Но он ее нашел. Следующие несколько месяцев стали кошмаром. И для Довлатова, и для Аси. И для всех окружающих.

Каждую ночь Сергей проводил в парадной дома Пекуровской. Просто стоял и по много часов ждал. До утра. Или до вечера следующего дня. Соседки докладывали Асе, которая боялась выходить из самой дальней комнаты, что он все еще стоит… все еще курит… все еще ждет…

Боялась Ася вовсе не напрасно. Много лет спустя поэт Дмитрий Бобышев писал, что от Довлатова можно было ожидать самых неприятных сюрпризов:

Последние месяцы перед эмиграцией Довлатова несло. Встречи с ним пугали. В его разговорах появились такие сюжеты, как прихватывание его госбезопасностью, книжные кражи, задержание в милицейских кутузках.

Он, оказывается, очаровывал библиотекарш и выносил под одеждой огромное количество книг. Даже пытался похитить две картины в Доме актера на Невском. Однажды у меня дома вытащил из кармана кастет:

– Плексиглас. Милиция не любит свинчатки. А тут ведь главное не тяжесть, а конфигурация. Вот таким, например, можно и сквозь пыжик голову проломить…

Кто-то (не я) познакомил его с Львом Друскиным и его женой. Это был очень пожилой писатель, еще с довоенным стажем: когда-то именно он спас в блокадном Ленинграде архив погибшего Даниила Хармса. Довлатов начал трогательно ухаживать за увечным поэтом. В инвалидном кресле вывозил его на прогулки, подарил огромную теплую куртку, чтобы укутывать от холода. Потом отвез Друскиных на дачу в Комарово, а сам устроил в их квартире грандиозную вечеринку. Пострадала посуда, но что хуже – библиотека. А заодно (хвастался мне Сергей), он лишил невинности не вполне взрослую воспитанницу Друскиных, купая ее в ванной.

Рассказывая, он вытащил из-под одежды довольно толстую стопку украденных у Друскиных книг и предложил мне парочку редких сборников:

– Берите. Остальное все равно пропью.

Таким Довлатов стал с годами. Но умением создать окружающим сложности отличался он уже в молодости. Как-то скрывающейся Асе позвонил абсолютно незнакомый человек и сказал, что Сергея здорово избили где-то в пригороде. Она все бросила, долго ехала на электричке и действительно нашла Довлатова в синяках и забинтованного с ног до головы.

Она подошла к нему, участливо с ним заговорила, коснулась его синяков… и поняла, что они нарисованные. Да и под бинтами тоже ничего не скрывается.

Не смущаясь, он пожал плечами:

– Ну да. Наврал. Но главное, что ты приехала.

В другой раз Асе позвонил отец Сергея, Донат Мечик. Он заявил, что от отчаяния Сергей попробовал бежать через границу с Финляндией, был схвачен и теперь содержится в тюрьме.

Ася опять все бросила, опять долго куда-то ехала, имела неприятную беседу с генералом спецслужб, который курировал дело Сергея… И только потом поняла, что генерал – давний знакомый семьи Довлатовых. И затеяно все это было лишь ради того, чтобы узнать, как на самом деле Ася относится к Сергею и насколько он дорог ей.

Как только выяснилось, что да, довольно дорог, Сергей вышел из-за занавески.

– Ты подслушивал? Ты стоял там и все подслушивал?

– Когда тебе стукнет тридцать пять и как женщина ты будешь давно уже никому не нужна, я опять выйду из-за занавески и все тебе прощу.

Вернуться к нему она все равно отказалась. Теперь они жили порознь и встречались редко. Хотя и продолжали считаться вроде как парой. Иногда он звонил, просил встретиться, а она говорила, что не может: сегодня у нее гости. Через минуту он заходил в дверь ее квартиры и уверял, что ненадолго, всего на минуточку. Он просто хочет подарить ей старинное золотое кольцо с малахитом. Убедившись, что в гостях у Аси всего лишь подружка, он уходил. А на следующее утро приходил опять и просил отдать кольцо. Это не его. Кольцо взято напрокат. Его нужно вернуть. Он просто здорово занервничал вчера.

Параллельно Ася уделяла время и другим ухажерам. Среди ее поклонников было несколько звезд только что родившегося телевидения и пара очень-очень богатых мужчин, первых подпольных миллионеров Ленинграда. Один из них как-то подвозил ее до дому на собственном авто. У парадной неверную уже ждал Довлатов. Неожиданно возникнув перед капотом, он ухватился за бампер и попробовал машину перевернуть. Сергей гордился своей физической силой, однако в тот раз оторвать автомобиль от асфальта оказалось ему все-таки не под силу. Потужившись пару минут перед изумленными зрителями, он плюнул, развивать конфликт не стал и просто ушел в темноту.

Так продолжалось на протяжении четырнадцати месяцев. Скандалы, истерики, бесконечные выматывающие объяснения. Самый известный эпизод того года связан с двуствольным ружьем, которое Довлатов достал неизвестно где. Пекуровская уверяет, что, окончательно спятив, Сергей пытался ее застрелить, а предотвращено убийство было только вмешательством его мамы Норы Сергеевны. Друзья же Довлатова считают, что речь шла о самоубийстве, причем намерения у влюбленного были самые серьезные.

Много позже, уже живя в США, Пекуровская вспоминала:

Сережа небрежно сообщил мне, что начал писать роман о нашей молодости. О нем и обо мне. Время от времени я спрашивала его, как продвигается работа, и он односложно отвечал:

– Пишу.

Только один раз он все-таки открылся.

– Ты бы меня лучше спросила, зачем я тебе звоню, – начал он с наскоку. – Чтобы приятно пообщаться? Заблуждаешься. Я звоню, чтобы понять степень своей ненависти к тебе. Ты думаешь, легко человеку ненавидеть? Да еще такой реальной, злободневной ненавистью? Вот об этом я и пишу роман. Вот для этого мне и нужны подлинные эмоции…

Как ни странно, тогда, в марте 1962-го, дело кончилось тем, что они все-таки поженились. Сергей попросил двух приятелей, чтоб те провели с Асей беседу и уговорили ее принять предложение руки и сердца. Сам он присутствовал при этом разговоре, но молчал и только кивал. Основной аргумент был такой: сразу же после свадьбы Сергей отбывает служить в армию. Пекуровская обессиленно согласилась. Гостей на свадьбе было всего несколько человек, плюс мама Довлатова, которая до последнего момента не знала о том, что именно происходит.

О первой брачной ночи речь не шла. Гости просто пили до самого утра. Чтобы подразнить жениха, в кармане которого уже лежала военкоматовская повестка, Ася уже перед самым рассветом заперлась с одним из гостей в спальне довлатовских родителей. Довлатов только махнул рукой. Этот период жизни для него заканчивался навсегда.

Утром молодожены пошли гулять по Невскому. Встретив кого-то из знакомых, Довлатов указал на Асю:

– Это моя первая жена.

После прогулки Пекуровская уехала на квартиру тогдашнего бойфренда. А Довлатов действительно ушел в армию. На этом их семейная жизнь была окончена.