Себастьян выступал последним. Его речь была краткой.

– По-моему, люди, приехавшие сюда сегодня, чтобы отпраздновать единение, уже все поняли, – сказал он и широким жестом указал на короля, герцога и радостных гостей. – Я должен добавить только одно. Один мудрец сказал… – Себастьян улыбнулся своему отцу. – Что самое главное – это семья. – Он подошел к краю сцены и протянул руку своему брату, который сидел с женой и ребенком в первом ряду.

Под радостные крики гостей Луис выскочил на сцену. Себастьян обнял его.

– И сегодня наша семья и наша страна объединились и стали еще прекраснее. Но не прекраснее моей жены.

Луис и Хлоя помогли глубоко беременной Сабрине встать со своего места и подняться на сцену. Они подвели ее к Себастьяну и захлопали в ладоши, а потом попятились, оставляя их одних в центре сцены.

Под оглушительные аплодисменты Себастьян страстно поцеловал жену в губы и улыбнулся ей.

– Ты обещал этого не делать, – сказала она.

Он пожал плечами:

– Я обо всем забываю, когда вижу тебя, моя дорогая.

Под восторженные крики толпы Сабрина, улыбаясь, смахнула со щек слезы радости.

– А вдруг у меня прямо сейчас отойдут воды? – вполголоса заметила она.

Наклонившись к ней, Себастьян прошептал:

– Если это произойдет, любовь моя, будет прекрасно!

День воссоединения Вела стал днем рождения будущего короля, и люди решили, что это очень хорошая примета.