– Забирай, – махнул я рукой. – Не жалко. А что с Ланой? Я же просил.

– Я отправил на разведку Артура. Он уже отзвонился. Сказал, что нашел ее в квартире твоей сестры. Спелись девчонки.

Я схватился за голову. Худшего разведчика и представить нельзя. Гнев, затаивший на меня обиду, который своими глазами видел, как я зажимаю секретаршу у себя в кабинете. Даже представить страшно, что он может наговорить Лане. Марик оказал медвежью услугу, даже не подозревая, что натворил. Но я не стал говорить другу о своих опасениях, тем более ему понравилась Арина.

А то, что Инна подружилась с мотыльком не удивительно. Две обиженные мной бабы. Лишь бы сестра не затянула Лану в яму разврата. Беспринципная она у меня дама.

Глава 6

Лана

В воздухе витал аромат апельсинов. Яркими вспышками, перебивая запахи моих подруг. Уже битый час Артур сидел с нами на кухне, и уходить не собирался. Я так и не поняла, что ему от меня нужно. Версии постоянно менялись. Он врал и выкручивался, когда я задавала конкретные вопросы. Вот и сейчас я смотрела в его карие глаза и говорила:

– Если тебя послал не Эрик, то кто? Илья? И зачем?

– Лан, почему ты всегда ищешь подвох? Почему я не могу просто так вас навестить? И с чего ты взяла, что я ехал к тебе? – подмигнул Артур и улыбнулся краешком губ.

– Темнишь, – прищурилась я и стукнула его кулаком в плечо. – Говори уже правду. Что тебе нужно?

Инна поджала руками колени, сидя на стуле. Вгляделась в лицо Артура и вздохнула. Аня явно заскучала, ковыряя ногтями цветочки на чайной кружке. Гордость спряталась, оголяя истинный амбре розововолосой. Я принюхивалась к нашему гостю, пытаясь уловить серу, но на нее даже намека не было.

– К вам хочу присоединиться, – запустил Артур пальцы в рыжие волосы, наблюдая за моей реакцией.

– С чего это вдруг? – хохотнула Аня.

Я вспомнила, как на игре он занял нейтральную позицию и не помог Назару, хотя брат считал его другом. Подленькая сущность Гнева не могла так резко поменяться. Без собственной выгоды, он и шага не ступит.

– И что тебе это даст? – Скрестила я руки на груди.

– Не хочу прислуживать всадникам.

Артур впился в меня взглядом. Казалось, я кожей почувствовала его злость. Что случилось с ним? Кто настолько обидел парня, что он готов отказаться от материальных благ? Как Артур будет бороться со своим пороком – жаждой играть, если не будет денег? Для него это смысл жизни.

– Что случилось? – задала я прямой вопрос.

– Ничего особенного. Просто не хочу выполнять поручения всадников и Эрика. У меня есть выбор, и я выбираю тебя.

– Вот как, – заулыбалась я. – Наша банда растет.

Мне льстило то, что есть люди, которые разделяют мои принципы, но доверять Артуру —гиблое дело. Этот всадит в спину нож и глазом не моргнет. Может Эрик подослал его к нам, как шпиона? Будет докладывать о каждом моем шаге. Рискованно посвящать Гнев в наши планы.

– Какие планы на будущее? Будем сидеть в квартире, пока мир не рухнет?

Он начал разговор, будто в подтверждение моих мыслей. Я переглянулась с девчонками.

– Мы летим в Москву. Будем там жить и работать. Участвовать в апокалипсисе никто не собирается. Нам хватило игры.

– Ага. Значит, просто скучная жизнь и все? – Приподнял брови Артур.

Конечно, не это он хотел услышать.

– Да, – пожала я плечами. – Так что хорошо подумай, прежде чем бросать свиту Эрика.

– А что думать? Мне надоели усмешки, отношение, как к скотине и разврат на каждом шагу. Кстати, твой горячо любимый Илья попал как раз в свою среду обитания. Кайфует от власти и трахает все, что движется. Я своими глазами видел, как он шпилил свою секретаршу на столе.

Улыбка резко сошла, и я физически почувствовала, как уголки губ опускаются. Лицо обдало жаром. В горле пересохло. Я забыла, как дышать. Смотреть на Артура больше не было сил. Я опустила голову, разглядывая кружочки на ковре. В каждом из них я видела силуэт Ильи. Он нависал над девушкой. Обнимал ее, прижимал к себе и целовал. А она извивалась в его горячих объятиях, вскрикивала от удовольствия и страсти. Как я когда-то.

Желудок скрутило узлом до тошноты. Я сжала кулаки, которые похолодели. Казалось, я вся покрываюсь инеем, и только сердце, облитое лавой, трепыхается в груди. Пытается выпрыгнуть, чтобы не ощущать этой боли. Противной боли предательства.

После игры я даже думать боялась о подобном. Сознание само блокировало эти мысли. Наверное, чтобы я не сошла с ума раньше времени.

Артур не пощадил моих чувств. Вылил новость, как ушат дерьма. Отмывайся, как хочешь. Смейся, кричи, плачь, бей посуду, грызи локти. Любое из этих действий не принесет облегчения израненному, подыхающему от тоски и кровотечения сердцу. Надо же! Оно пережило столько смертей близких людей, а окончательно надорвалось на такой мелочи. Просто от слов чужого человека. Просто от измены того, кто мне не принадлежал.

Круги поплыли перед глазами в безликом мареве. Я больше ничего не видела, кроме прозрачной воды. Она хлынула из глаз так резко, будто прорвало плотину. Слезы не успевали катиться по щекам. Они капали на пол, срываясь с ресниц.

Я почувствовала теплые руки на плечах и вздрогнула. Сейчас мне больше всего на свете не хотелось, чтобы кто-то меня касался. Я как сплошной оголенный нерв. Прикосновения причиняют нестерпимую боль, хотя я не должна ее чувствовать. Но неуязвимость не защитит от душевных терзаний.

– Лан, прости. Я не думал… То есть не хотел… Я видел, как он ее на столе… Короче, он со спущенными штанами стоял. Целовал и обнимал точно. Я зашел и спугнул… может, у них ничего не произошло. Я же… Ну…

Он говорил, а я улыбалась, смахивая слезы с лица. Посмотрела на Инну, которая обнимала меня сзади и крутила пальцем у виска, показывая Артуру, что он придурок. Аня рассматривала созданный на руке огонь. Его форма постоянно менялась. То сердце, то кинжал. Она не обронила ни слова. Будто не слышала Артура, а находилась далеко от нашей реальности. Я знала, что Гордость вспоминала сейчас. Предательство не забывается. Оно вколачивается молотом в память, как в гранит.

Я почувствовала, как дамба снова норовит взорваться, но улыбка не сходила с лица. Словно мне ее нарисовали. Истерика? Да. Тихая безумная истерика.

– Не надо впадать в это состояние! – закричал внутри Уриил. —Сидишь и сама себя накручиваешь. Ты что, своими глазами видела его с другой? Нет! Тебе сказал об этом Гнев. Может он с Ильей повздорил, вот и решил отомстить.

– Накручиваю?! Хорошо. Давай рассуждать логически. Пророк стал хозяином корпорации. Власть, деньги, фанатки. Куча коллег женского пола. Повсюду соблазн. Любая прыгнет к нему в постель. И что должно остановить его от совокупления с очередной красивой сучкой? А?

– Любовь к тебе.

– Ха! Не смеши! Грош цена его любви. Он предпочел быть в свите Эрика.

– Тогда твоей тоже грош цена. Ты предпочла отказаться от него. И почему ты не учитываешь то, что уединяться с девушкой мог всадник? Михаил может в любой момент завладеть телом пророка.

Я понимала, что Уриил прав, но обида не отпускала.

– И что? Теперь мне каждый гадкий поступок Ильи вот так оправдывать?!

– Почему бы и нет? Ты же собралась спасать его от всадника. Кого ты будешь спасать? Предателя и убийцу или агнца, которого захватили темные силы? Если первое, то какой смысл был отрываться от стада Эрика?А если второе, то ты глупышка. Он по сути своей человеческой далеко не агнец.

– Ни первое и ни второе. Я не буду его спасать. Я перееду в свой родной город и буду там жить. Жить так, как всегда хотела.

– Не получится. Мир меняется. Больше не будет, как раньше.

Глава 7

Илья

Дипломатическое порабощение мира началось на следующий день после того, как я узнал, что за Ланой отправился Артур. От греха до сих пор не было вестей. Марат разводил руками, а прибегнуть к помощи Эрика я не мог.

Неожиданно для народа президент подал в отставку, и Совет Федерации принял решение провести досрочные выборы. Не знаю, как именно Эрик все это провернул, но удивляться подобному я давно перестал.

Миссия самовыдвиженца в кандидаты на должность президента пошла по накатанной Апокалипсисом колее. Уже две недели я вместе с ним разъезжал по стране, делая вид, что собираю два миллиона подписей избирателей, хотя они на самом деле давно лежали в Центральной избирательной комиссии. Но маячить в телевизоре, давать интервью и произносить заученные до тошноты речи – входило в мои обязанности. Я повидал разные митинги, как в поддержку меня, так и наоборот. Правда, последние очень быстро подавлялись, а подробности не просачивались в прессу. Разве что только в Интернет и то ненадолго.

Сегодня я вернулся в свой темный кабинет и едва отвертелся от навязчивой секретарши, которая выкладывалась по полной программе. Кошачьи движения, ужимки, улыбки, типа случайные курьезы – всем видом Арина пыталась обратить на себя внимание, но я так устал, что больше бесился от ее назойливости, чем получал удовольствие.

Больше всего на свете я хотел вернуться в свой загородный дом и развалиться у бассейна. Не думать ни о чем, а просто наслаждаться спокойствием.

– Что за апатия, Илья? Мы вершим великие дела, – заговорил Михаил, который поддерживал меня в нелегком путешествии и часто брал бразды правления телом на себя.

– То, что я не хочу трахнуть секретаршу, еще не значит, что у меня апатия.

Голос рассмеялся.

– Опять думаешь о мотыльке, – поставил он в упрек.

– Просто интересно, где она и что делает.

– Тебе определенно надо выбить Лану из головы, а для этого рекомендую…

– Не надо. Надоели эти разговоры. Сам разберусь, что мне делать.

– Только поскорее разбирайся, а то во сне начнешь кончать. Невозможно сосредоточиться на деле, когда в штанах дымиться. Управлять телом становится сложнее.

Теперь я рассмеялся и вздохнул.

В кабинет ворвался Эрик, пританцовывая. Он уперся руками в стол и заулыбался.

– У меня отличные новости. Ответственной за чипы я назначил Софию. Алчность со всей душой подошла к делу и результаты не заставили себя ждать. Москва практически полностью чипизирована. С подачи Марата налажен электронный денежный расчет. А Боря провел отличную агитацию. Все началось с элиты, а за ними и стадо баранов пошло. Остались еще кучки сопротивленцев, но от них быстро избавимся, – хлопнул в ладоши Эрик. – Теперь будем вплотную заниматься субъектами. Все идет, как по маслу. Народ тебя любит. Многие реально отдавали за тебя голоса. Предвыборная кампания будет длиться еще два с половиной месяца. Надо запастись терпением. Все должно выглядеть достоверно. Восстание нам ни к чему.

– Понимаю, – протянул я и заострил взгляд на том, как Эрик приближается к бару, достает бутылку виски, и наливает в стаканы бурую жидкость.– Все будет в лучшем виде.

Апокалипсис протянул мне стакан и ухмыльнулся.

– Я изначально в тебе не сомневался. Лучший сосуд для завоевателя. Я с огромным интересом наблюдал за игрой. Хочу выпить за тебя, Илья.

Я сделал глоток, не чокаясь, и поджал горькие губы.

– Сегодня мне бы хотелось не думать о делах.

– Конечно, твое право. Можешь отправиться домой. Там тебя ждет сюрприз, – подмигнул Эрик, поглядывая на водоворот алкоголя в стакане. Он так и не выпил виски, поставил на стол и направился к выходу. Задержался у двери, обернулся и взглянул на полку с книгами.

– Завтра в семь часов вечеринка по случаю выдвижения тебя в кандидаты. Ресторан «Второй этаж». Придет вся элита. Не опаздывай.

Я кивнул и дождался, пока Эрик покинет кабинет. Потом сорвался с места и вышел из давящего здания Корпорации «Ночная сова». Я спешил опробовать новый автомобиль, который на днях подогнал Эрик. Белая «БугаттиВейрон» – моя мечта. Хотя спорить с Апокалипсисом пришлось долго. Он категорически не хотел пускать меня за руль. Само собой не из соображений безопасности, неуязвимость никто не отменял, просто будущий президент по общественным соображениям должен ездить с охраной, водителем и в бронированном авто. Я настоял на том, чтобы меня эти стереотипы не касались. Но согласился, что когда выхожу в свет, охрана находиться рядом.

Только не сегодня. Я собирался получить порцию адреналина от скорости. Мой новый «монстр» завелся с полуоборота. От одного рычания мотора мурашки пробежали по телу. Я почему-то вспомнил Назара. Представляю, как бы он обкончался за рулем такой тачки, учитывая его страсть к спортивным авто.

Кощунство думать о бывших игроках в такой момент, но образ мотылька снова всплыл в голове. В моих мечтах она всегда улыбалась. Кружилась в танце у костра и смотрела на меня влюбленными глазами. Я давил на газ и вспоминал наши редкие моменты счастья. Но было ли это настоящим счастьем? Сейчас у меня есть все, а пустоту в душе заполнить нечем. Казалось, я только вчера доедал в детдоме корку хлеба. Какая странная все-таки жизнь.

В этом искусственном раю мне не хватает только Ланы. Той девушки, которую полюбил в дни смертельной опасности. Она была рядом, не смотря ни на что. Часто шла против брата, защищала меня, верила, ревновала и плакала. Наши поцелуи, объятия, секс. Я когда-нибудь смогу забыть об этом? Может Михаил прав и мне нужно выбить чувство с помощью других отношений? Но как это сделать, если ни в ком не вижу хотя бы частичку схожести с мотыльком. Мы в жизни любим только раз, а после ищем лишь похожих.Жестокое клеймо. Теперь я всегда буду искать ее в других. Но почему-то уверен, что не найду.

От скорости перед глазами расплывалась разметка на дороге. Сливалась в одну сплошную линию. Ровную, как мои мысли. Я прекрасно осознавал, на что променял наши встречи. Нашу любовь. Стоило оно того?

– Прости, что вмешиваюсь в твой внутренний монолог. Но сдержаться не могу. Давать советы не буду. Просто притормози у обочины, и я покажу тебе кусочек будущего. А потом сам сделаешь вывод.