Храбрец Хануман! Перепрыгнул он стену твердыни,

Что ракшасов грозный владыка воздвигнул в гордыне,

И город увидел, исполненный царственной мощи,

Прохладные воды, сады, густолистые рощи.

Как в небе осеннем густых облаков очертанья,

Белеют в сиянье луны исполинские зданья,

Достойное место нашли бы в столице Куберы

Их башни и своды порталов, прекрасных сверх меры.

Как в царстве змеином подземная блещет столица,

Так сонмом светил озаренная Ланка искрится.

Под стать Амарáвати — Индры столице небесной,

Стеной золотой обнесен этот остров чудесный,

От ветра гудит, в Океан обрываясь отвесно.

Колышутся стяги, и кажется музыкой дивной

Висящих сетей с колокольцами звон переливный.

На Ланку, ее золотые ворота и храмы

Глядел в изумленье сподвижник великого Рамы.

В ее мостовых дорогие сверкали каменья,

Хрусталь, жемчуга, лазурит и другие вкрапленья.

Был каждый проём восхитительных сводчатых башен

Литьем золотым и серебряной ковкой украшен.

Смарагдами проступни лестниц усыпаны были,

И чудом площадки в светящемся воздухе плыли.

То слышался флейты и ви́ны напев музыкальный,

То — клик лебединый, то ибиса голос печальный.

Казалась волшебная Ланка небесным селеньем,

Парящим в ночных облаках бестелесным виденьем.