой волне дофамина. Но получив от любви первое вознаграждение, нельзя рассчитывать на то, что острота чувств сохранится навсегда. Уровень дофамина естественно падает, и его место тут же занимают «гормоны стресса». Нередко в утрате своего первого чувства вы обвиняете своего партнера. Иногда вы думаете о том, что она или он изменились и уже не «такие, какими были раньше». Вы можете даже посчитать, что будете счастливее с новым партнером, ведь прошлый «новый» возбудил в вас столь острые чувства. Но если вы будете искать остроты чувств в новой любви снова и снова, то сами для себя сможете создать порочный круг.
Упражнение: когда у вас падает уровень дофамина
Первый кусочек шоколадного пирожного — «это самое лучшее, что вы до сих пор пробовали». Но уже на втором кусочке это впечатление исчезает. Ваш мозг экономит дофамин для новой информации, вместо того чтобы вновь и вновь расходовать его на уже привычные вознаграждения. То же самое относится к улыбке человека, который вам нравится, или к продвижению по службе. Поначалу уровень дофамина у вас повышается, но повторные вознаграждения по одному и тому же поводу уже не оказывают сильного влияния. Когда содержание дофамина снижается, вам начинает казаться, что в окружающем мире или с вами самими что-то не так. Это ощущение будет не таким гнетущим, если знать, что оно пройдет, как только вы устремитесь к новой цели.
Обратите внимание на свои самоощущения в тех случаях, которые свидетельствуют о том, что у вас падает дофамин.
Когда что-то не увлекает вас так, как раньше
__________
Когда ваше достижение принесло меньше позитивных эмоций, чем вы ожидали
__________
Когда после достижения долгожданной цели вас сразу же заинтересовало что-то другое
__________