Король с королевой на корабле

Проплыли много миль,

Как вдруг на полпути к земле

Сделался мертвый штиль.

    Герман летел через море.

«Ты, кто скрыт морской глубиной,

Нас отпусти добром!

Дам я выкуп богатой казной,

Золотом и серебром».

«Я властелин в просторе морском,

С вами я не шучу.

У королевы за пояском

То, чего я хочу».

«За пояском я ключ держу

К золотому ларцу.

Я выковать новый ключ прикажу

Искусному кузнецу».

Ключ упал в голубую волну,

Сомкнулась над ним вода.

Ветер подул, и в свою страну

Приплыли они без труда.

Король с королевой белым песком

Пошли, смеясь и шутя,

И тут у нее за пояском

Шевельнулось дитя.

Королева от черных тревог

С тех пор ночей не спала.

Но вот настал желанный срок,

Сына она родила.

Его среди неприступных стен

В ночной пеленали мгле,

Назвали Герман Гладенсвен

И скрыли от всех на земле.

Копьем и мечом он любил играть,

Крепла его рука.

Но, как на него ни посмотрит мать,

Берет ее тоска.

«О матушка, в глазах твоих мрак,

О чем твоя печаль?

И почему ты смотришь так,

Словно меня тебе жаль?»

«Сын, я не скрою ничего,

Одной страдать нет сил.

Еще до рожденья твоего

Ты троллю обещан был».

Стояло утро четверга,

И осень с летом боролась,

Когда послышался голос врага,

Хриплый и страшный голос.

Вошел в покой уродливый гриф,

Запрыгнул в один прыжок,

С порога королеву спросив:

«Ты помнишь про должок?»

Она спасала дитя свое,

Всеми святыми клялась,

Что не родился сын у нее

И дочь не родилась.

Крикнул гриф, вылетая в окно:

«Он не минует мой плен

И мне достанется все равно,

Твой Герман Гладенсвен!»

Сын подрастал, резвясь и шаля,

Резвым юношей был

И дочь английского короля,

Увидев, полюбил.

«Я так хотел бы к невесте слетать,

Побыть у нее в дому.

Крылья с пружинами дай мне, мать,

Они тебе ни к чему».

Он ровно крыльями махал,

Быстро летел над водой

И хриплый голос услыхал,

Который грозил бедой:

«Куда торопишься в вышине,

Мой Герман Гладенсвен?

Давно ты был обещан мне

На ветер попутный в обмен».

«Прошу тебя, оставь, пропусти,

Дай мне слетать к невесте.

А встретятся снова наши пути —

С тобой я буду вместе».

«Тебе останется метка моя,

Мой юный резвый друг,

По метке тебя узнаю я

Меж рыцарей и слуг».

Германа клювом ударил гриф,

Но вниз не рухнул тот.

Тяжко ранен и еле жив,

Он продолжал полет.

У окон невесты он сел на шест,

Его увидала она.

Подруги ее не встали с мест,

Встала невеста одна.

Она серебряным гребешком

Причесывала жениха,

Горькие слезы лила ручьем,

Печальна и тиха.

Горькие слезы лила ручьем,

Печальна и тиха,

Кляла свекровь, что внесла в ее дом

Столько беды и греха.

«Мне гибель написана на роду,

Ты мать мою не кляни

За то, что она попала в беду,

Не видела западни».

Вновь замахали два крыла

Под небом голубым.

Она другие крылья взяла

И полетела за ним.

Она летела с коротким мечом,

Любого меча острей,

Но гриф уродливый нипочем

Не попадался ей.

Она по земле не чуя ног

Бродила, объята тоской,

Но Герман долететь не смог,

Погиб в пучине морской.

     Герман летел через море.