На самом деле, эти люди, скорее всего, не были авторами наших (поначалу анонимных) евангелий. Представление об апостольском авторстве возникло лет через сто после написания евангелий.

К сожалению, настоящие авторы нам не известны. Хотя кое-что понять можно. В отличие от апостолов Иисуса – бедных и неграмотных крестьян, говоривших только по-арамейски, – четыре евангелиста были грамотными и даже глубоко образованными грекоязычными христианами следующего поколения. Они жили за пределами Палестины. Где именно? На сей счет в науке идут бесконечные споры без возможности что-либо доказать. Жил ли Марк в Риме? Жил ли Матфей в Антиохии? Иоанн – в Эфесе? Жил ли Лука… Где именно? По большому счету никто не знает. Ни про Луку, ни про остальных.

С относительной уверенностью можно сказать, что в своих рассказах о жизни, смерти и воскресении Иисуса каждый из них опирался на источники. По-видимому, некоторые источники были письменными. Как мы уже сказали, Матфей и Лука, очевидно, заимствовали многие материалы у Марка. Они также, вероятно, пользовались собранием речений, которое в науке обозначается литерой Q. Имелись ли и другие письменные источники? Не исключено. Устные источники? Почти наверняка.

Но как насчет Марка и Иоанна? Возможно, некоторые их рассказы также опираются на письменные источники. Наиболее обоснованно такое предположение в случае с Иоанном. Но какие-то письменные источники могли быть и у Марка.⁴⁰

Возможно, некоторые истории выдуманы самими евангелистами. Но судя по всему большинство рассказов не таково. Ведь многие из них есть как минимум в двух евангелиях. Возможно, многие рассказы взяты непосредственно из устных источников. И в конечном счете почти все евангельские рассказы восходят к устной традиции. Это так, даже если канонические евангелисты опирались на более ранние письменные тексты. Ведь и более ранние тексты зафиксировали истории, которые распространялись уже годами (а вероятно, десятилетиями).

Все рассказы об Иисусе, которые содержатся в евангелиях, – канонических и неканонических – отражают «память» раннехристианских рассказчиков. И даже если авторы выдумали некоторые истории, впоследствии эти выдуманные истории стали рассказываться и пересказываться, и вошли в христианскую память.

Вероятно, часть христианских воспоминаний об Иисусе восходит к рассказам очевидцев. Однако это не обязательно означает, что они достоверны и передают реальные факты. Может, оно и так. А может, и нет. А некоторые «воспоминания» были созданы христианами. Это – «выдуманные» традиции и искаженная память.

Память – одна из ключевых категорий, когда мы имеем дело не только с рассказами очевидцев, но и вообще с любыми рассказами, как восходящими к очевидцам, так и не восходящими. Поэтому если мы хотим понять, совершал ли Иисус эти поступки, произносил ли эти слова, и насколько с ним происходили данные события, важно больше узнать о памяти. Этим мы и займемся в следующих четырех главах. В этих главах нас будет интересовать не только исторический вопрос достоверности (какие воспоминания точно передают слова и дела Иисуса?). Мы поставим и вопрос не менее важный: что воспоминания об Иисусе говорят о вспоминавших его людях и об их жизненных ситуациях, которые сделали такие воспоминания актуальными?