Оправившись от шока, Кира еле слышно охнула.

– Значит, ребенок будет родственником Мехди?

– По всей видимости, да, – произнес Тарек. – Как бы мне ни хотелось обратного… Ничего хорошего из него не выйдет, если он будет воспитываться среди вероломных королевских особ, которые понятия не имеют, как зарабатывать себе на жизнь.

В ней заговорила преданность королевской семье.

– Братья Мехди хорошие люди, Тарек, а их отец был сильным, великодушным правителем!

– Он был деспотом, игнорирующим бедное население страны.

Кира давным-давно поняла, что предыдущий король совершал ошибки.

– Да, он недостаточно их поддерживал, но Рафик, Зейн и Адан делают большие успехи. Ты, видимо, слишком обижен на их отца, чтобы это увидеть.

– Они покажут свое истинное лицо, когда я им скажу, что я незаконнорожденный сын Аадила Мехди.

– Любой ребенок законный, Тарек. Я против этого ярлыка.

У нее было так много вопросов, что она не знала, с чего начать.

– Но как ты сам об этом узнал?

В его глазах мелькнула печаль, быстро сменившаяся злостью.

– Отец сказал перед смертью. Он заставил меня поклясться, что я никогда не открою свое происхождение, в знак уважения к матери. Но с того дня, несмотря ни на что, хочу доказать, что я не хуже любого принца!

Так вот откуда у него страсть к соперничеству и стремление побеждать!

– Ты собираешься им сказать, что ты их сводный брат?

– Когда придет время.

Кира не решилась спросить, что он имеет в виду, но в его затее были подводные камни.

– Если бы Рафик, Зейн и Адан узнали правду сразу, может, и приняли тебя с распростертыми объятиями. Но теперь вряд ли.

– Мне плевать на их мнение. Мне их поддержка не нужна.

Иногда ей казалось, что она знает его лучше, чем он сам. Пора высказать все как есть и открыть ему глаза.

– Нет, нужна! Именно ее ты и хочешь! Надеюсь, ты признаешься им как можно раньше. У тебя есть иные доказательства, помимо заявлений умирающего человека?

– Пока нет, но кто-то из дворца наверняка был свидетелем их с мамой романа.

Тут Киру словно озарило.

– Так вот почему ты начал ко мне клеиться? Через меня ты рассчитывал получить информацию?

Его запинка сказала сама за себя.

– Было бы глупо отрицать, что эта мысль не приходила мне в голову. Но, поскольку оказалось, что ты до глубины души предана Мехди, я решил, что ты не поделишься секретами.

Киру это успокоило мало.

– У меня такое ощущение, что наши отношения основаны на твоей жажде мести. Как лучше наказать Мехди, если не соблазнить женщину, которая им как сестра?

– Уверяю тебя, не в этом дело! Когда мы познакомились, я понятия не имел, что ты с ними выросла. И, кстати говоря, не удивлюсь, если один из Мехди знает о моем происхождении.

Кира покачала головой:

– Я в это не верю. – Тареку вообще теперь не стоило верить. – Иначе конфликта было бы не избежать. Скорее всего, они ничего не знают о романе их отца с твоей мамой.

– Не знают или просто хотят избежать очередного скандала.

Дворец погрязал в скандалах несколько раз. Когда оказалось, что Елена – биологическая мать Адана и давнишняя любовница короля. И когда нынешний король женился на разведенной женщине. Об этом до сих пор старались не говорить. Но случай с Тареком все перекроет.

Кира вспомнила, что Елена задавала странные вопросы о его матери, и все прояснилось.

– Я знаю, с кем тебе стоит поговорить о романе матери.

– Если ты имеешь в виду одного из принцев, то, по-моему, это не лучшая идея.

– Нет. Я предлагаю тебе поговорить с их бывшей гувернанткой. Она много лет была приближенной Аадила Мехди, и уж у кого искать доказательств – так это у нее. Но что, если их не найдется?

Он потер подбородок.

– Решу после беседы с его любовницей.

Видимо, тайну хранили не слишком хорошо.

– А ты откуда об этом знаешь?

– Адан рассказал, что она его настоящая мать и при каких обстоятельствах он родился. Да, бывший король явно не славился верностью, – презрительно сказал Тарек.

Слушать его было тяжело, ведь он не знал деталей.

– По словам Елены, их близкие отношения завязались уже после смерти королевы. Она согласилась родить Адана только потому, что королева больше не могла иметь детей. Это была сделка. Они и не думали, что между ними что-то вспыхнет. Они сильно друг друга любили, я знаю это точно.

– Еще одна любовь, построенная на лжи.

Его цинизму не было предела, и Кира опечалилась. Она решила предпринять последнюю попытку снять груз с души.

– Тарек, я люблю тебя, поверь. Думаю, я влюбилась в тебя в тот день, когда мы гуляли по саду дворца и ты мне рассказывал о своих университетских годах, о том, как ты трудился не покладая рук, чтобы добиться успехов. Ты взял меня за руку, чтобы я не споткнулась, и я подумала: «Вот настоящий джентльмен». Но я не хочу и связываться с тем, кто погряз в обидах и не ценит искреннюю любовь. Мы с ребенком заслуживаем лучшего.

Она остановилась, переводя дыхание.

– Да, я была с тобой не до конца честна, но ведь и ты тоже молчал о своих подозрениях! Но, Тарек, избегая всех чувств, кроме злости, ты идешь против природы. Твоему ребенку нужен отец, который не боится собственных эмоций.

Некоторое время он хранил молчание.

– Если выяснится, что я и вправду сын короля, то, наверное, нам нужно будет пожениться, чтобы дать ребенку королевскую фамилию.

А это еще что за новости?

– Ну конечно, Тарек! Давай вспомним древние времена, когда браком сочетались только ради ребенка! Нет, спасибо. Лучше я буду растить ребенка сама, чем буду привязана к человеку, который ничего не знает об искренней любви.

Кира вскочила с кресла.

– Ты куда? – спросил Тарек.

– В свою комнату. Собираться. – И наверное, плакать. – Ты говорил, я сама могу выбрать, когда уехать. Я хочу сегодня. В отеле почти все закончено, дизайнеры справятся. Желаю тебе успехов во всех начинаниях, а если ты вдруг решишь стать настоящим отцом нашему ребенку, пиши мне на почту, и мы попробуем договориться.

– Я бы предпочел личную встречу.

– А я нет.

При личной встрече Кира могла растерять всю свою стойкость.

Не дожидаясь ответа, она ринулась из комнаты. С этим Тареком Азмаром все понятно. Слезы полились рекой по ее лицу. Глупо было надеяться, что он за ней вернется. Как она будет без него жить?

Она машинально прижала руку к животу. Как это ни грустно, но напоминание о Тареке всегда будет у нее перед глазами.

– Можно нам войти?

Разбиравшая чемодан Кира оглянулась и увидела Мэдисон и Пайпер Мехди, которые стояли в дверях.

– Девочки, я вам всегда рада, заходите!

«Девочки» закрыли дверь и плюхнулись на кровать.

– Спасибо, Кира, – сказала Пайпер, положив ладонь на свой большой живот. – Нужно немного отдохнуть от детей. Сегодня они просто сумасшедшие.

– Мои еще хуже, – ответила Мэдисон, завязывая хвост. – Мне никогда не нравилось, когда про близнецов говорят «убойная двойня», но только так их и назовешь, когда они просыпаются с рассветом и начинают буянить.

Кира переложила сложенную одежду на комод и села в освободившееся кресло.

– Как там новая гувернантка, которую я наняла? Справляется?

Пайпер начала крутить на пальце роскошное обручальное кольцо.

– Боюсь, она скоро от нас сбежит.

– А я боюсь, что Зейн начнет меня уговаривать на еще одного ребенка. А я только приучила близнецов к горшку! – простонала Мэдисон, глядя в потолок.

Пайпер шутливо похлопала ее по плечу.

– Да знаю я, ты хочешь еще одного! Или тебе просто нравится процесс зачатия?

– Вообще-то нравится, – улыбнулась Мэдисон. – Не представляю, что было бы, если бы Зейн смирился с моим уходом, и мне пришлось бы растить детей одной…

Ее слова сильно задели Киру. Она могла только улететь в Канаду, а это была бы катастрофа.

– Слава богу, этого не произошло, – сказала она.

– Да уж, и в подарок он получил двоих детей вместо одного, – ухмыльнулась Мэдисон.

– А Адан ведь меня бросил, – начала Пайпер. – Но потом помчался за мной в США с предложением руки и сердца, когда понял, что не может без меня жить.

Тарек точно не вернется к ней признаваться в неземной любви.

– И теперь у него есть сын, и он хочет еще одного ребенка. Да вы обе внесли неплохой вклад в естественный прирост Баджула! – засмеялась Кира.

– А ты сама-то не залетела в командировке с Тареком Азмаром? – неожиданно спросила Мэдисон.

Вопрос поставил ее в тупик. Неужели Пайпер и Мэдисон в курсе?!

– Я туда поехала работать, а не зачинать ребенка.

Конечно, ведь она уже была беременна.

Пайпер встала с кровати, чтобы помассировать спину, и скептически посмотрела на Киру.

– Уверена? А почему ты вся светишься, или это просто румянец?

Кира тут же потрогала свои заалевшие щеки.

– Здесь немного жарко.

– Кстати, о Тареке. Тащи картину, Пайпер! – потребовала Мэдисон.

– Она еще не закончена, – заныла Пайпер.

– Все нормально! Иди принеси ее из гостиной.

Делано надув губы, Пайпер отправилась за дверь, бормоча себе под нос, что она не собака. Через пару минут она вернулась, держа в руках портрет тридцатилетнего мужчины.

– Поскольку я придворный художник, свекровь поручила мне написать этот портрет для своей личной коллекции. Она дала мне фотографию короля Аадила в расцвете сил. Видимо, это ее любимая, и понятно почему. Он был очень хорош собой.

Кира поразилась, как сильно Тарек был на него похож. А может, ей показалось, ведь она так сильно по нему скучала.

– Пайпер, это одна из твоих лучших работ! Ей точно понравится!

– Тарек с ним одно лицо, ты не находишь? – сказала Мэдисон, словно читая ее мысли.

Кира пожала плечами.

– У обоих восточная внешность, оба красавцы. Я больше не вижу сходства.

– А по-моему, сходство поразительное, – заметила Пайпер. – Наверное, он сын Аадила.

У Киры перехватило дыхание.

– Так и рождаются слухи!

– Это точно, – подтвердила Мэдисон. – А потом мне, как пресс-секретарю, приходится их опровергать.

Пайпер прислонила картину к стене и села на краешек кровати.

– А если серьезно, Кира? Мы же обе заметили, что вы с Тареком флиртовали пару месяцев назад. Неужели между вами ничего не произошло на Кипре?

Мэдисон присела у коленей Киры и стала похожа на собаку, которая выпрашивает косточку.

– Да ладно тебе, мы же подружки! Немного пикантных подробностей!

В глазах Киры вдруг показались слезы.

– Простите меня, – пробормотала она. – Я просто… – Она шмыгнула носом и начала всхлипывать.

Пайпер нахмурилась:

– Если этот мерзавец тебя обидел, я скажу Адану с ним разобраться.

– А я Зейну, – добавила Мэдисон. – Нет, я не сомневаюсь, что Адан и один сможет с ним справиться… Просто Тарек уж слишком здоровый.

После этих слов Кира зарыдала еще сильнее.

– Рано или поздно вы все равно бы догадались… Да, у нас с Тареком были отношения… Но я прошу вас ничего не говорить мужьям. Если они узнают, что я вступила в связь с гостем дворца, придется мне искать новую работу. Боюсь, они уже что-то заподозрили.

– Не переживай, – махнула рукой Мэдисон. – Мужчины часто ничего не замечают даже у себя под носом.

– Это точно! – кивнула Пайпер. – Адану пока на лбу не напишешь о своих чувствах, он никогда и не поймет, – призналась она.

Кира подумала, что этот способ нужно попрактиковать с Тареком, если они увидятся снова.

– Все останется между нами.

В кармане у Мэдисон пронзительно заверещал телефон.

– Это наша несчастная гувернантка. Спрашивает, можно ли дать детям еще печенья.

– Нет, конечно! – воскликнула Пайпер, вставая с кровати. – Пойдем-ка в детскую. Сэму пора отдыхать.

– Я бы тоже прилегла, – вздохнула Мэдисон. – Но с моими карапузами это вряд ли удастся.

Перед уходом девушки обнялись.

– Кира, если тебе захочется поговорить, ты знаешь, где нас искать, – сказала Пайпер, погладив свой живот. – Но судьба любит преподносить сюрпризы, так что пока не списывай Тарека со счетов.

Кира была иного мнения. Но позвонить ему стоило – сказать о портрете. Или нет? В конце концов, это его дело. А она должна была как-то справиться со своими проблемами. Пройдут недели, если не месяцы, пока не зарастет рана на ее разбитом сердце.

Последние две недели Тарек безуспешно пытался забыть о Кире. Но все в отеле напоминало о ней: и каждый рассвет, и каждый закат. Он засыпал в одиночестве и, просыпаясь, тянулся за женщиной, по которой безумно тосковал, но его окружала пустота.

И вот он у покоев Елены Бателли, ищет ответы к своему прошлому, как настояла Кира. Она вскрыла его старые раны, оставила истекать кровью и смотреть, куда зашла его жизнь. Увиденное ему не понравилось.

Тарек дважды постучал в дверь из красного дерева. Дверь тут же открыли.

– Добрый день, господин Азмар, – сказала Елена, жестом приглашая его внутрь. – Присаживайся, пожалуйста.

Тарек уселся на маленький синий диванчик, женщина погрузилась в кресло напротив.

– Спасибо, что сразу согласились со мной встретиться, – начал он. – Я почувствовал, что больше не могу ждать.

Елена прищурилась:

– По словам Киры, ты считаешь своим биологическим отцом Аадила, так что давай обойдемся без прелюдий и перейдем прямо к делу. Твою мать звали Дарсия?

Услышав это имя, Тарек чуть не подскочил.

– Да, верно.

– Значит, мне есть что тебе показать.

Елена поднялась, ушла в другую комнату и через несколько мгновений вернулась с пожелтевшим конвертом и коричневой папкой в руках.

– Она послала это Аадилу. Прочти.

Он вскрыл конверт и начал читать. Текст был написан по-арабски. Тарек сразу узнал почерк матери: в детстве она часто подписывала ему открытки. В письме подтверждались их тайные отношения, и Аадилу было предъявлено требование оставить ее в покое.

Тарек перевел взгляд на Елену.

– Но здесь нет упоминаний ни о беременности, ни обо мне.

– По письму ясно: Дарсия понимала, что они не могут быть вместе. Видимо, она не сочла нужным сообщить о тебе Аадилу.

В нем вскипела ярость, хранившаяся очень долго.

– Получается, еще неизвестно, правда ли он мой отец.

– Известно, – возразила она. – Как-то вечером, много лет назад, он признался мне, что Дарсия была любовью всей его жизни, он собирался оставить трон ради нее. Аадил направился в Марокко, но Дарсия переехала от родителей в дом твоего отца. Разыскав ее, он увидел возлюбленную беременной. Дарсия сказала, что это не его ребенок, и попросила Аадила уйти. Он ей не поверил, но решил больше ее не тревожить и вернулся к своим обязанностям.

– Это ничего не доказывает.

– А это доказывает. – Елена развернула папку, лежащую у нее на коленях. Внутри оказались газетные вырезки. – Он следил за каждым твоим шагом, словно искал доказательств.

– Может, он просто зациклился на ребенке своей бывшей любовницы.

Елена протянула ему пожелтевшую бумагу.

– С этим ты уже не поспоришь.

Тарек не сразу понял, что перед ним результаты экспертизы ДНК, где значилось имя короля и его собственное имя. Тарек на 99,9 % был отпрыском короля. Но прежде, чем он позволит себе в это поверить, он задаст много вопросов.

– Откуда Аадил достал мою ДНК?

Елена пожала плечами:

– Аадил был человеком со связями. Я нашла счет от частного сыщика. В документе было описано, как детектив преследовал какого-то анонима в Марокко и подобрал из мусорки его бумажный стаканчик. Думаю, это был ты.

Тарек с трудом переваривал информацию.

– Значит, мама не обманывала своего мужа…

– Я считаю, Аадил спас Дарсию от общественного осуждения. Сорок лет назад родить ребенка вне брака считалось зазорным. По этой же причине он не стал тебя разыскивать.

– Похоже, это действительно был лучший выход из ситуации… – Привычная ненависть к Аадилу неожиданно сменилась грустью, что он совсем не знал своего родного отца. Он поблагодарил Елену и вернул ей документ. – Теперь нужно решить, как поступить с моими новоиспеченными братьями.

– Скажи им, да и все, – мягко улыбнулась Елена.

Все поменялось, в том числе его отношение к принцам.

– Вряд ли они простят мой обман.

– Рафик, может, и засомневается, но Зейн с Аданом точно примут тебя в семью. Кстати, если ты заметил, Аадил получил отчет от детектива за неделю до смерти. Видимо, почувствовал, что его время истекает. Сложись ситуация по-другому, и ты бы узнал, что такое настоящая отцовская забота.

– Хотелось бы верить.

– Хотелось бы верить, что ты вынес для себя урок и со своим ребенком поступишь правильно.

Тарек не удивился, что Кира поделилась секретом с Еленой.

– Когда вы узнали о беременности?

– В тот же день. Кире нужно было выговориться. Само собой, я ее уговаривала признаться тебе и удивилась, почему она так затянула.

Он ее за это не винил.

– Я до сих пор не знаю, как найти выход из положения. Мне все равно кажется, что я недостоин быть отцом.

Елена накрыла его руку своей.

– Да, любой мужчина может сделать ребенка, но не любой может его воспитать. Ты наделал много ошибок, но награда в конце того стоит. Неужели ты желаешь своему ребенку похожую судьбу? Чтобы он всю жизнь мучился, не зная своего отца?

Мудрость этой женщины удивила его.

– Нет, не желаю.

Елена откинулась на спинку кресла, довольно ухмыльнувшись.

– Прекрасно. А как ты поступишь с матерью своего ребенка?

Вопрос на засыпку.

– Я буду ее поддерживать.

– Во всем?

– Абсолютно.

– Скажи мне, Тарек, ты ее любишь?

Когда-то он был уверен, что это чувство ему недоступно. Как он ошибался!

– Не имеет значения… – Он до сих пор не решался произнести слова, которые бы сделали его таким уязвимым. – Я предлагал Кире пожениться, но она отказалась.

– Ты признавался ей в любви?

– Нет.

Елена вполголоса выругалась по-итальянски, разочарованно махнув рукой.

– Неудивительно, что она отказалась! Спрашиваю опять: ты ее любишь?

– Я с нетерпением жду дня, когда увижу Киру и скажу о своих чувствах. Но, боюсь, этот день может не наступить.

– Вздор! – рассердилась Елена. – Никогда не понимала, почему мужчины такие упрямые и не замечают очевидного! Ты любишь ее, она любит тебя. Кира хочет быть с тобой. Почему ты ее отвергаешь? Ты отвергаешь собственного ребенка?

Разумеется, нет. Но была одна загвоздка.

– Кира отказалась со мной встречаться. Она просила написать ей письмо на электронную почту.

– Что ж, она вправе общаться с тобой так, как посчитает нужным.

Ему, конечно, больше нравился последний вариант.

– Я понятия не имею, что делать.

– Тогда ты пришел по адресу! – хохотнула Елена. – Я уже играла роль Купидона.

Тарек был бы рад любой помощи.

– У вас есть план?

– А как же! С творческим подходом и небольшим обманом.

На его лице показалось недоумение.

– Наш конфликт с обмана начался.

Елена театрально прижала руку к груди.

– Главное – достичь цели. Кира потом все поймет.

– Тогда доверюсь вам.

Она вдруг посерьезнела.

– Но сначала мне нужно знать, готов ли ты к постоянным отношениям. Если нет, ничего не выйдет.

– Более чем, – произнес он неожиданно для себя.

– Хорошо. Тогда обсудим детали.

– Может, сначала открыться братьям Мехди?

– Предоставь это мне.

Помощь Елены была знатным подспорьем, хотя в другой ситуации он бы никому не позволил вмешаться в его личные дела.

– Если вы уверены, что так будет лучше, я согласен.

– Уверена. – Елена наклонилась вперед и негромко произнесла: – Вот как мы поступим…

– Ты занята?

Не оборачиваясь, Кира ответила из-за компьютерного стола:

– Для тебя – никогда, Елена. Что такое?

– Хотела узнать, что сказал врач, – ответила Елена, сев в кресло.

Кира заполнила последний пункт плана, закрыла программу и повернулась к гостье.

– По словам Мэйзы, все хорошо. Сердце малыша бьется ритмично, громко, в следующем месяце пойду на УЗИ. Можно будет узнать пол. – Тарек сильно пожалеет, что пропустил эти моменты.

– От отца что-нибудь слышно? – спросила Елена, словно читая ее мысли.

Кира почувствовала отчаяние.

– Ни слова. Да я и не жду.

Елена взглянула на часы.

– Скажи, если бы Тарек пришел сюда и объяснился бы тебе в вечной любви, ты бы приняла его обратно?

Не задумываясь.

– Что толку об этом говорить, если он никогда так не поступит…

– Никогда не говори никогда, cara. – И она снова проверила время.

– У тебя назначена встреча?

– Не у меня, а у тебя. – Елена поднялась и поправила свои серебристые волосы. – С Рафиком.

Кира мысленно сверилась со своим расписанием.

– С чего вдруг?

– С того. Он попросил, чтобы я позвала тебя к нему в кабинет.

Ну и новости. У нее ведь еще столько работы, а до конца дня осталось всего ничего.

– Ты не знаешь, по какому поводу?

– Есть кое-какие мысли, но не будем гадать.

– Надеюсь, все пройдет быстро, – сказала Кира и направилась к двери.

Елена пробормотала ей в спину несколько слов по-итальянски, когда они шли в кабинет короля.

Зайдя внутрь, Кира подумала, что она попала на допрос. За столом сидел Рафик, как всегда красивый и статный. Позади него стояли Зейн с Аданом, скрестив руки на груди. А справа от них, у окна, находился еще один мужчина. Для всего остального мира – роскошный миллиардер, а для Киры – отец ее ребенка.

– В чем дело? – спросила Кира, наконец подобрав слова.

– Я бы тоже не отказался узнать, – сказал Адан.

– И я, – добавил Зейн. – Мы с женой собирались поужинать и провести вечер вдвоем, без близнецов.

Елена подошла к Кире и положила руку ей на плечо.

– Имейте терпение. Господин Азмар сейчас нам все объяснит.

Тарек выступил вперед и откашлялся.

– Я бы хотел признаться, что был не до конца честен со всеми вами.

Рафик пристально на него посмотрел.

– Мы в курсе, что вы с Кирой встречались.

Кира озадаченно посмотрела на Тарека и сказала:

– Клянусь, у нас не было намерений…

– Все и так было видно, – прервал ее Адан. – Вы оба вели себя как подростки.

– Персонал тоже распускал слухи, – добавил Рафик. – Во дворце ни от кого не спрячешься.

У нее запылали щеки.

– Я не знаю, что сказать… Простите меня…

– Не вините Киру за мои поступки, – вмешался Тарек. – И я позвал вас сюда не только из-за наших отношений.

– Так будь добр озвучить причину! – раздраженно сказал Зейн.

Тарек начал расхаживать по кабинету, словно собираясь с мыслями.

– Я приехал в Баджул не ради инвестиций. Я искал информацию и нашел ее сегодня утром.

Кира, задержав дыхание, слушала, как он рассказывал о романе своей матери с королем, откуда он об этом узнал и как хотел разобраться в своем происхождении. Он закончил словами:

– С помощью Елены у меня появились доказательства. Я сын Аадила Мехди и ваш сводный брат.

Наступила тишина.

– Это правда? – обратился Рафик к Елене.

– Да. В этом нет никакого сомнения. Аадил состоял в отношениях с матерью Тарека до женитьбы на твоей маме и не знал, что у него есть еще один ребенок. Он разузнал об этом лишь перед своей смертью.

– Обалдеть! – воскликнул Адан. – Старик все-таки докопался до истины! Может, скоро изо всех щелей Мехди полезут? На нашем последнем званом вечере я узнал, что женщина, которую я всегда воображал своей матерью, ею и является!

– Молчать, сын! – произнесла Елена. – Тарек не договорил.

Кира заметила, что на лице Тарека мелькнуло смущение, которое сразу закрыла маска хладнокровия.

– Я не рассчитываю на то, что вы хорошо отнесетесь к тому, о чем я сейчас скажу, но хотелось бы заручиться вашим благословением. – Он повернулся к Кире и протянул ей руку: – Прошу тебя.

В голове у изумленной Киры завертелись предположения. Она взяла его за руку. Когда они предстали перед королем, у нее чуть ли не подкашивались ноги.

– Как вы знаете, мы с Кирой довольно близки, – начал Тарек.

– Мягко сказано, – пробормотал Зейн, и Елена уничтожающе на него посмотрела. – У парней по фамилии Мехди постоянно играет мужская сила, и они часто теряют контроль.

Ко всеобщему удивлению, Тарек улыбнулся:

– Это точно! Но я бы хотел доказать вам серьезность моих намерений. Кира – мечта любого мужчины.

Кира чуть не поперхнулась.

– Чего-чего? Серьезность намерений?

– Да. Я это осознал, когда остался без тебя.

– Но, Тарек…

– Да когда же этим признаниям наступит конец? – пробормотал Рафик. – Давай, Тарек, продолжай.

Тарек посмотрел на братьев.

– Поскольку отца Киры сейчас с нами нет, я прошу у вас благословления на наш брак.

Кира оцепенела. Братья кивнули друг другу, затем Рафик встал.

– Если ты будешь относиться к ней так, как она заслуживает, мы вас благословляем.

Тарек, довольный, повернулся к Кире:

– Кира Дарцин, согласна ли ты стать моей женой?

Как бы ей ни хотелось сказать «да», она не могла…

– Нет.