Большой кусок леса, окружённый новостройками Верхнего города, на всех городских планах числился парком. Но всё равно оставался самым настоящим полудиким лесом, где лишь местные любители прогулок протоптали немногочисленные тропинки. В июле здесь стояла настоящая благодать. Деревья одеты в ярко-зелёное убранство, мягкая трава изумрудно стелется по земле. Днём воздух напоен запахом цветов и разогретой солнцем древесины. А если очутиться в лесу ранним утром, можно наблюдать, как на траву россыпью бриллиантов выпала свежая роса и тает под лучами рассвета.

Вторник — день рабочий, поэтому сегодня в лесу даже на окраинах было немноголюдно. Мамы с колясками, несколько школьников. Стоило отшагать едва ли сотню метров вглубь, а высоткам скрыться за кронами, как ощущение города пропадало бесследно. Но и без людей в лесу кипела своя жизнь. По травинкам сновали букашки, в воздухе жужжали дикие лесные пчелы. По обломанному стволу трухлявого дерева деловито бежали рыжие муравьи. В глубине щебетали на разные голоса птицы. Некоторые самые нахальные подлетали к неторопливо идущим сквозь лес мужчине и девушке, привычно требуя крошек — пора горячая, пока тепло надо откормить прожорливых птенцов в гнёздах. Ничего не получив, обиженно ругались и ныряли обратно в переплетение листвы и ветвей.

Андрей и Шоннах неторопливо пересекли лесочек насквозь, хотя для этого и понадобилось почти два часа. С другого края опять встретились с весёлой стайкой ребятни и опекавшими их бабушками и мамами. Опознав в Шоннах гвенъя, вслед ей бросали заинтересованные взгляды. Дети Великого леса хорошо чувствовали живое, а заодно могли с помощью маготехники быстрее остальных делать проверку грунта и конструкций. Не просто так почти всех прошлогодних беженцев всосали в себя разнообразные структуры по городскому хозяйству и благоустройству. Возможно, у городской администрации, наконец, дошли руки и до парка в районе новостроек? Но тут мужчина девушку обнял и что-то ей зашептал на ухо. Интерес сразу пропал. Просто ещё одна гуляющая по лесу парочка.

— Ну, как тебе место для нашего будущего кафе? — полюбопытствовал Андрей.

— Хорошо. Только не ухоженно как-то. Вот если бы тут всё цивилизовать маленько… Поток отдыхающих.

Андрей чмокнул жену в ухо.

— Будет тебе парк. Раз место понравилось. Первого сентября вместе откроемся. Устроим себе бесплатную рекламу.

Шоннах посмотрела на мужа подозрительным взглядом. Демонстративно проверила у него лоб, потом покрутила пальцем у виска.

— Ты на солнышке не перегрелся слегка? Полтора месяца осталось.

— Ну… Сам проект кафе готов. Я просто взял и уже заказал точную копию того же здания, что у меня было в прошлой жизни.

— Да тут без кафе непочатый край, — всплеснула руками Шоннах. — Ладно, с твоими связями с разрешающими бумагами проблем не будет. Но остальное?

Андрей хитро улыбнулся:

— Сама сказала: у меня связи. Между прочим, если помнишь — у нас на свадьбе сам Александр Рот сидел. Попрошу его по дружески, он организует звонок в мэрию посодействовать. Мол, быстро всё сделали, а не то…

Шоннах в ответ сердито посмотрела и хмуро наморщила лоб.

— Ты мне зубы не заговаривай. Звонок ему. Ты ещё взятку предложи дать. Чтобы ты или сенатор Рот так безобразно в своих корыстных интересах нарушили закон? Скорее боги сойдут на землю.

На этом Андрей расхохотался.

— Уже пообещал. Именно взятку. Твоими способностями. Посмотри на лес как маг.

Шоннах сразу переключилась на чародейское зрение. И охнула. Лес кипел разноцветными энергиями, переливался всеми цветами радуги, выбрасывал фонтаны эфира.

— Что здесь случилось? — оторопело поинтересовалась Шоннах. — Я такое видела только на родине грифонов. Тот же уровень магического фона.

— Агенор здесь случился на пару с Мэргеном. И в компании с профессором Чарским. Три наших гения устроили полигон. Сравнивали школы, отрабатывали лобовые столкновения плетений, пробовали первые образцы совмещения магии и техники. С авариями и взрывами. В первый год здесь были глухие места. И планировалось, что ничего в эту сторону не будут строить ещё лет пятнадцать. Всё опасное для человека убрали, территорию с самого начала заполнили саженцами и создали цельную экосистему. Но из-за химер Ордена застройку на другом берегу реки пришлось пока ограничить.

Шоннах кивнула. Остальное она сообразила сама. Не зря лес стоит позаброшенный, да и вокруг него метров на триста полоса защитного пустыря-периметра с единичными асфальтовыми дорожками. Деревья и вообще растения хорошо сглаживали выбросы и не давали волнам эфира покинуть полигон. Сами при этом впитывали энергию как губка. За год могло сменяться целое поколение, будто бы естественным путём. Если и были какие-то постройки, давно уже разодраны и стёрты в порошок корнями и стволами. Но обратная сторона здешнего буйства — если для человека лес полностью безопасен, то техника и постройки в регулярно возникающих зонах завихрений и флуктуациях будут ломаться намного чаще. Если, конечно, не найдётся мага, который постоянно станет присматривать за территорией. И вовремя разряжать опасные выбросы до того как они что-нибудь попортят.

— Согласна я, согласна. Особенно если, — Шоннах на мгновение запнулась от своего нахальства, — нам поставят стационарную пентаграмму из тех, что у нас были «в поле». И терминал для связи с центральным компьютером.

И жалобно посмотрела на мужа. Прелести свалить все простые, но объёмные черновые расчёты на машину, а фокусировку на фабричные приборы, она уже оценила. Но для личного пользования это выходило довольно дорого.

Андрей фыркнул:

— Всего лишь? Департамент благоустройства мне сразу намекнул, что готов потратиться куда больше. А то у них жилые районы новостроек уже пару лет как есть, а положенный рядом парк только на картах до сих пор. Мэрия всю плешь им проела. Ещё обрадуются, что так дёшево тебя уговорили.

— Тогда точно всё. Согласна, — Шоннах загорелась идеей. — Если будут инструменты — я уже прикинула, куда все эти всплески пущу, чтобы каждое утро с проверкой по лесу не бегать, — девушка в предвкушении потёрла руки. — У нас по магии есть сборник задачек теоретических. Там уйма интересных идей, по которым гоняют учеников, но которые никогда не реализуют на практике. Сложно, долго считать и подгонять «по месту». Причём корректировать надо постоянно, а каждую правку считать дня три-четыре. Не меньше. А тут я ка-а-ак свалю всё на компьютер… Заодно попробую пентаграмму запрограммировать.

Тут Андрей поднёс палец к губам и негромко сказал:

— А вот с этим — т-с-с. Если получится, я потом сам тихонько результаты отдам Манусу. Извини, не хочу, чтобы только я со службы сбежал — как наоборот тебя в какой-нибудь секретный НИИ припахали.

— Договорились.

Первое сентября выдалось ветреным и потому прохладным. В выцветающем голубом небе неслись пузатые мохнатые облака, им вдогонку по земле ветер гнал первые несмело облетевшие жёлтые листья. Но ближе к парку ветер стихал, да и тучи будто обходили стороной. Солнце здесь светило ярко и грело жарко, по новеньким дорожкам во все стороны носились школьники, за ними торопливо шагали, стараясь не отставать, родители. На уличной сцене громко играла музыка, артисты что-то пели и отплясывали. Солидно вышагивали аниматоры, одетые в костюмы героев мультфильмов. С ними фотографировались… Когда один из мальчиков решил потрогать очередного Карлсона, тот вдруг оказался ненастоящим — рука прошла насквозь, а Карлсон выбросил во все стороны кучу искр и растворился в воздухе. Впрочем, через секунду он уже стоял в паре метров дальше и невозмутимо двинулся вперёд по дорожке. Все, кто это видел, растерянно захлопали глазами. До этого фантом ничем от остальных аниматоров не отличался, никто и не мог подумать, что часть актёров ненастоящая. Дети тут же кинулись бегать и проверять: то сталкивались с очередной мягкой куклой и слышали насмешливое «ай-ай-ай», то Чебурашка или Золушка рассыпались листьями, звёздочками или птичками. Кутерьмы от этого стало ещё больше.

Но изюминкой парка и праздника стало, конечно же, новое кафе на окраине. Двухэтажное, в окружении высоких сосен. На стене гордо красовалась табличка «Лесная улица дом 1». Над зданием, привлекая внимание издали, висели плакаты, зовущие кушать мороженое. На площадке перед домом рыцари-фантомы устроили настоящий турнир. Очередной победитель выбирал себе из девочек-зрительниц даму и надевал ей на голову венок, который тут же разлетался весёлыми птичками. И конечно же приглашал зрителей кушать мороженое.

Но и без приглашения очередь выстроилась огромная. Сегодня просто так и в честь открытия пополам с Днём знаний Андрей раздавал всем желающим желейное мороженое. Полупрозрачный шарик размером со стандартную порцию можно было подержать в руках, он долго не таял. Но стоило его откусить, кусочек растекался во рту как самое настоящее мороженое, только вкус у него менялся от сливочного до какого-нибудь ягодного и обратно. Причём каждый новый откушенный кусочек — новый вкус. Кто-то из школьников попробовал стащить порцию без очереди, но вазочка превратилась в львиную голову, попробовала цапнуть за пальцы и наставительно сообщила:

— Между прочим, без разрешения брать нехорошо.

И тут же стала обратно обычной вазой с мороженым. Все засмеялись, а красный как рак торопыжка поспешил затеряться в толпе.

И дети, и взрослые ели десерт, временами зажмуриваясь от удовольствия. Особенно взрослые, потому что поваров среди завтрашних было мало, а любые пришельцы из будущего были нарасхват и в других областях помимо кулинарии. Подобным блюдом могли похвастаться лишь пара дорогих ресторанов. И неожиданно — кафе в новом парке…

Вечером, когда праздник закончился и все разошлись, Андрей готовил кафе к завтрашнему обычному дню. Один, так как Шоннах без сил сидела на стуле.

— Ещё несколько таких праздников, и, подозреваю, я вычерпаю здешний лес до дна.

— Всего несколько? — поддел Андрей. — Ты сиди, сиди. Бледная и напоминаешь выжатый лимон.

— Ну, не несколько, конечно, но на пару месяцев про осмотр территории можно не беспокоиться. Всё равно часто я так не смогу, и правда вымоталась.

— Это ты с непривычки.

Шоннах потянулась.

— А знаешь, я счастлива. Я шла в армию за свободой. Но только сейчас поняла…

— Что свобода — это созидать. А защищать созданную кем-то красоту — это не свобода, а необходимость.

— Да. Я понимаю, что наступит день, когда мы к этой необходимости вернёмся. Чтобы сохранить всё это, — девушка повела рукой вокруг, — всё то, что мы сейчас создаём. Но пусть этот миг настанет как можно позже.

Андрей обнял жену и шепнул ей на ухо:

— Сколько есть — всё наше.