Сэди была комком нервов, стоя на берегу вместе с Антонио и глядя на заходящее солнце. Во время ужина при свечах между ними постоянно чувствовалось растущее напряжение. Словно оба знали, какая им предстоит ночь.

Намерения Антонио были очевидны. Иначе зачем ему отправлять Лео в другой дом, чтобы остаться наедине с Сэди? Он решил, что им пора стать супружеской парой в истинном смысле этого слова.

Она считала, что не должна хотеть Антонио, но ничего не могла с собой поделать. Он был ее единственным мужчиной, и прямо сейчас она желала провести с ним страстную ночь.

Антонио обнял ее, и она задрожала от его прикосновения.

– Ты замерзла, – спокойно сказал он, как обычно контролируя свои эмоции.

Если бы ее так не поглотило желание, она могла бы сказать Антонио, что замерзла. Она застенчиво смотрела на него снизу вверх.

– Нет, я не замерзла.

Догадывается ли он, что его близость творит немыслимые вещи, а прикосновение заставляет трепетать от желания? Он улыбнулся ей, и даже в закатных сумерках она заметила, что он отлично осознает, как на нее влияет.

– Мы можем вернуться на виллу, – ласково произнес он. – Если тебе холодно.

– Пока не надо. Для начала я хотела бы увидеть закат. И запомнить его, чтобы потом написать картину. – Она с замиранием сердца уставилась на оранжевое солнце, не смея взглянуть на Антонио и пытаясь отвлечься. Но как только она повернулась к нему лицом, все мысли вылетели из ее головы.

– Для начала? – Он чувственно и озорно поднял бровь. – А что будет потом, красавица моя?

Она весь вечер задавала себе точно такой же вопрос и знала, что случится после. Они будут близки.

– Солнце почти село, – прошептала она, когда солнце продолжало опускаться за горизонт. Она хотела, чтобы Антонио поцеловал ее и обнял. Она сопротивлялась ему с тех пор, как он признался ей, что скрывался под чужим именем. Но теперь ей уже не хотелось с ним бороться. Ей просто хотелось почувствовать вкус его губ.

– Ты сегодня прекрасно выглядишь, красавица моя. – Его тихий и хрипловатый голос усилил огонь ее желания.

Она покраснела, задаваясь вопросом, догадывается ли он, как долго она сегодня выбирала подходящее платье, прежде чем остановиться на ярко-красном длинном из мягкого шелка с белым рисунком, которое идеально подходило для ужина на пляже экзотического райского острова.

– Очень легко чувствовать себя красивой в таком прекрасном месте, – сказала она и подумала: «Особенно когда ты смотришь на меня с откровенным желанием и обожанием».

С тех пор как он избавился от маски Тони Адесси, Сэди старалась быть осторожной и держала с ним дистанцию, но прямо сейчас, здесь, на этом острове, вдали от реальности, ей было наплевать на прошлое и будущее. В этот момент она в самом деле хотела быть ему настоящей женой.

Он обхватил ее рукой за поясницу и прижал к себе, а Сэди положила ладонь ему на грудь, ощущая его силу и мощь. Свободной рукой она перекинула волосы через плечо и на секунду закрыла глаза, когда его пальцы коснулись ее обнаженных плеч. Подняв веки, она увидела в его глазах тлеющую страсть, и у нее не осталось никаких сомнений по поводу того, как закончится эта ночь.

Приподнявшись на цыпочки, она прикоснулась губами к его губам. Дрожа всем телом, она ждала его реакции. Поцелуй Антонио был горячим и требовательным. Он хрипло заговорил по-итальянски и сильнее прижал ее к себе.

– Антонио… – От решительности его поцелуя у нее перехватило дыхание. Она вдруг перестала замечать луну и звезды, слабо освещающие ночное небо; ей казалось, что вокруг нее начался фейерверк.

Желание, которое она отрицала, ворвалось в ее сознание с новой силой, и она поняла, что уже ничего не исправит. Обняв за плечи, она прижалась к груди Антонио, чувствуя тепло его тела через шелк платья. Он поглаживал ее обнаженную спину и целовал в шею. Закрыв глаза, она вдохнула его запах, и на нее нахлынули воспоминания об их страстном уик-энде. Антонио был единственным мужчиной, которого она желала, и за четыре года ничего не изменилось.

Антонио нес Сэди на виллу, его босые ноги тонули в песке, но он не собирался отпускать ее.

– Сегодняшняя ночь принадлежит нам, красавица моя.

Он вошел на виллу, где слышался плеск волн и чувствовались экзотические ароматы острова.

– Только одна ночь, – произнесла она, по-прежнему сопротивляясь ему и отрицая свою любовь.

Пристально глядя на нее, он поставил ее на пол у широкой кровати, в которой она спала одна с момента их приезда на остров.

Сегодняшняя ночь будет особенной. Но удастся ли им за одну ночь утолить желание и невероятную страсть? В глубине души Антонио понимал, что влечение между ним и Сэди всегда будет сильным.

– Это нелегко, красавица моя. – Он погладил ее по щеке тыльной стороной пальцев и с удовольствием заметил, как Сэди закрыла глаза.

– Мы заключили сделку, Антонио. Это не настоящий брак. – Ее голос был мягким и сексуальным, а когда она открыла глаза, он увидел в них страсть и понял, что она лжет.

– Но мы не обязаны строго соблюдать ее условия. – Он коснулся завязанных в бант бретелей на ее шее сзади.

– Нет, – прошептала она, когда он опустил голову и осторожно коснулся губами ее рта. – Мы не обязаны.

Сэди была такой же сладкой, как в ту ночь, когда он впервые поцеловал ее и уложил в свою постель четыре года назад. Она не говорила ему, что была девственницей. Несколько дней, что они провели вместе, были жаркими и страстными, но сегодня он хотел, чтобы все было по-другому. Сегодня он не желал торопиться.

Она прижала ладони к его груди, и он, ощутив жар ее прикосновения, поборол желание побыстрее уложить Сэди на кровать. Если она хочет взять на себя инициативу, то ему придется приложить максимум усилий, чтобы сдержаться. Он хотел, чтобы она запомнила сегодняшнюю ночь.

Он погрузил пальцы в ее шелковистые мягкие волосы, и, когда она начала расстегивать пуговицы его рубашки, его сердце заколотилось как сумасшедшее. Нервы были на пределе. Она запустила руки под рубашку, исследуя его тело, и Антонио хрипло простонал. Лукавый блеск ее глаз не оставил у него сомнений в том, что ей нравится его мучить.

Она прижалась губами к его коже. Он сильнее сжал пальцами ее волосы, стремясь продлить изысканную пытку поцелуями. Как только он решил, что больше не выдержит, она посмотрела на него зелеными глазами, потемневшими от страсти. Она была такой красивой и соблазнительной.

– Я хочу, чтобы ты была моей, Сэди. Только моей.

– Сегодня я твоя, Антонио. На всю ночь. – Она очень медленно спустила рубашку с его плеч, и он сбросил ее на блестящий деревянный пол.

Взяв за руку, он повел Сэди к широкой кровати. Белые шелковые шторы на окнах развевались от теплого ветра. Она с трудом верила в то, что происходит. Мужчина, которого она любила и ненавидела прошедшие четыре года, вел ее к постели. Желание читалось в его глазах и ощущалось в прикосновениях и поцелуях. Она решила насладиться моментом, потому что не питала иллюзий по поводу того, что скоро Антонио надоест семейная жизнь. В конце концов, именно это произошло однажды, и он не будет хранить ей верность только потому, что она мать его ребенка.

– Не надо больше слов, – сказал он и горячо поцеловал ее в шею. – Позволь твоему телу и страсти говорить за тебя, красавица моя.

Несмотря на решимость держать с ним дистанцию, она понимала, что не сможет ему противостоять. Под его искусными поцелуями и опытными ласками она становилась беспомощной. Она едва заметила, как он развязал бретели ее платья, и оно соскользнуло на пол; она осталась только в белых кружевных трусиках.

Антонио стиснул зубы, оглядывая ее с головы до ног внимательно и неторопливо. Ее охватило пьянящее ощущение власти над ним. Прижавшись к нему, она тонула в желании, о существовании которого даже не догадывалась.

– Антонио… – начала она, но он прижался губами к ее рту в требовательном поцелуе, который заставил ее замолчать. Она слышала только далекий плеск волн на пляже и свое сердцебиение.

Он быстро и решительно подхватил ее на руки, уложил на белые простыни и стал покрывать ее тело поцелуями. Она запустила пальцы в его волосы и открыла глаза, наблюдая, как он целует и ласкает ее грудь. Когда он потянул ее трусики вниз, она глубоко вдохнула. Каждый его поцелуй и прикосновение возрождали в ее душе любовь, которую она отрицала со дня рождения Лео.

Антонио ласкал обнаженное тело Сэди, не в состоянии думать ни о чем, кроме единственной и по-настоящему для него желанной женщины. Он встал и избавился от остатков одежды. Сэди смотрела на него, когда он опустился на нее снова, и обхватила его ногами за талию.

Она поглаживала его спину руками, когда он плавно вошел в нее. Она двигалась вместе с ним, усиливая удовольствие и позволяя ему проникнуть глубже. Он начал говорить ей нежности по-итальянски, но она подняла голову и припала к его губам в головокружительном поцелуе, заставляя замолчать.

С яростной решимостью он отстранился от нее, снова покрывая поцелуями ее грудь и живот. Затем он лег на спину, увлекая Сэди с собой, и она уселась на него верхом. В лунном свете она казалась еще красивее.

Она опустила голову и поцеловала его. Волосы разметались вокруг ее головы, словно светлый занавес. Поняв свою власть над Антонио, она принялась двигаться и целовать его. Он ласкал ее тело, будто знакомясь с каждым чувственным его изгибом, и удовольствие от обладания ею тоже имело оттенок новизны.

Ее движения смягчились, но желание усилилось, когда он приподнялся, входя в нее глубже. Его лицо раскраснелось. Она взглянула на него затуманенными глазами из-под ресниц.

– Антонио, – выдохнула она, и мощный оргазм, который он пытался оттянуть, накрыл его, словно штормовая волна.