К концу 1960-х рок-н-ролл звучал в Ленинграде уже почти повсеместно. По студенческим общежитиям из уст в уста, как заклинания, передавали названия первых отечественных легенд этой удивительной музыки:

группа Владимира Рекшана «Санкт-Петербург», группа Евгения Леонова «Кочевники» (с которой около года выступал Михаил Боярский), группа Геннадия Барихновского «Мифы»…

Главное, что нужно для появления приличной рок-команды, это комплект дорогостоящей аппаратуры: электрогитары, микрофоны, барабанная установка. Поэтому первое время все ленинградские группы создавались лишь при каком-нибудь вузе, а шанс поиграть получали лишь на студенческих танцульках. Самыми безбашенными считались сейшены, проходившие в Военмехе и Академии художеств. Слушатели пролезали в зал через окна на уровне третьего этажа, а вознаградить музыканта сразу после концерта оральным сексом в туалетной кабинке считалось среди студенток редкой честью.

Время оказалось немилосердно к рок-героям первого поколения. Названия их легендарных коллективов давно безнадежно забыты. Кто вспомнит сегодня «Лиру» или «Аргонавтов»? Какой меломан прослезится, услышав названия вроде «Фламинго» или «Галактика»?

Причина проста: ни одна из групп не оставила нам, сегодняшним, самого главного – записей, способных подтвердить их культовый статус. Может, звучали они и правда круто, а может, репутация их чрезмерно преувеличена – точно сказать невозможно, ибо никогда нам уже не услышать звуков, которые парни извлекали из своих инструментов. Однако сама индустрия подпольных записей существовала в Ленинграде с незапамятных послевоенных времен. С рассказа о ней, пожалуй, и начнем.