Эвелин Томпсон неэстетично зевнула, развалясь в кресле у коммутатора отеля «Эдельвейс». Сегодня эта хорошенькая девушка сидела надутая, сердито выпятив губки.

Еще целых два часа до полуночи. Роджер не будет ждать. Она отлично знала, что он не будет ждать. Во всяком случае не два часа. И главное, никакой возможности связаться с ним и объяснить, что произошло.

Вторая телефонистка, которая клялась и божилась, что сменит Эвелин в 10 часов, чтобы та успела на свидание, вдруг позвонила только что и заявила, что у нее болит голова и она не сможет подменить Эвелин.

Болит голова? Ха! У нее язык просто заплетался от джина. Ну хорошо, тебе тоже когда-нибудь придется попросить о подобном одолжении. Тогда увидишь!

Эвелин снова зевнула и похлопала по губам изящными пальчиками с наманикюренными красным лаком ногтями. Все было бы не так плохо, если бы была хоть какая-нибудь работа. После девяти вечера работать на коммутаторе «Эдельвейса» — все равно что работать на коммутаторе в морге. За оставшиеся два с половиной часа из верхних комнат, дай Бог, будет с полдюжины вызовов.

И вот ради этого Эвелин должна сидеть здесь и пропускать свидание с Роджером.

А он разозлится, как черт. Какую умелую тактику она вела до сих пор! Достаточно поводила его за нос, потом с каждым свиданием позволяла ему все больше и больше, вовремя, однако, отступая. Она разогревала его до нужной точки, и вдруг сегодня… когда они хотели…

На коммутаторной доске перед ней вспыхнул огонек.

Эвелин перестала зевать и слегка наклонилась вперед. Вызывала комната номер 360. Это мистер Друд, его здесь называют «Слюнявый Друд». И не потому, что он действительно так уж плох, но просто, когда он смотрит на девушек, у него буквально текут слюнки. И лицо у него жирное, розовое и всегда потное, а толстые губы влажные.

Странно, чего это он вдруг звонит? Только 12 минут назад ему звонила из своей комнаты мисс Пэйн. Та, из 414-го номера. Конечно, Эвелин подслушала. Можно услышать много интересного, когда гости переговариваются друг с другом в такой поздний час. И между прочим, Эвелин уже несколько дней наблюдала за их отношениями.

Мисс Пэйн — высокая дама, держится надменно, однако весьма приветливо поглядывает на мужчин. Смешно! Неужели она не могла найти кого-нибудь получше Друда. Хотя, впрочем, она тоже довольно старая. Ей по меньшей мере уже 36. Мисс Эвелин, обладающая преимуществом девятнадцатилетнего возраста, считала, что 36-летняя старуха готова броситься на шею кому угодно, лишь бы тот был в брюках.

Но сегодня они были очень осторожны. Вероятно, боялись, что их подслушивает дежурная телефонистка. Подумаешь, очень ей нужно их подслушивать, с негодованием подумала Эвелин. Будто ей больше нечего делать, как только слушать их глупые разговоры.

Мисс Пэйн просто сказала, что она нашла газету, о которой они говорили сегодня днем, и, если мистеру Друду газета еще нужна, он может подняться к ней. И мистер Друд прослюнявил в трубку, что он с радостью зайдет и не будет ли мисс Пэйн возражать, если он захватит с собой пару стаканчиков на сон грядущий. Мисс Пэйн на это ответила: «Отлично, у меня как раз есть лед и вообще все, что надо».

Все это мгновенно пронеслось в мыслях Эвелин, когда она вставляла штекер в гнездо номера 360. После пяти часов номер 414 не заказывал льда. Вероятно, у мисс Пэйн оставалась пара полурастаявших кусочков, а так как они одним стаканчиком обычно не ограничивались, то Друд, вероятно, быстренько вернулся в свою комнату, чтобы заказать лед из своего номера. Как будто они этим обманут кого-нибудь в отеле.

В трубку, висевшую у нее под подбородком, Эвелин сказала нежным голоском:

— Что вы желаете?

Из 360-го раздался женский голос. Напряженный, хриплый, истеричный:

— В номере 316 труп. Человека убили. О! Пожалуйста, поскорее… — Раздался сигнал отбоя.

Эвелин выпрямилась и посмотрела на коммутаторную доску широко открытыми глазами. Но ведь звонили из номера Друда. Из 360-го. Да, она воткнула штекер в гнездо номера 360-го. Эвелин все еще смотрела на это гнездо, чтобы окончательно убедиться, что не ошиблась.

Кажется, женщина назвала 316. Но ведь это был номер 360. Вероятно, Эвелин просто послышалось.

Убийство?

Эвелин попробовала снова соединиться с номером 360. Но никто не ответил. Она повернула голову к дежурному портье, дремавшему рядом, и громким шепотом позвала:

— Дик!

Портье зашевелился. Соединяясь с другим абонентом, Эвелин рукой подозвала его к себе.

В одном из частных кабинетов зазвонил телефон, возле которого дремал человек. Телефонный звонок немедленно возвратил его к жизни.

Оливер Паттон, сыщик при отеле «Эдельвейс», спустил с дивана ноги и, протирая глаза, сел. У него был двадцатичасовой рабочий день, поскольку он был единственным детективом отеля. Но услуги его требовались крайне редко, и он любую минуту использовал, чтобы поспать.

Взглянув на часы, Паттон зевнул и потянулся за трубкой. Он всегда отличался высоким ростом, а после того, как несколько лет назад оставил службу в полиции и вышел в отставку, вдруг начал полнеть. Его очень беспокоили подагрические шишки на больших пальцах ног. Но надо было прирабатывать — пенсии едва хватало, чтобы оплачивать счета из больницы, где лечилась его жена.

Подняв трубку, он услышал приглушенный взволнованный женский голос. Говорила Эвелин:

— Беда в номере 360, мистер Паттон.

— Что за беда? — проворчал Оливер угрюмо. — Это у Друда?

— Да, но звонил не Друд. Какая-то женщина. Там мертвый человек!

— Мертвый! — Оливер Паттон перестал чесать складки жира на животе и прорычал: — Друд?..

— Не знаю. Это ужасно, мистер Паттон. Скорее поднимитесь туда. Она сказала, что это убийство. Позвонить в полицию?

— Убийство? — В голосе Паттона зазвучали повелительные нотки. — Никому не звоните.

Он бросил трубку и поднялся во весь рост. Убийство в отеле — это действительно большая беда. Его обязанностью было, насколько возможно, не доводить дело до полиции. Конечно, если это убийство, то придется… Но он знал большинство ребят из отдела убийств. С ними можно будет договориться, чтобы не было никакого шума.

Паттон поспешил в вестибюль отеля. Там дежурный портье, старший посыльный и лифтер обступили Эвелин и о чем-то возбужденно говорили. Увидев Паттона, все замолчали и вопросительно посмотрели на него. Он, даже не взглянув на них, обратился к Эвелин:

— Что тебе известно, девочка?

— Из номера 360 позвонила какая-то женщина и сказала, что там убит мужчина. Она тут же повесила трубку, а когда я попыталась вызвать ее снова, она не отозвалась.

— Пошли, Билл, — обратился Паттон к старшему посыльному. — А ты следи здесь, Дик. Никого не впускай и не выпускай.

Он тяжелыми шагами направился к лифту. Когда дверь за ним захлопнулась, он спросил у лифтера:

— Кто-нибудь спускался недавно?

— Несколько минут назад одна леди с пятого этажа.

Лифт остановился. Дверь открылась, и Паттон сказал:

— Задержи лифт здесь. Не обращай внимания на сигнал. Пускай звонят, сколько угодно.

Он повернул налево и вместе с Биллом, следовавшим за ним по пятам, направился к полуоткрытой двери, за которой виднелась полоска света.

В 360-м номере верхний свет освещал обычную спальню отеля с огромной кроватью, стоявшей в простенке между двумя окнами. В комнате никого не было. Под кроватью — пара мужских кожаных туфель, на подушку брошена пижама.

Паттон секунд на тридцать задержался на пороге, внимательно оглядывая пустую комнату, затем кивнул Биллу, чтобы тот оставался на месте, а сам подошел к двери в ванную и резко рванул ее.

Включил свет… Пусто. Паттон подошел к платяному шкафу и открыл дверцу. На плечиках в изумительном порядке висело с полдюжины легких костюмов и курток. За ними никто не прятался.

Паттон повернулся, покачал в нерешительности головой, потом опустился на колени, заглянул под кровать, поднял одеяло и внимательно осмотрел саму кровать.

Встав на ноги, он отряхнул брюки и с глазами, готовыми вылезти из орбит от злости, подошел к телефону, стоявшему на маленьком столике около кровати.

— Ты что, рехнулась, Эвелин? — прорычал он в трубку. — Никого здесь нет: ни живых, ни мертвых.

— Но она сказала, что там мертвец, что человек убит. Я тут ни при чем, мистер Паттон.

— Ну ладно, замнем. Ты мне вот что скажи: может быть такое, что Друд в другом номере?

— Он… — Эвелин запнулась. — Он… э… э… 414 позвонила ему с полчаса назад.

Паттон вынул из кармана носовой платок и вытер пот со лба.

— Кто это 414?

— Мисс Пэйн.

— A-а, такая высокая и костлявая? И что, он поднялся к ней?

— Ну откуда мне знать? Я соединила их…

— …и немного подслушала, — прервал он. — Да или нет?

— Ну если хотите, да! Возможно, он поднялся к ней. Я случайно слышала, как она пригласила его к себе.

— О’кей! Передай Дику, чтобы он стоял на посту. А мы с Биллом посмотрим, что делается в 414-м.

Положив трубку, он обратился к Биллу:

— Вероятно, он в 414-м. Ты носил туда что-нибудь сегодня вечером?

— После шести часов ничего. А до этого лед, для мисс Пэйн.

Паттон оставил все как было — дверь полуоткрытой, свет включенным — и направился к лифту. Лифтер ожидал его в большом волнении: непрерывно раздавались вызовы.

— Подними нас на один этаж, — сказал Паттон.

— Слышите, как мне звонят на восьмом? Ну как, начальник, он совсем мертвый?

— Даже не наполовину, — сердито ответил Паттон. — Пускай там, на восьмом, сходят с ума. Подожди им подавать.

Выйдя из лифта, они пошли направо, а затем свернули в маленький коридорчик, идущий от главного. В конце коридора тускло горела пожарная лампа.

Паттон подошел к четвертой двери направо с табличкой «414». Через стеклянную фрамугу над дверью виднелся свет. Паттон громко постучал. Из комнаты не раздалось ни звука. Паттон подождал секунд десять, потом постучал снова и повернул ручку двери.

Из комнаты послышался испуганный женский голос.

— Кто там?

— Отельный детектив. Откройте нам, мисс Пэйн.

— Я не открою! Как вы смеете? — Голос стал громче, в нем появились негодующие нотки. — Отойдите от моей двери.

Паттон снова нажал на ручку двери и, приложив губы к замочной скважине, сказал:

— Я полагаю, вы не захотите привлечь к себе всеобщее внимание, мисс Пэйн. Я тоже не хочу этого. Поэтому откройте, а то я воспользуюсь своим ключом.

Секунд через пятнадцать дверь неохотно отворили. Паттон толкнул ее и вошел в спальню, отнюдь не блиставшую тем порядком, который он только что видел в номере 360. Мисс Пэйн слегка отступила, чтобы впустить Паттона, но все еще держалась за ручку двери.

Это была высокая стройная женщина с резкими чертами и острым носом. Ее слегка седеющие волосы были уложены в высокую прическу. Темные глаза ее сердито сверкали. Рукой она судорожно стягивала полу красивого, туго обтягивавшего фигуру халата.

— Как вы смеете? — задыхаясь, спросила она. — Что все это значит?

— Я ищу мистера Друда, — спокойно ответил Паттон, пристально вглядываясь в комнату за ее спиной.

Комната была немного больше, чем 360-я. Двухспальная кровать тоже стояла в простенке между окнами. Легкий бриз с Бискайского залива колыхал оконные занавески.

Постель была аккуратно застелена, и вообще никаких следов пребывания мистера Друда не было, если не считать огромного кувшина почти растаявшего льда, бутылки джина, миксера и двух высоких бокалов, стоящих рядышком на столике в другом конце комнаты.

— Мистера Друда? В самом деле? — провизжала мисс Пэйн высоким неприятным голосом. Она сердито вскинула голову. — Это чудовищное оскорбление!

— Спокойно, мисс Пэйн. — Паттон на всякий случай поднял свою жирную руку. — Дело вовсе не в том, о чем вы подумали. Почему бы паре наших гостей и не выпить по стаканчику на сон грядущий, если это не причиняет никакого беспокойства окружающим. Администрация отеля всячески приветствует приятное времяпрепровождение наших гостей. Но тут несколько иное дело. Мне только что сообщили, что в комнате мистера Друда находится труп.

Паттон нарочно немного повысил голос, произнося последнюю фразу, и расчет его оказался верным. Буквально через секунду дверь большого шкафа открылась, и оттуда вышел мужчина средних лет. Он был в сорочке с засученными рукавами, но без галстука. По лицу его струился пот, полные губы судорожно то открывались, то закрывались, как у рыбы, вытащенной из воды.

Широко открытыми от ужаса глазами он смотрел на Паттона. После нескольких тщетных попыток ему наконец удалось выдавить из себя:

— Труп? В моей комнате, сэр?

— Во всяком случае, нам так сообщили. Сколько времени вы находитесь в этом номере?

Мистер Друд, пустив изрядную порцию слюны, взглянул на хранящую ледяное молчание мисс Пэйн, потом пробормотал:

— Вероятно, часа полтора. Я забежал сюда… Э-э-э… прочитать очень интересную статью в газете, о которой мне говорила мисс Пэйн. И она была настолько любезна, что предложила мне освежиться. — Друд указал в сторону бокалов.

— Никто из вас не входил в 360-й номер за это время?

Оба покачали головами и одновременно совершенно четко ответили:

— Нет!

— И вам ничего не известно насчет трупа в вашей комнате?

— Абсолютно ничего. Я бы никогда не допустил… Позвольте, что я говорю… О нет, мне ничего не известно. Неужели это правда?

Паттон пожал плечами.

— Какая-то глупая шутка. Когда вы вышли из комнаты, вы оставили ее открытой?

— Кажется, да. Да! — Друд закивал головой. — Да, действительно, я собирался скоро вернуться, но, понимаете, потом, когда я пришел сюда, мисс Пэйн была так любезна…

— Вероятно, какой-нибудь пьяный вошел в вашу комнату и позвонил. Ну, что ж, не смею вас ни в чем упрекать. Прошу извинить за вторжение. Сами понимаете, я должен был все проверить.

— О, конечно! Естественно, мы все отлично понимаем…

Провожая Паттона до двери, Друд рассыпался в любезностях. Мисс Пэйн, однако, не разделяла их. Она стояла в стороне с гордой презрительной гримасой и, едва дав Паттону уйти, с силой закрыла дверь.

— Ну что ты скажешь на это, Оливер? — полюбопытствовал Билл, когда они спускались в лифте. — Просто шутка?

— А что это еще может быть? Трупа ведь мы не нашли…

Сигнал вызова продолжал настойчиво трезвонить. Войдя в лифт, Паттон сказал:

— Спусти нас сначала вниз, Джо, а потом поднимись на восьмой. Скажи им, что лифт был испорчен.

В вестибюле Паттон направился прямо к Эвелин. Он поднял руку, чтобы остановить поток ее вопросов, и прорычал:

— Что это за фокус, Эвелин?

— Какой фокус? — Девушка широко распахнула невинные глаза. — Кто это был?

— Никого. — Паттон стоял перед ней, широко расставив ноги и уперев руки в бока. — В комнате — ни души. Друд, до краев наполненный джином, развлекается наверху, в номере 414. Ты мне за это ответишь!

— Но вызов был из 360-го. Клянусь вам! Я не сразу вынула штекер, чтобы убедиться, что звонили из 360-го.

— Значит, ты неправильно поняла то, что тебе сказали.

— Нет… я… я… — Рот Эвелин постепенно превращался в букву «О». — Слушайте, черт возьми! Слушайте, мистер Паттон! Когда она сказала: «Здесь мертвый человек», то мне показалось, что она вместо номера 360 назвала 316-й номер. Слушайте, вы думаете…

— Ну вот, новое дело, — проворчал Паттон. — Так ты говоришь, 316-й. Кто в 316-м?

— Кажется, миссис Польсон. Да, совершенно верно… очаровательная пташка.

— Она сейчас дома? Ну-ка, позвони ей, Эвелин.

— По-моему, ее сейчас нет, — вмешался Дик, — вот ее ключи. И мне кажется, что она ушла недавно. Совсем недавно.

— Она не отвечает… — сказала Эвелин.

Паттон пожал плечами.

— Так ты все же думаешь, что девушка сказала 316, а не 360?

— Да, теперь я в этом абсолютно уверена. Чем больше я об этом думаю, тем больше у меня возникает уверенность, что она действительно сказала 316.

Паттон повернулся к лифту:

— Пойду проверю 316-й.

Выйдя на третьем этаже, он усмехнулся: дверь 360-го все еще была открыта. Но он повернул в другую сторону, так же как и на четвертом этаже — налево. На сей раз он остановился перед шестой по счету дверью — номер 316, почти в самом конце коридора.

Коридор был едва освещен. За стеклом двери света не было.

Паттон громко постучал, подождал и снова постучал. Затем сказал:

— Откройте, или я воспользуюсь своим ключом.

Никто не ответил. Тогда он достал связку ключей, выбрал один и открыл дверь. Стоя на пороге, он включил свет. В комнате все было в порядке, однако слегка душновато — окна, находящиеся в изголовье кровати, были закрыты.

Паттон вошел в комнату, внимательно все осмотрел и, не обнаружив ничего подозрительного, через несколько минут вышел.

Возвращаясь к лифту, он еще раз оглянулся на приоткрытую дверь номера 360. После всей этой суеты у него до того разболелись ноги, что, пожалуй, без горячей ванны он не сможет уснуть.