- Прости, - сказал Арвин телу. - Я пытался тебя предупредить, но...

Арвин решительно отбросил любые угрызения совести. Пакал мог бы помочь ему спасти Кэррелл. Вместо этого он решил помешать Арвину. Кровавая рана в плече юноши была тому свидетельством. Но даже несмотря на это, Арвин чувствовал за собой вину. Он сказал себе, что сейчас важна только Кэррелл, что дварф сам начал драку, но это не помогло.

Когда юноша подобрал нижнюю половину Змеиного Круга, на глаза навернулись слёзы облегчения. Наконец-то у него в руках оказались обе половины ключа, открывающего дверь в Смарагд. Он может спасти Кэррелл.

Но только если узнает, где находится дверь.

Или как использовать Змеиный Круг, если уж на то пошло.

Но об этом Арвин будет беспокоиться потом. Сейчас ему нужно было выбраться из пещеры и оказаться как можно дальше, прежде чем та летающая змея, которая выйдет из схватки победительницей — Тс'икил или Сибил — решит вернуться к утёсу. Он снова обернул артефакт фольгой и подобрал шкатулку. Та казалась достаточно крупной, чтобы вместить обе половины. Сунув их внутрь, Арвин услышал слабый шёпот.

Глаза Пакала были открыты. Он читал заклинание. Арвин вздрогнул, едва не выронив шкатулку.

- ...вместе, - прошептал дварф.

Арвин начал собирать энергию для новой псионической силы, но остановился, когда понял, что заклинание Пакала просто позволяло понимать его язык.

- Сложи... вместе, - повторил дварф. У него на лбу выступил пот — Пакал боролся с воздействием змеиного яда, пытаясь встать. Его речь была слабой.

- Сунь хвост... в голову. Так... уничтожить...

Его веки задрожали, потом сомкнулись. Тело обмякло.

Арвин прижал пальцы к шее дварфа. Там по-прежнему бился слабый пульс.

Юношу охватило облегчение. Несмотря на рану в плече, он не желал дварфу смерти.

- Я уничтожу его, - пообещал он. Потом беззвучно добавил: - После того, как спасу Кэррелл.

С этими словами Арвин встал. Он с сомнением посмотрел на Пакала, потом принял решение. Если он оставит Пакала здесь, дварф умрёт.

Он сунул шкатулку в рубаху, потом нагнулся и подхватил Пакала под плечи. Натужно всхрипнув, Арвин потащил дварфа в тоннель. Было очень сложно тащить спиной вперёд неподвижное тело по тоннелю. Левая рука по-прежнему болела от укуса гадюки Джуз'лы. Но в конце концов Арвин достиг первой пещеры. Он остановился и прислушался, прежде чем покинуть тоннель, но услышал только грохот реки внизу и крики обезьян в джунглях на противоположной стороне ущелья. Лоб перестал зудеть — хороший знак, поскольку это означало, что железная кобра не появится. Может быть, река наконец заставила её сдаться.

Он вытащил Пакала из тоннеля и какое-то мгновение пытался найти опору на крутом склоне. Он уложит дварфа у входа в пещеру, где его сможет найти Тс'икил, потом положит шкатулку в ранец, превратится в летающую змею и улетит отсюда. Арвин обогнул колонну, которая скрывала вход в тоннель.

С другой стороны колонны стоял человекопёс. Арвин едва успел удивлённо моргнуть, прежде чем крупные золотые глаза поймали его взгляд. Арвин отвернул голову в сторону и попытался поднять псионический щит, но было слишком поздно. Глаза закатились, тело обмякло, и его рот широко распахнулся в непроизвольном зевке. Он почувствовал, как Пакал выскользает из рук, затем его собственное тело грудой рухнуло на дварфа сверху.

Арвин проснулся рывком, сердце бешено колотилось. Человекопёс...

Арвин вскочил на ноги и выхватил кинжал. Он потряс головой, пытаясь избавиться от паутины сна, и окинул взглядом пещеру. Первое, что он увидел — лежавшего рядом Пакала. Следующим был валявшийся на спине человекопёс. Золотую шерсть у него на морде пятнала ярко-красная кровь; похоже, его что-то ударило по лбу с достаточной силой, чтобы проломить череп. На сталагмите рядом с ним было ещё больше крови.

Арвин хлопнул рукой по груди. Шкатулка, которую он сунул под рубаху, пропала. Его ранец по-прежнему лежал в углу. Тот, кто убил человекопса, забрал только Змеиный Круг. Арвину хотелось заплакать. Ключ к Смарагду был уже у него в руках, но в итоге его снова украли.

Кто? И откуда человекопёс знал, как найти Арвина?

Арвин коснулся шеи Пакала и нащупал слабый пульс. Дварф по-прежнему был жив, хотя и очень слаб. Если бы вернулась Сибил, она наверняка добила бы Арвина и Пакала. Что произошло?

Существовал лишь один способ это узнать. Он направил энергию из пупка в грудь и медленно выдохнул. Запахи имбиря и шафрана пропитали воздух, на стенах пещеры заблестела эктоплазма, но вскоре испарилась от местной жары. Пещера поплыла, немного сдвигаясь...

Арвин смотрел на своё призрачное отражение. Человекопёс перешагнул через него, распахнув в ухмылке пасть, вывалив язык и тихонько смеясь. Он перекатил Арвина и разорвал его рубаху. Шкатулка выпала наружу. Задышав тяжелее, человекопёс подобрал её.

Второй источник сильных эмоций привлёк взгляд Арвина ко входу в пещеру. Человекопёс стоял спиной ко входу, поэтому не видел ковёр из змеиной кожи, который там остановился. По краям ковра трепетали крохотные крылышки. Свернувшаяся на ковре змея скользнула в пещеру.

Человекопёс резко обернулся, наконец заметив опасность. Он заметно расслабился — но потом его тело снова напряглось. Голова согнулась набок, как будто повёрнутая незримой рукой. Пару мгновений он смотрел на стену, затем бросился к ней бегом. Достигнув стены, он бросил себя вперёд, врезавшись лбом в закруглённую верхушку сталагмита. Брызнула кровь. Потом его тело рухнуло рядом со сталагмитом.

Пару секунд змея изучала его немигающими глазами. Затем она превратилась в юань-ти. Как и подозревал Арвин, это оказался Дметрио-семя. Семя шагнуло вперёд, подняло шкатулку, которую выронил человекопёс, быстро её осмотрело, потом открыло крышку. Увидев обе половины Змеиного Круга, семя довольно зашипело. В прищуренных глазах сверкнул триумф.

Ковёр-самолёт вплыл в пещеру, повинуясь жесту семени. Дметрио положил на него шкатулку. Затем он начал изучать Арвина и Пакала. Он поднял ногу дварфа и лизнул чёрное пятно, возникшее на месте укуса одной из теневых змей. Тихонько зашипев, Дметрио выпустил ногу. Он повернулся к Арвину и поднял руку юноши. Немигающие глаза уставились на след укуса — проколы, окружённые тёмной припухлостью Дметрио-семя казался разочарованным — он, видимо, посчитал Арвина мёртвым, и жалел, что не убил его сам. Потом он забрался на ковёр, превратился в змею и тесным клубком свернулся вокруг шкатулки. Запорхав крылышками, ковёр поднялся с земли и вылетел из пещеры.

В последнее мгновение сила Арвина позволила ему услышать триумфальное шипение Дметрио-семени. Потом видение прекратилось.

Арвин несколько мгновений стоял и смотрел на тело человекопса. Дметрио-семя действовал решительно и жестоко, как Арвин и привык ожидать от Зелии; семя казалось полностью сосредоточенным, могущественным и контролирующим свои поступки. Должно быть, смерть Джуз'лы прервала летаргию, в которую погрузился Дметрио. Арвин вздрогнул, подумав о том, что пришлось совершить человекопсу. Он уже видел, как Зелия подчиняет себе других — если уж на то пошло, он на себе испытал её псионические приказы, — но не мог представить, что они бывают настолько сильны. Его наставник, Танджу, намекал, что существуют силы, способные заставить человека совершить самоубийство, но Арвин впервые видел их в действии — а ведь Дметрио был просто одним из семян Зелии. Юноша решил с любой версией Зелии вести себя вдвойне осторожнее.

Особенно с той, которая теперь владела обеими половинами Змеиного Круга.

Арвин потёр лоб, догадавшись, что зуд, который он ощущал, опускаясь к пещере, был вызван псионикой Дметрио, следившего за юношей издалека. Арвин сам выдал семени местонахождение пещеры

Левая рука по-прежнему ныла на месте укуса, правое плечо покрылось коркой засохшей крови после атаки Пакала, а грудь болела после объятий юань-ти, рухнувшего на него с дерева.

Но самая сильная боль была у него внутри. Он всего несколько коротких мгновений держал в своих руках ключ к темнице Кэррелл, а потом снова его потерял.

Арвин сделал глубокий вдох и отбросил любые грустные мысли. Он напомнил себе, что дела могли пойти хуже. Змеиный Круг могла забрать Сибил. Арвин, по крайней мере, знал, как работает разум Дметрио-семени. Существовал шанс, что семя отдаст Змеиный Круг настоящей Зелии — но лишь небольшой. Скорее всего, семя решило предать Зелию — всё, что нужно было сделать Арвину, так это найти дверь. Если он сумеет придумать способ обнаружить Дметрио-семя прежде, чем тот узнает, где расположена дверь, тогда, быть может...

Шорох крыльев вырвал его из задумчивости. Тень — змеиная и крупная — мелькнула у входа в пещеру. Летающая змея, которая приземлилась у подножия утёса. Тс'икил вернулась? Или Сибил?

Арвин шагнул к своему ранцу. Сунув туда руку, он схватил сеть. Кинжалом он отсёк корешки, проросшие в кожу ранца, одновременно используя силу, которая делала его невидимым. Потом начал осторожно красться к выходу из пещеры.

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

     Марилит опустил своё лицо к Кэррелл и уставился в её глаза.

- Непослушная смертная, - выругал он девушку. - Больше не смей убегать.

Кэррелл, ноги которой опутал хвост демона, дерзко встретила его взгляд.

- А иначе что? - парировала она. - Ты прикончишь меня? Давай, не стесняйся.

Демон зашипел. Его хвост сжался. Кэррелл прошептала имя Убтао и провела рукой по пятнисто-зелёной чешуе марилита. Демон вскрикнул, и снова потуже затянул кольца хвоста.

Кэррелл почувствовала, как земля под ногами пропитывается водой. Снизу поднялся зловонный запах гнили — джунгли реагировали на её заклинание. Она отвлекла демона, снова заговорив.

- Убив меня, ты просто умрёшь сам, - напомнила она ему.

Демон сощурился.

- Отпусти меня, - потребовала Кэррелл. Она кивнула на свой живот. - Ты знаешь, что я не могу бежать.

Демон наклонил голову, задумавшись. Одна из его шести рук игралась с прядью сернисто-жёлтых волос. Вокруг стояло полдюжины дретчей. Один из них почесал живот, заставив закачаться складки жира.

- Хозяин, - прокаркал он. - Может быть, мы убьём её?

Чудовище улыбнулось клыкастой пастью, и у него изо рта закапала слюна.

- Молчи, идиот!

В руке марилита возник меч. Демон вслепую, даже не глядя на дретча, ударил назад, аккуратно перерубив тому шею. Голова упала в папоротниковые заросли и слепо уставилась в небо, тело рухнуло, фонтанируя красным из разрубленной шеи. Другие дретчи принюхались, упали на четвереньки и принялись слизывать кровь.

Марилит не обратил на них внимания. Он указал мечом на раздутый живот Кэррелл.

- Твой молодняк скоро родится, - заметил он.

Кэррелл уставилась на лезвие и приготовила новую молитву. Если меч ударит её, нужно будет снова заставить марилита почувствовать боль, чтобы убедить демона в том, что связь судеб по-прежнему действует.

- Мне понадобится целитель, - сказала она марилиту, - который сможет унять боль и остановить кровь, если её будет слишком много. Который сможет спасти мою жизнь, если роды окажутся тяжёлыми.

Она указала на круг помятой и порубленной растительности, где кружились мечи марилита.

- Открой новые врата; отправь меня домой. Тогда шансы выжить — твои и мои — будут намного больше.

- Нет.

- Если я погибну...

- Тогда твоя душа без всяких врат окажется на плане Фуги, - сказал демон, - и там, вместо того, чтобы попасть к Убтао, который заберёт тебя во Внешние земли, её сожрёт Дендар.

Марилит улыбнулся, обнажая жёлтые зубы.

- Уверен, ты заметила, что Ночная Змея приобрела вкус к верующим.

Кэррелл побледнела, но сумела сохранить голос спокойным.

- Тем больше причин сохранить мне жизнь, - заметила она, - ведь твоя душа тоже окажется сожрана.

- Тем больше причин держать тебя рядом, - ответил марилит.

Кэррелл указала на дретчей. Они содрали кожу с шеи мертвеца и боролись за право высосать спинной мозг.

- Ты послал их загнать души верующих в пасть Дендар, - сказала Кэррелл. - Зачем?

Демон злорадно усмехнулся.

- Ты не сообразила? - он прицокнул. - Я-то думал, что ты умнее, полукровка. Наверное, в тебе слишком много человеческого.

- Так пожалей меня. Скажи мне, почему ты хочешь, чтобы Дендар выросла такой большой. Чтобы она застряла в своей пещере?

Демон нахмурился.

- И какой цели это послужит?

- Это помешает Ночной Змее сбежать, когда Сибил откроет дверь в её логово.

- Почему Сибил должна беспокоиться о том, что Дендар может сбежать?

- Потому что... - Кэррелл не знала, что сказать. Марилит был прав. Действительно, почему? Демонам будет всё равно, даже если исчезнет весь остальной мир за пределами Бездны — и все души в нём.

- Зачем Сибил открывать эту дверь? - продолжал марилит. - Ммм?

- Чтобы попасть в Смарагд, - ответила она, описав рукой круг. - Через твои врата.

Марилит гортанно рассмеялся.

- Ты и вправду такая глупая, какой кажешься, смертная. Ничто живое не может пройти на план Фуги.

Кэррелл, конечно, об этом знала. Знала она и то, что Сибил была вполне живой — и смертной, насколько вообще могла быть смертной. Если Кэррелл сумеет разговорить марилита, то может быть, ей удастся узнать, что здесь происходит на самом деле.

- Сибил может попасть туда, умерев, - сказала она.

Марилит вздохнул.

- И кто заберёт её душу?

Кэррелл притворно моргнула.

- Ну... Ссет, разумеется.

Марилит начал что-то говорить, потом наклонился, пока его губы не коснулись уха Кэррелл.

- Ты кажешься уставшей. Отдохни. Поспи.

Демон коварно улыбнулся ей.

- Посмотри сны.

Кэррелл отпрянула от его прикосновения. Последняя фраза была странной. Оказавшись в Смарагде, Кэррелл спала беспокойно, постоянно прислушиваясь к звукам, производимым марилитом и его дретчами. Её сны были тревожными. После зрелища Дендар, пожиравшей души верующих, ей наверняка будут сниться кошмары — которых, может быть, не выдержит её разум. Почему демон хочет, чтобы Кэррелл сделала что-то, что может навредить ей — а следовательно, и самому марилиту?