Ник помог Виктории забраться в карету, и она ему лишь робко улыбнулась. Казалось бы, между ними все решено, и свадьба состоится в скором времени.

Однако недавняя жаркая ночь в кабинете закончилась тем, что Виктория соскочила с его коленей, сбивчиво бормоча извинения. Поспешно поправив одежду, она чуть ли не выбежала из комнаты. Поначалу Арнпрайор объяснил такое поведение взыгравшими девичьими нервами, но сейчас стал подозревать: Викторию сдерживает нечто иное. Ник планировал разгадать ее тайну. Сегодня. Если удастся.

Между тем он усердно выказывал мисс Найт признаки внимания и преданности, как наедине, так и на публике. Он свозил ее несколько раз в Глазго и даже в замок Магдок, где они вместе насладились живописными видами. Как правило, их сопровождал Кейд. Мальчик много учился, и ему были необходимы перерывы между занятиями, да и Виктория явно чувствовала себя комфортнее в его присутствии, а значит, благосклоннее принимала ухаживания Ника.

Но Арнпрайора мучило нетерпение.

Ник забрался в карету после Ройала и сел рядом с Викторией. Когда он аккуратно поправил плед на ее ногах, она слегка покачала головой.

– Благодарю вас, сэр. Я вполне способна сама с этим справиться.

– Мне нравится о вас заботиться, – ответил он с теплой улыбкой.

– Очевидно, – вставил его брат.

– Ройал, как вам сегодняшний бал? – спросила Виктория.

– Следует отдать Джилбрайдам должное, в вечеринках они знают толк.

Алек и Иди устроили бал в честь Хогманая в имении неподалеку от Глазго. На вечер пришла чуть ли не половина города. Успех был оглушительный.

Виктория прикрыла рот рукой, скрывая зевок.

– Неудивительно, что близнецы решили остаться. Они веселились от души, – заметила она.

– Уверен, они задержатся там и после рассвета, – ответил Ник.

Он с большой неохотой оставил их одних, и то только после клятвы Алека не спускать с них глаз. Пока что, к счастью, близнецы вели себя пристойно. Грэм крайне увлекся мисс Макбрайд, дочерью священника. Довольно неожиданная пара – впрочем, девица не отличалась скромным поведением. Она даже потащила юношу на второй вальс подряд. Это привлекло некоторое внимание общества, и Нику пришлось сделать брату выговор. Скандалов требовалось избегать. Особенно сейчас, когда Арнпрайор ухаживал за Викторией.

– Может быть, стоило увезти близнецов домой, а не взваливать их на плечи Иди и Алека, – взволнованно проговорила Виктория.

– Большинство гостей останется до рассвета, – сказал Ник. – Хогманайская традиция. Джилбрайды, без сомнения, подадут завтрак очень и очень многим.

– Виктория, если вы не заметили, мы покинули прием одними из первых, – заявил Ройал. – По какой-то причине мой брат спешил оттуда уехать.

– Не слышал, чтобы ты возражал против нашего раннего отбытия.

– Я не люблю вечеринки, – усмехнулся Ройал. – Однако жаль, что ты посчитал нужным увезти Викторию оттуда до наступления полуночи. Ты никогда не позволяешь бедной мисс вдоволь повеселиться.

– Не забывай, мы приехали заранее и пообедали с Джилбрайдами. Мы не забежали туда на пять минут и не унеслись, сверкая пятками, болван. – Ник неловко улыбнулся мисс Найт. – Однако я сожалею, если вам кажется, будто я вас насильно утащил с собой. Мне показалось, вам больше по душе провести оставшийся вечер с Кейдом и Браденом. Они ждут не дождутся нас.

Чистая правда. И очень удобный предлог.

– Я вовсе не расстроена, милорд. Я предпочитаю встретить Новый год с вашей семьей, нежели с целым залом незнакомцев. Как вы знаете, я не привыкла посещать балы и званые приемы, гувернанток редко приглашают на такие мероприятия.

Арнпрайор изобразил на лице удивление.

– Как? Неужели вам не недостает давки в толпе на входе в душный обеденный зал или стычек с несносными молодыми людьми, опьяневшими и назойливо домогающимися вашего внимания?

– Никто не посмеет проявить несносность, тем более назойливость, когда ты смеряешь пылающим взором всякого мужчину моложе шестидесяти, посмевшего взглянуть в сторону мисс Найт, – вмешался Ройал.

– Не придумывай. Виктория – и ты прекрасно это знаешь – танцевала сегодня с несколькими джентльменами. – Ник их всех сосчитал. Каждого глупца, пытавшегося погоняться за ее юбкой.

– И ты выглядел так, будто собирался убить их всех.

– Кажется, вы тоже отлично провели время, Ройал, – заметила гувернантка. – Вы довольно много общались с леди Эйнсли.

– Мое место за столом было рядом с ней, так что пришлось уделить внимание несчастной. Конечно, мне вовсе не хотелось этого, – сказал он, внимательно изучая шов на перчатке, – но нельзя же грубить даме.

Ник фыркнул:

– Раньше тебя вежливость не волновала.

Он сильно встревожился, когда узнал о том, что Иди усадила Ройала и Эйнсли вместе. Во время первого блюда он все время предостерегающе поглядывал в сторону брата, ожидая, что ему придется вмешаться, дабы пресечь словесные баталии. Однако ветеран и высокомерная леди ухитрились обойтись без фейерверков.

– Пожалуй, мне показалось, будто забавнее будет обойтись без сцен, – кисло ответил Ройал.

– Уверена, хозяева очень благодарны вам за такое суждение, – вставила Виктория с бодрой улыбкой. – Вы вместе сидели во время танцев, и со стороны казалось, что вы ведете весьма приятную беседу.

Ник данный момент пропустил, но его будущая – как он надеялся – жена не спускала с братьев глаз.

Ройал нахмурился:

– Не следует за мной шпионить, Виктория. Я – взрослый мужчина.

– Хотя и не всегда ведешь себя соответствующе, – прокомментировал Арнпрайор.

Ройал в ответ залился краской.

– Я всего лишь объяснял Эйн… леди Эйнсли тонкости пляски с мечами. Я подумал, ей будет интересно знать, что все-таки означают движения.

Возможно, Ройала задело, что он больше не принимает участия в танцах. До ранения никто в семье – да и в округе – не исполнял танец лучше него.

М-да. Хороша ли была идея тащить его на такое мероприятие? Очевидно же – Ройал вспомнит, что потерял на войне!

Виктория кивнула.

– Очень мило с вашей стороны. Мне тоже понравился танец. Как умно со стороны Иди развлечь гостей несколькими старыми рилами и прочими плясками!

Всю оставшуюся дорогу гувернантка продолжала высказывать приятные комментарии по поводу приема, но Ройал не проронил почти ни слова. Ник же еле дождался приезда в Кендрик-Хауз. По легкому вздоху мисс Найт стало ясно: Виктории хватило на сегодня общества Ройала.

Когда лакеи открыли дверцу кареты, Ройал вышел первым и устремился прочь так быстро, как позволяла больная нога.

– Простите, мисс, – проговорил Арнпрайор. – Ему не следовало так вести себя с вами.

– Нет, наоборот, я расстроила его. Интересно…

Он приподнял ее подбородок и легонько поцеловал.

– Никаких больше дум и волнений по поводу моих братьев на протяжении вечера. Вы свободны от исполнения обязанностей на данный момент, мисс Найт.

– Как скажете, милорд.

– Кстати, – начал Ник, помогая ей подняться, – я уже говорил тебе, как прекрасно ты выглядишь? Я испытывал большое искушение взять и унести тебя в уединенный альков…

– Тс-с-с, – прошипела она, – лакей может тебя услышать.

В ответ он лишь усмехнулся. Пока Виктория – с помощью Арнпрайора – спускалась из кареты на мостовую, Ройал стоял, прислонившись к ограде перед домом, с задумчивым видом. Выглядел он, как байронический герой. Знай Ройал об этом, наверняка ужаснулся бы.

– Он похож на поэта, – пробормотала Виктория, словно услышав мысли Ника. – Неудивительно, что леди Эйнсли им очарована.

Арнпрайор бросил на спутницу озадаченный взгляд.

– Она? Очарована им?

– Без сомнений.

Если это действительно так, то Ройалу вовсе не помешало бы привлечь внимание столь благовоспитанной, знатной, богатой молодой дамы…

– Черт подери вас двоих, – окрикнул их Ройал. – Скорее, а то пропустим!

– Что пропустим? – спросила Виктория.

Ник вынул карманные часы. До полуночи около минуты.

– Первый шаг, – ответил он, сопровождая ее до парадной двери по широким каменным ступеням.

– Старинная шотландская традиция, я слышала о ней.

– Первый человек, который войдет в дом, по традиции принесет удачу и в оставшиеся дни в году – при соблюдении определенных условий.

– Каких условий?

– Входить должен темноволосый мужчина, – вставил Ройал. – Обычно это Ник.

– И сейчас непременно этим займусь. Ты прихватил уголек?

Брат протянул руку, на которой и лежал кусочек угля.

– Боже мой, – рассмеялась Виктория.

– Еще одна традиция, – произнес Ройал. – Ангус убьет нас, если мы войдем без угля.

Когда колокола по всему Глазго начали отзванивать полночь, Ник достал из кармана шубы небольшой кошелек, полный золотых соверенов, и постучал в дверь. Та немедля открылась. Члены семьи и большая часть слуг ждали их приезда.

– Счастливого Нового года, успехов и удачи вам и всем вашим близким, – с этими словами Ник переступил порог.

Ангус, представляющий семейство, выскочил вперед.

– Счастливого Нового года, парень, – сказал он хрипло, коротко обняв Ника.

– Счастливого Нового года, дед. – Арнпрайор передал управляющему кошелек. – Удостоверься, что каждый слуга получит причитающееся.

Старик кивнул, и заявил Виктории с Ройалом:

– И вам обоим прекрасного Нового года.

Затем он взял стакан виски у ближайшего лакея и вручил Нику. Другой слуга раздал небольшие стаканы всем присутствующим в зале.

Арнпрайор произнес тост:

– Здоровья и счастливого Нового года!

Все крикнули «ура!» и повторили тост.

После того как стаканы опустели, начались всеобщие объятия и похлопывания по спине. Кейд под шумок попытался заполучить у лакея еще виски, но Ник пресек безобразие.

– Хватит тебе, мальчонка, – заявил он с напускной строгостью.

– Зануда, – ответил младший брат, а затем крепко обнял Арнпрайора. – Счастливого Нового года, Ник. Я так рад, что мы здесь все вместе.

– Не считая близнецов, – заметил Браден, тоже подошедший обнять Ника. – Полагаю, у них есть дела поважнее.

– Например, заигрывать с симпатичными девушками и наслаждаться жизнью, – с улыбкой проговорила Виктория. – Шокирующее поведение для молодых людей.

Браден закатил глаза.

– На их месте я присоединился бы к семье. Знаю, знаю, вы считаете меня занудой.

Виктория обняла его.

– Вовсе нет, но я думаю, вы слишком много работаете.

С приезда в Глазго она пыталась заставить парня почаще отрываться от учебы, однако Браден твердо намеревался поступить в медицинское училище как можно скорее. Ник не знал более дисциплинированных и серьезных личностей.

– Кто-то же в нашем семействе должен отрабатывать свой хлеб, – вмешался Ройал. – Бог свидетель, мы, оставшиеся, нежимся целыми днями.

– Говори за себя, – дернул его за руку Кейд. – Я работаю очень даже усердно, как и мисс Найт.

– Верно, – сказал Ройал, потрепав мальчика по голове.

Но от Ника не ускользнула горечь в улыбке брата. Ройал так и не мог понять, как жить дальше.

– Как насчет пропустить еще стаканчик в гостиной? – предложил Ангус.

Ник нахмурился.

– Уже поздно, вы все, должно быть, утомились.

Кейд начал протестовать, и Виктория выступила на его стороне.

– Мне кажется, стоит сделать исключение. В конце концов, сегодня Новый год.

Ник вынужден был сдаться, и вскоре семейство последовало за Ангусом в гостиную. Арнпрайор тихо спросил у мисс Найт:

– Ты уверена, что мальчик не переутомится? Он выглядит несколько перевозбудившимся и болезненным.

– Абсолютно неверно, – твердо возразила она. – Доктор только вчера заявил, что доволен тем, как Кейд пошел на поправку. Перестань так волноваться, тебе это тоже не полезно, уверена.

– Боитесь за мое здоровье, мадам гувернантка? Если я заболею и перейду на постельный режим, вам придется ко мне присоединиться. Дабы лично за мной ухаживать и удовлетворять все мои потребности, конечно.

– Сэр, представить не могу, о чем это вы.

– О нет, ты прекрасно знаешь, о чем я, – тихо произнес он, наклонившись к ней поближе. Пахла она чудесно, как мята и сладкий чай.

Ее губы дрогнули.

– Вы безнадежны, – ответила она и ускорила шаг.

Ник последовал за ней, не скрывая ухмылки.

Кейд, усевшись на диване близ камина, помахал им.

– Мисс Найт, присядьте рядом, прошу вас.

Она направилась к нему, а Арнпрайор прислонился к каминной полке и взял стакан из рук Ангуса.

– Значит, замечательно провели время, толкуя со всякими денди и снобами, да? – спросил тот.

– Да, – ответила Виктория. – Великолепный прием, и не все были снобами. Хотя бы потому, что там присутствовала я.

– Это точно, но вы все-таки довольно надменны, – подмигнул ей управляющий, – даже для гувернантки.

Она молча закатила глаза.

Никто, кроме Ника, не знал, кем она приходится принцу-регенту. Для его семьи Виктория оставалась всего лишь гувернанткой. Но все-таки они уважали ее, и даже дед, которого новость о ее родне вовсе не обрадовала бы. А братья Ника отнеслись бы к этому как к прекрасному поводу дразнить ее без конца.

– И вовсе она не надменная, дед, – с жаром возразил Кейд. – И я готов поспорить, мисс Найт была там прекраснейшей из леди, не так ли, Ник?

Арнпрайор улыбнулся в ответ:

– Без сомнений.

Она фыркнула.

– Неправда, там присутствовали и более красивые дамы. Я знаю, поскольку видела, как они следовали за близнецами, как зачарованные. Грэм и Грант выглядят весьма впечатляюще в костюмах клана.

– Как и ты, Ник, – заметил Браден. – Не помню, когда в последний раз видел тебя облаченным в парадную форму полка.

Арнпрайор решил таким образом почтить свой полк и хозяина приема.

– Мне показалось это вполне подходящим к случаю, тем более учитывая, где служил Алек.

– А ты, Ройал? Встретил прекрасных дам? – спросил Кейд.

– Нет, – ответил тот, глядя в стакан.

Браден взглянул на брата.

– Сидел в углу весь вечер и молчал, как обычно?

– Конечно же нет, – вмешалась Виктория, когда Ройал начал хмуриться. – Он поговорил с многими людьми, включая даму, гостящую у Джилбрайдов. Она чувствовала себя слегка одинокой, и Ройал поступил очень добро, проведя с ней время.

– Небось какая-нибудь старая перечница, с которой никто больше не хотел говорить, – вставил Ангус.

– Именно так, – сухо ответил Ройал.

– Расскажите еще что-нибудь, – попросил Кейд, забравшись на диван с ногами и положив голову на плечо Виктории. – Какие там были блюда? Что за развлечения для гостей?

– Все было просто замечательно, – ответила Виктория.

Она взяла шерстяной плед с подлокотника и накинула на ноги мальчика. Долгие годы ему недоставало материнского внимания, и он наконец нашел его в ласковом обращении Виктории.

Ник видел, как прямо на глазах Виктория залечивала раны, оставленные временем и трагедиями в душе его семейства.

Сам он теперь с трудом представлял жизнь без нее.

Постепенно разговор перешел к планам на следующие пару месяцев и предстоящему возвращению в Кинглас. Когда часы в зале пробили час ночи, Кейд уже задремал.

– Ох, юный мальчишка задремал, – объявил Ангус громким подобием шепота.

– Я просто даю глазам отдохнуть, – сонно возразил Кейд.

Виктория слегка толкнула его локтем.

– Уже поздно, пора нам всем отправляться в постель.

– Действительно, – произнес Ник и подмигнул мисс Найт.

Она покраснела и обратилась к своему ученику:

– Давайте, юный джентльмен, поднимайтесь.

– Никто не будет еще стаканчик? – с надеждой спросил управляющий.

– Нет, – твердо ответила Виктория.

Вскоре все под ее решительным руководством стали подниматься по лестнице. Браден отвел Кейда в его спальню.

– Благодарю вас за прекрасный вечер, лорд Арнпрайор, – произнесла Виктория, остановившись у двери Ника, – и счастливого Нового года.

– Как? Никакого новогоднего поцелуя? – поддразнивая, ответил он.

Мисс Найт быстро оглянулась. Ройал и Ангус еще разговаривали у лестницы.

– Думаю, не в данной обстановке, – с некоторым сожалением сказала она.

– А, тогда, пожалуй, позже, – проговорил граф, играя бровями.

Виктория натянуто улыбнулась.

– Ты безнадежен, абсолютно безнадежен.

– Надеюсь.

– Доброй ночи. – С этими словами она развернулась и отправилась дальше по коридору. Ее спальня находилась в задней части дома, вдали от остальных.

Как удобно для Ника.

Арнпрайор отпустил лакея и начал раздеваться. Памятуя о словах Виктории касательно мужчин в одежде горцев, килт он оставил.

Через несколько минут он подошел к двери и прислушался. Убедившись, что в доме воцарилась тишина, он взял с комода небольшую коробочку и, припрятав ее за поясом, отправился в заднюю часть дома. Из-под двери спальни Виктории лился свет – она еще не легла.

Он тихо постучал. Раздался легкий шелест, и дверь распахнулась. Виктория моргнула, совершенно пораженная открывшимся ей зрелищем.

– Лорд Арнпрайор, боже мой, – сказала она еле слышно, словно лишилась голоса.

К счастью, она еще была одета в переливающееся синее платье из шелка и кружев. Волосы струились по плечам, как водопад из лунного света.

Положив руку на дверной косяк, он улыбнулся ей свысока.

– Здравствуй, мисс. Я пришел за своим новогодним поцелуем.