- Ты наша… Сотня проклятых неудачных экспериментов! Ты наша!

Он выглядел потрясенным до глубины души, которой у отступника не было. Потрясенным настолько, что едва ли мог говорить. Он поднимал руки, ронял их, потерял в процессе одно из своих колец и даже не заметил этого. Вскочил, прошелся по комнате, что-то бормоча, остановился, снова недоуменно оглядел меня, растер лицо руками, растопырил пальцы - посмотрел нам меня в щель между ними, выругался, опять же помянув все проклятые эксперименты. А затем решительно вернулся за стол, сел, деловито придвинув стул и скомандовал мне:- Так, иди сюда, недоразумение.

Но тут Гобби написал на листке:

«Риа?»

Отступник заметил это, глянул на меня и сообщил:

- Чтобы он тебя услышал, осознанно и эмоционально прикоснись к его щеке, внутренней стороной ладони. Нет, ну надо же, кто бы вообще мог подумать, что ты наша!

И он, достав из ящика широкий лист бумаги, начал стремительно писать на нем что-то. А я сделала как он сказал и прикоснулась к Гобби. Но ничего не случилось.

- А, мертвый он, с мертвыми не работает, уж извини, - бросил отступник. А затем сказал уже Гобби: - Свободен, зомби. Никаких договоров не будет, девочка наша. Сейчас шустро соображу, как спасти малышку, и мы возвращаемся.

Гобби торопливо убрал листок, на котором для меня писал, и вывел:

«Она воспитанница лорда Гаэр-аша, вы не можете забрать ее».

И подняв блокнот, продемонстрировал вечному запись.

Прочитав, лорд-отступник весело рассмеялся и насмешливо ответил:

- Послушай, маленький серый гоблин, в ордене Огня есть один непреложный закон – мы не бросаем учеников. Никогда. В случае крайней необходимости можем убить, сохранив отпечаток сознания, естественно, но бросить - нет. Ученики редкость, понимаешь? Огромная, невероятная, бесценная редкость. Видишь ли, мы берем в ученики тех, кто вызывает эмоциональный отклик, и как ты сам понимаешь, такое происходит крайне, крайне редко. У нас ведь чувств толком уже не осталось. Так что девочку я забираю в любом случае, кто-то из наших ее определенно очень ценил, значит она ценность для всего Ордена.

Гобби несколько секунд смотрел на вечного, вновь принявшегося что-то писать и чертить, а затем стремительно написал что-то в блокноте. Поднял, чтобы отступник прочел, но тот был слишком увлечен процессом, чтобы отвлекаться и тогда Габриэль постучал по столу костяшками пальцев.

- Кхмеээна! - выругался вечный, и поднял голову с вопросом: - Ну что еще?

А еще была надпись:

«Я знаю где находится ваш ученик!»

- Да неужели? - скривившись, издевательски переспросил отступник. – Слушай, умертвие, если бы у меня была крохотная, хотя бы такая малюсенькая надежда, что Ктар жив, я бы сейчас тут не сидел, я бы перерывал весь город в его поисках. Но моего мальчика больше нет… - голос вечного на миг оборвался, - иначе он ответил бы мне. Но есть хран. Я наиболее жестоким способом поубиваю всех, кто был причастен к его смерти сегодня утром, вернусь домой, подберу подходящее тело в хранилище и верну себе своего мальчика. Все. На этом проваливай.

Гобби остался сидеть, судя по взгляду на отступника мучительно подыскивая другие варианты решения проблемы. Я же не смогла промолчать и сообщила:

- Если вы говорите об ученике вечных, который сегодня был ранен, то он живОчень медленно отступник поднял голову и очень пристально посмотрел на меня. Секунду в его глазах плескалась ярость… через секунду она сменилась чем-то иным, а следом он, чуть прищурившись, протянул:

- Кровь и следы оборвались резко. Да, там боевые маги наследили, но Охурд, - отступник заметил в моих глазах немой вопрос и пояснил, - один из моих, - постучал себя по лбу, - величайший охотник своего времени, читая по следам, уверял меня, что Ктар исчез на том самом месте. Что его не переносили, не левитировали и прочее. И если принять во внимание его слова и ту свободу, с которой ты перемещаешься в Призрачных гранях… Ты вытащила Ктара?

Молча кивнула.

Вечный окинув меня восхищенным взглядом, произнес:

- Талантливая девочка. Но там крови было излишне много, кто исцелил моего мальчика?

И тут же, не дожидаясь ответа.

- Дааастел, - протянул лорд-отступник. - Тебя тоже он?

Я кивнула.

- Но как?! - откровенно недоумевая, вопросил вечный. – Я учел все - способности Дастела, помолвочное кольцо, и даже тот защитный браслет, что мальчишка сумел выпросить у родителей. Я все рассчитал!

Отступник полез под стол, извлек внушительный ватман, развернул, и вглядываясь в рисунки, схемы, надписи, продолжил:

- Место и время нападения, присутствие темного лорда, твою вечную охрану, и кольцо Дастел-Веридан. С ним было сложнее всего, но помог сам мальчишка, нацепив на тебя охранный артефакт. Знаешь, я гений, - вполне серьезно заявил вечный, - а все гениальное просто, и я просто натравил защитный артефакт на кольцо, используя фактор конечности энергетического резерва кольца.

Я подошла, встала возле вечного и тоже с интересом посмотрела на схему. Одно можно было сказать точно - отступник был великолепным художником. И судя по замыслу этого художника от меня должны были остаться рожки да ножки… в смысле голова, ноги и руки, которые должно было живописно разметать по всему залу команд.

- Ну как? - с интересом спросил вечный.

- Вы замечательно рисуете, - была вынуждена признать я.

Чуть прищурившись, лорд отступник произнес:

- Ничего личного, девочка, передо мной была поставлена задача, я ее выполнил.

Даже не спорила с этим, заинтересованно глядя на колонку значений и схем, расположенных под идеально нарисованным и уже не существующим кольцом Дастел-Веридан. Схема не просто описывала возможности кольца, она разложила их по значениям, способностям, энергетическому резерву, вероятностям реагирования. Такое не мог сделать не специалист, это была работа артефактора. Исключительно талантливого артефактора… а мне был известен только один такой.

Стараясь контролировать каждый свой жест, каждый звук и придав лицу безразличное выражение, я спросила:

- У вас при… хм… при себе еще и артефактор?

- Мм? - переспросил он.

Я указала на схему.

Взглянув на нее, отступник легко ответил:

- А, нет, артефактора нет, выкладка из старых записей. Артефактора я хотел завести одного, но человеческие слишком ограниченные, с ними ничего гениального не создашь, а среди наших артефакторов больше нет.Мир пошатнулся.

Я продолжала стоять, все так же глядя на схему, но в глазах темнело, медленно и неотвратимо.

Вдруг заметила, как Гобби невозмутимо мне указывает на блокнот. Глянула и прочла:

«Спроси: Как защититься от Призрачных граней!»

Вопрос показался мне в данный момент совершенно бесполезным, ничего не значащим, глупым, вообще не нужным… но я не хотела огорчать Габриэля, а потому произнесла:

- В Призрачных гранях можно перемещаться везде где хочешь? Без ограничений?

- Мм? - отступник, был снова полностью поглощен своей схемой, видимо все пытаясь найти где просчитался. Как оказалось, предположила я верно, потому что следом вечный пробормотал: - Вмешательство мальчишки Рханэ не учитывал, да, кто же знал, что он запрещенной магией балуется, но что еще?! Что-то ведь должно быть еще… - Потом вспомнив о моем вопросе, отмахнулся рукой, и раздраженно ответил: - Нет, девочка, их для начала создать и активировать нужно, а потом уже перемещаться.

А потом я поняла, что отступники прирожденные учителя, потому что, метнув на меня недовольный взгляд, он тяжело вздохнул, свернул схему моего убийства, достал лист и начав рисовать, попутно принялся объяснять:

- Смотри.

И он начал рисовать камень, затем рядом его двойника, словно чуть преломленное отражение…

- Изучение способностей жителей Хаоса потребовало от нас отказа от веры в неизменность и стабильность мира, для объяснения способностей монстров, ранее не поддающихся логичному научному анализу. Это привело к открытиям и новым возможностям, но лишило нас образного и логического представления о вселенной. Многие братья ордена, не сумев воспринять новую хаотичную структуру устройства вселенной, погрузились в изучение того единственного, что представлялось им стабильным - себя.

Рассказывая, он продолжал рисовать, камни, располагая их по кругу, на равно удаленных промежутках, и отрисовывая каждый раз точную, но менее яркую копию.

- Между тем, устройство мира легко поддается анализу, если принять во внимание тот факт, что существует один мир, и двадцать три его отражения.

Я прикинула оставшееся место и поняла, что отступник будет рисовать все двадцать четыре камня. Он и рисовал. Удаленные по кругу от камня отражения теряли яркость и четкость, те что были ближе были точной копией… с небольшими изменениями. И рисунок ученый закончил достаточно быстро. А завершив, достал карандаш, и отрисовал схему, изобразив треугольник, соединяющий первый, основной, восьмой и четвертый камни. Восьмой был еще приемлимо четким, четырнадцатый же практически белым, едва различимым.

- Шайгены к примеру используют эти мира, - сообщил лорд-отступник. - Это Серые грани, - он указал на восьмой камень, - это Белые грани. Шайгены достигают способности перемещаться в сопутствующих мирах за счет частого, крайне частого перехода за грань смерти во время обучения. Кроме них грани способны использовать только высшие демоны - собственно они их и создали, а шайгены радостно паразитируют, пользуясь проторенной дорожкой. Очень долго мы искали возможности так же получить доступ к перемещениям через иные миры, но… мы не монстры, мы ученые, сверхспособностей у нас не было очень долго… пока мы их себе не создали.

Он усмехнулся, и продолжил: - Все было решено, как и всегда - с помощью логического подхода. Мы основывались на теории об отражении мира, и с этой точки зрения решено было применить преломление отражения. Путем долгих и сложных экспериментов, мы сумели проникнуть в ближайшее отражение нашего мира, изменив конфигурацию проникновения.

- Астральная проекция! - выдохнула я.

- Умничка, - искренне похвалил отступник, и указал на двадцать четвертый камень на схеме. - Ты сейчас здесь. В прошлом.

Честно говоря, я удивилась, и очень сильно.

- И естественно, у тебя не было бы никакой возможности беседовать со мной, не создай я временную привязку.

И он нарисовал круг, захватив половинки от первого и двадцать четвертого камня.

- Призрачные грани формируются путем закольцовывания, - пояснил он. - Создается магическое поле, фиксируется кристаллической сетью, и активируется. Итог - мы получаем возможность перемещаться в Призрачных гранях и даже, - он улыбнулся мне, - вытаскивать некоторых индивидов при необходимости. Вопросы?

О, сколько у меня было вопросов!

- То есть теоретически, когда вы создали магическое поле, любой человек может им воспользоваться? - торопливо спрсила я.

- Нет, не любой, - с энтузиазмом ответил вечный. - Требуется подготовка, определенные медитации, а так же стирание границы осознания смерти. Иногда, в крайне редких случаях доступ к Призрачным граням получают демоны, в той или иной степени подвергшиеся нашему разрушительному воздействию на сознание. К слову, это позволяет понять, почему Ктар на данный момент не имеет возможности связаться со мной, видимо причина в том, что исцеление на некоторое время заставило его очень остро ощутить себя живым. Вопрос в том, на какое время… Будем разбираться. Еще вопросы?

Их все еще было безумного много:

- Защита от Призрачных граней существует?

- Она аналогична защите от любых призрачных явлений - формируется защитный контур, налагается печать не проникновения. К сожалению, как видишь, все достаточно просто, что в свое время сильно ограничило наши возможности в Хешисаи. Еще?

Судя по азарту в его глазах, ему действительно было интересно, что еще я спрошу. А мне было интересно спрашивать.

- Серые грани, они удалены от основного мира гораздо менее, используемого вами двадцать четвертого, какие у них возможности?

- Масса! - с явной завистью ответил отступник. – Первое и основное - они скрывают и переносят реальное тело, а реальность это всегда больше возможностей. Второе - они позволяют брать любые вещи, без ограничений, третье - защита, Серые грани защищают своего путешественника.

Тут он снова нахмурился, и пробормотал:

- Что же я не учел в защите?.. - глянул на меня и поспешно добавил: - Я искренне рад, что с тобой все хорошо, но как я и вдруг просчитался… И в чем? Что ж, теперь есть, о чем размышлять долгими вечерами. И…

Он не договорил. Точнее может и договорил, но я не услышала. Меня вдруг поглотила Тьма, засасывая куда-то где темно, тепло и почему-то очень надежно и безопасно…

Глава третья:</p>

<p>- Давай-давай, девочка, просыпайся, - услышала я голос дедушки лорда Гаэр-аша.

И повинуясь ласковому, но настоятельному велению, открыла глаза.

Первое что увидела - балдахин над своей кроватью. Затем, чуть повернув голову - целителя, стоящего возле постели.

- Разговаривать тебе пока нельзя, - сообщил он, - горлышко повредилось чуть сильнее, чем я рассчитывал, а целительскую магию ты воспринимаешь хуже, чем мне бы хотелось. В остальном – с возвращением к жизни, кошечка.

Я села.

Стремительно огляделась - в комнате, кроме целителя никого не было. Ни Дана, ни Эдвина, ни… Норта. Быстро глянув на себя, поняла, что меня одели, причем судя по тому, что на мне была черная шелковая рубашка с длинными рукавами, одевал меня Норт. Но где он сейчас?

Я посмотрела на лорда Веридана, открыла было рот, чтобы спросить, закрыла, вспомнив, что речь мне пока не доступна, и подскочила с кровати, чтобы побежать к двери.

- Не так же резво! - посмеиваясь, крикнул мне вслед целитель.

А я не слушала.

Выбежав в коридор, я на миг остановилась, прислушиваясь к звукам, а услышав голоса внизу, в холле, опрометью бросилась туда.