Мы вышли на орбиту захваченной планеты Прокраст, сине-белой сферы на фоне темной пустоты. Она выглядела мирной, как большинство миров, когда взираешь на них из космоса. Сложно поверить, что там, внизу, захватчики-ксеносы пытали и порабощали, гибли солдаты, применялось оружие потрясающей мощи.

На протяжении всего пути мимо внешних миров системы команда Блайта продолжала отслеживать переговоры защитников и, сопоставив все доступные сведения, представила их Махариусу. Судя по всему, захватчики атаковали города неожиданно, а затем отступали, уводя с собой сотни, иногда тысячи жителей и оставляя куда больше замученных и мертвых.

По большому счету такое число пленников могло считаться смехотворным даже для столь захолустного мира, однако эффект от нападений был несравним. Они порождали страх и тревогу. Они сковывали войска, заставляя их защищать свои базы и дома вместо того, чтобы преследовать нападавших и отвечать на их атаки. Мне не нужно было быть Махариусом, чтобы это понять, ибо по тем крохам информации, которыми снабдили нас Блайт и его офицеры, ответ напрашивался сам собой.

Пока мы разглядывали вращающуюся под нами планету, предсказательные устройства выстраивали карту поверхности, выявляли основные города, отслеживали источники связи и компилировали все доступные данные. Махариус развернул возле мостика командный центр, где принимал поступавшие от офицеров отчеты. Вне всяких сомнений, он готовился сделать свой ход. Время от времени Махариус прерывался и обращался к возвышавшемуся над ним Логану Гримнару, массивному и моложавому посланнику Космических Волков. Тот в ответ рычал по закрытому каналу вокс-сети. Они что-то замышляли.

В особенности Махариуса заинтересовала огромная долина в горах. Судя по сделанным с орбиты изображениям, она выглядела как священное для ксеносов место, с крупной горой, в которой высекли подобие нечеловеческого лица, и скоплением храмов на самом дне. Согласно его вычислениям, там наблюдалась наибольшая активность эльдаров.

— Это древний центр эльдаров, — внимательно изучив изображения, произнес Дрейк. — Я уже видел такие места раньше, но настолько большие и хорошо сохранившиеся — никогда.

— Это не эльдарский мир, — возразил Махариус. — Здешние города человеческие, а почти все каналы связи мы можем расшифровать.

— Полагаю, эльдаров не было здесь очень долго, — сказал Дрейк. — Они исчезли с поверхности большинства миров тысячелетия назад, оставив после себя только реликвии, заброшенные города и руины.

— Что с ними случилось?

— Никто не знает. Произошла великая катастрофа, уничтожившая их цивилизацию.

— Значит, они решили отвоевать этот мир, — задумался Махариус. — Все энергетические сигнатуры ксеносов, которые нам удалось засечь, сосредоточены там.

— Что ты думаешь делать? — Инквизитор нахмурился, изучая карту.

Махариус увеличил ее, чтобы пристальнее осмотреть долину в горах, ее храмы и гигантские статуи эльдарских демонов-богов.

— Я планирую высадиться и захватить долину. Их не больше, чем нас, а скорее, даже наоборот.

Дрейк покачал головой:

— Поработить мир с парой тысяч воинов? Это же безумие.

— Они не хотят порабощать его. Они пленили малую часть населения и сковывают то, что осталось от защиты. Это делается, чтобы отвлечь противников. Не более того. Ксеносы сеют страх и создают хаос. Они не собираются удерживать мир или даже причинять ему значительный урон. Они только хотят, чтобы им никто не мешал. С помощью скорости, маневренности, а также слабой связи между жителями эльдары создают видимость, будто их куда больше, чем на самом деле.

— Ты уверен?

— Ты, как и я, просматривал расшифровки. Что ты из них понял?

— Войска эльдаров уничтожают необученное ополчение там, где захотят.

— Верно, но взгляни на сценарий.

— Какой еще «сценарий»?

— Между атаками всегда проходит минимум несколько часов.

— И что?..

— При наличии достаточно быстрых машин атаки могут проводиться одними и теми же силами.

— Интересная догадка.

— Это не догадка. Ксеносы совершают постоянные атаки, но, если посмотреть на общие отчеты, видно, что их численность никогда не превышает нескольких тысяч. Командир эльдаров умело пользуется превосходящей мобильностью. Он повсеместно сеет хаос. Его войска разрушают электростанции, узлы связи, станции снабжения, а также космодромы. Всякая попытка собрать силы в кулак безжалостно сокрушается.

— Поверю на слово.

— Долина находится в центре материка, она пригодна для защиты, и она — единственное место, откуда они могут совершать свои нападения в доступный промежуток времени. Их корабли и самолеты неизменно появляются из долины или пересекают ее.

— Я тебе верю, но как эльдарам это удается?

— В первых волнах атак они уничтожили орбитальные мониторы. Защитники слепы, а атакующие — нет. Как и мы. Я вижу то, чего не видят командиры внизу. У меня есть войска. Мы можем остановить чужаков. Мы определенно в состоянии выбить их из долины.

— Было бы неплохо, — согласился Дрейк с ноткой иронии в голосе, на которую Махариус предпочел не обратить внимания.

— Да, все верно, — произнес он. — Штаб эльдаров расположен в долине. Вот где будет Кулак. Мы можем вырвать его из лап ксеносов и одновременно привести мир назад к свету Императора.

Уж чего нельзя было сказать о Махариусе, так это того, что ему недоставало амбиций или дальновидности. Он видел в сложившейся ситуации множество возможностей и был готов воспользоваться ими. Дрейк молчал и выжидающе смотрел.

— Мы — единственные люди в системе, кто может обеспечить планетарную оборону разведданными и координацией, а также бронетанковым острием, способным устоять против захватчиков. Они сочтут, что нас прислал сам Император, дабы спасти их мир.

А если это произойдет не сразу, то после того, как Махариус завершит дело, — наверняка. Я знал его достаточно хорошо, чтобы понимать это.

— Ты уверен, что правильно толкуешь сложившееся там положение? — спросил Дрейк. — Что, если ты ошибаешься?

— Тогда мы все умрем. Но я не ошибаюсь.

Он сказал эти слова с привычной уверенностью, однако я невольно вспомнил храмы-сады Деметрия. Он не ошибся и тогда, но все равно мы едва не погибли.

— Для начала свяжемся с лидерами людей.

Лицо тирана Кха выражало озабоченность. Оно оставалось таким с тех пор, как он в сопровождении своей свиты вышел из шаттла. Его явно охватили страх и отчаяние, когда мы подтолкнули его к Махариусу. Тиран был мужчиной средних лет, с черными, подернутыми сединой волосами и побелевшими усами. Судя по черноте его бровей, я подозревал, что они подкрашены. Тиран в замешательстве смотрел на Махариуса. Тот глядел на него в ответ. Из-за спинки трона внезапно вышел Гримнар, и глаза тирана при виде космического десантника расширились от ужаса.

— Я — лорд верховный командующий Солар Махариус, — произнес он. — Я представляю Империум Человечества и пришел, дабы избавить вас от ига эльдаров и принести Свет правления Императора.

Тиран метнул взгляд в сторону, по привычке глядя на привлекательную женщину немного моложе его. Жена, либо советница, либо и то и другое. Она едва заметно шевельнула рукой, что могло быть признаком беспокойства или тайным сигналом. Он столь же незаметно кивнул и посмотрел на Махариуса.

— Мы с радостью примем любую помощь от бича ксеносов, — сказал он, умышленно не упомянув, что Свет правления Императора они примут с той же готовностью. По всей видимости, его вполне устраивало господство над своей частью мира, хотя он хорошо понимал, что, если ксеносов не остановят, вскоре он может оказаться абсолютным властелином ничего. Поэтому тиран решил принять помощь от Махариуса, а с последствиями разбираться позже.

— Когда они появились? — спросил Махариус.

— Меньше луны назад. Первым делом затихла вокс-сеть. Все случилось одновременно, и вряд ли это просто совпадение. Спустя считанные минуты налетчики атаковали окраинные города и разрушили оборонительные бункеры. С тех пор они нападают на наш город, когда захотят. Я пытался заключить альянсы с другими тиранами в других городах, но курьеры редко достигали пунктов назначения. Я был потрясен, когда вашему эмиссару удалось установить канал связи.

— Мы будем использовать его в будущем для координации обороны. Нам необходимо как-то предупреждать вас о близящихся нападениях. Мы установили, что в качестве главной базы ксеносы используют высокогорную долину, реликвию богохульных эльдаров.

Тиран в смятении посмотрел на Махариуса:

— Долина Древних? Бессмыслица какая-то. Один из больших городов-государств куда лучше подошел бы для их целей.

Махариус не стал говорить ему, насколько мало было ксеносов и как сложно им было бы контролировать население целого города.

— Полагаю, это место играло священную роль для их извращенной расы. Может, они прибыли туда ради каких-то своих нечистых целей. В любом случае я намереваюсь очистить от них долину.

Тиран кивнул. Похоже, его мало волновало, что древний центр находится в руках у ксеносов. Главное, что его город-государство был ближайшим крупным городом от долины. А это, насколько он понимал, означало, что большая часть нападений придется на него.

— Вы хотите использовать Кха в качестве перевалочной базы, — сказал тиран, который, по всей видимости, занимал свое место не потому, что был крепок задним умом.

Махариус кивнул.

— Это может привлечь к нам ненужное внимание, — заметил тиран.

— Вы и так уже привлекли их внимание, — сказал Махариус. — Я положу этому конец.

— Вы очень уверены в своих силах, — произнес тиран.

— Я прогоню ксеносов, — пообещал Махариус. — И запомню тех, кто помог мне. А также запомню тех, кто воспротивился.

Империум — самая могущественная сила во Вселенной. Он вознаграждает тех, кто примкнул к нему. И карает тех, кто отверг его. Он защищает союзников. Он сокрушает врагов.

Тиран огляделся. Я практически видел, о чем он думает. Корабль впечатлял. Его долго вели из швартовочного шлюза, и за это время тиран успел оценить его размеры. Он понятия не имел, сколько еще подобных кораблей у нас может быть. Махариус вел себя с королевской уверенностью, и, кроме того, тут был Гримнар. Тиран определенно задавался вопросом, был ли это легендарный воин Адептус Астартес. Даже если космических десантников не видели в секторе многие тысячелетия, их вряд ли забыли бы.

— Конечно, мы окажем все возможное содействие, — заверил тиран. — Но наши войска ослаблены и деморализованы, а ресурсов почти не осталось.

— Нам потребуется только безопасное место для высадки войск, — сказал Махариус, — и еще местные проводники. Люди, которым знакома горная местность, поведут нас в долину.

— Это можно устроить, — сказала советница. От меня не укрылось, что тиран не стал ей возражать или каким-то образом выказывать недовольство тем, что она вмешалась в беседу. — Мой муж сделает это. Но вам придется обеспечить охрану периметра космического поля на случай нападения. Мой муж не может гарантировать, что наши войска сумеют удержать его перед лицом нечеловеческих врагов.

— Периметр возьмет под охрану моя личная гвардия, пока мы не выгрузим технику.

— Технику? — переспросил тиран.

— Мы привезли с собой «Гибельные клинки», «Теневые мечи» и другие сверхтяжелые танки. Мои войска полностью механизированы.

— Вы намереваетесь провести их через горы к священным долинам?

— Дороги кажутся проходимыми для техники. Или мне о чем-то нужно знать?

Тиран задумался.

— Горы — лучшее место для засады. В них живут бандитские племена, расселившиеся там с тех пор, как мир колонизировали люди. Они не признают наше правление. Нам так и не удалось их выследить и окончательно уничтожить.

— Это так? — учтиво спросил Махариус. Я понял, что эти бандиты его заинтересовали. Они могли оказаться более полезными союзниками, чем тиран и его последователи. Если эта мысль и посетила его разум, он не подал виду. — Приму к сведению.

— Это будет разумно, — ответил тиран.

Кха со всех сторон окружали горы. Город расположился в длинной долине у подножия и титанических увенчанных снежными шапками пиков, возвышающихся над нею, словно громадные белобородые великаны. Космодром сильно пострадал от рук эльдаров — по всему периметру я видел сожженные корабли и разрушенные диспетчерские вышки. Среди обломков я заметил «Леманы Руссы» с орудиями, нацеленными наружу, как будто они охраняли территорию, когда шаттлы приземлялись.

Неподвижный холодный воздух наполнился старым добрым ревом танковых моторов. Я с ностальгией вспомнил о тех деньках, когда слушал этот звук. Больше двух десятилетий я вслушивался в то, как рокотание могучих двигателей сотрясало воздух дюжины миров. В нос ударил кислотный запах выхлопов.

Я взглянул в небеса и увидел там огромных птиц, парящих среди пиков на теплых воздушных потоках. Скорее всего, хищники. Пронзительно-яркую синеву затягивали облака. Воздух казался каким-то особенным — он был настолько чистым, что мне казалось, будто я могу видеть дальше обычного. Должен признать, я испытывал определенное любопытство, зная, что где-то там лежит тайная долина, захваченная врагами человечества. Я обернулся и посмотрел на город.

Это был не улей, а скорее, огромный лабиринт зданий, возведенных из старого серого камня. Тут и там среди башен вздымались огромные статуи. От меня не укрылось, что кое-какие постройки разрушены и в проломах зияют металлические каркасы. Местами их стены были опалены до черноты, как будто в них попал заряд мощного оружия. У сетчатого забора поля толпились местные, с интересом заглядывая внутрь. Я направил на них магнокуляры, словно чтобы понять, представляют ли они угрозу Махариусу, но на самом деле чисто из любопытства.

По большей части они выглядели как беженцы. На них была грязная одежда, на лицах виднелись следы недоедания — более того, на них были написаны страх и загнанность, которая заставляла их казаться слабыми и хрупкими. Я вспомнил, что увидел тогда в эльдарах, вспомнил, как они пытали и калечили забавы ради, и попытался представить себе, каково этим людям было быть изгнанными из своих домов подобными существами и каково было бодрствовать в ночи под открытым небом, опасаясь их возвращения.

— Есть что-то интересное, Лемюэль? — спросил Махариус.

Он стоял возле меня и, как обычно после прибытия в новый мир, пристально изучал местность. Казалось, он проверяет воздух и силу притяжения, как будто в них таились жизненно важные для победы сведения. Кто знает, возможно, для него и таились.

— Беженцы, сэр, однако большего сказать не могу. Сомневаюсь, что они представляют угрозу для нас.

— Но нам это кое о чем говорит, Лемюэль.

— О чем, сэр?

— Это говорит нам, что режим тирана не слишком хорошо организован, иначе для людей поставили бы укрытия и лагеря.

По мнению Махариуса, любую проблему можно было решить с помощью логистики. Или почти любую.

— Может, и так, сэр. А может, эти люди просто не хотят задерживаться здесь. Или они просто пришли поглазеть на нас. Посмотреть, как мы выглядим. Вряд ли у них тут остались еще какие-то развлечения.

— Вот мы кто, по-твоему, для них, Лемюэль? Развлечение? Мы защищаем их и несем Закон Императора.

— Конечно, сэр. Бесспорно.

Интересно, знал ли Махариус, что значит быть бедным и не иметь других развлечений, кроме тех, что повстречал на улице. Ответ казался очевидным.

— Я прикажу квартирмейстеру раздать толпе рационные таблетки, — сказал он. — Привлечь местных на свою сторону лишним не будет.

Так типично для него превращать жест щедрости в военное преимущество. Полагаю, сей акт благотворительности был искренним. Однако он все равно служил пропагандистским целям.

Над горизонтом, игнорируя последовавшие за ним полосы зенитного огня, промчался корабль чужаков с хищными линиями и изгибами. Я задался вопросом, был он первым из множества либо обычным разведчиком.

Ему наперехват поднялись наши «Молнии». Истребители пронеслись над горами и скрылись из поля зрения.

Люди доставляют войска на поверхность планеты. Они уже организовали плацдарм. Наблюдатели отметили крупный контингент их примитивной, но мощной бронетехники. В их действиях чувствуется слаженность, что свидетельствует о компетентности и опыте. Эти воины не похожи на защитников планеты, которые благодаря нашей совершенной тактике и технологиям стали легкой добычей. Воины облачены в ту же самую зеленую форму, как те, что сбежали на корабле. Может ли их командиром быть тот самый Махариус, вернувшийся за отмщением? Нужно захватить и допросить пленных.

Честно говоря, я рад его появлению. Мне нравится, когда добыча бросает вызов. Это поможет прогнать скуку ожидания перед открытием врат. Я развлекусь всеми возможными способами, не важно, насколько скверными.

Я размышляю, не ударить ли по ним сейчас, однако тем самым я сосредоточу свои силы в одном месте и атакую их тогда, когда они ожидают этого сильнее всего. Кроме того, там у них будут союзники, которые сыграют роль пушечного мяса. Таким образом, я раскрою истинную численность своих войск, которых куда меньше, чем людей, хотя они, без сомнений, бесконечно превосходят их духом, огневой мощью и тактическими умениями.

Альтернатива этому — ждать. Время на нашей стороне. Чем дольше я жду, тем ближе открытие врат и обретение секретов древних. Сомневаюсь, что люди успеют до того, как это случится.

Желаю ли я откладывать наслаждение так долго? Да. В отличие от Силерии, Баэля и всех остальных, я не бросаюсь по первому же импульсу, что вспыхивает у меня в голове. Вот что делает меня лидером, а их — последователями.