После ленча мисс Марпл вышла из столовой на террасу, чтобы там допить свой кофе. Вскоре она увидела, как по ступенькам торопливо поднимается высокая, худая женщина и, не успев отдышаться, направляется к ней… Это была Антея Бредбери-Скотг.

— О, мисс Марпл, мы только что узнали, что вы не уехали. Мы-то думали, вы поедете дальше. Клотильда и Лавиния послали меня за вами, мы очень хотим, чтобы вы погостили у нас еще. Уверяю вас, в «Старой усадьбе» вам будет гораздо удобнее. Здесь всегда столько народу, одни приезжают, другие уезжают, особенно в выходные, и вообще суета. Так что мы будем очень, очень рады, если вы вернетесь к нам.

— О, вы так добры, — сказала мисс Марпл. — Право, вы очень добры. Я ведь собиралась продолжить путешествие. Если бы не это ужасное несчастье… Я просто не в силах ехать дальше. Мне нужно успокоиться и поспать, а завтра…

— У нас и поспите. Мы постараемся, чтобы вам было как можно удобнее.

— Мне, право, неловко, — сказала мисс Марпл. — Но у вас мне было так хорошо… У вас прекрасный дом. Такие чудные вещи. Фарфор, хрусталь, старинная мебель… Жить в таком доме — настоящее удовольствие. Разве это можно сравнить с гостиничным номером.

— Тогда пойдемте прямо сейчас. Правда, пойдемте! Хотите, я сама сложу ваш чемодан?

— Ну что вы, не стоит беспокоиться. Я все сделаю сама.

— Ну можно, я вам помогу?

— Благодарю вас, вы очень добры, — сказала мисс Марпл.

Они поднялись в комнату мисс Марпл, и Антея в мгновение ока собрала вещи мисс Марпл и как попало побросала их в чемодан. Мисс Марпл прикусила губу, пытаясь сохранить безмятежное выражение лица и не выдать своего недовольства. «Право же, — подумала она — это надо умудриться сделать все так, как делать не следует».

Антея разыскала гостиничного носильщика, и он доставил чемодан в «Старую усадьбу», которая, впрочем, была совсем недалеко от гостиницы. Мисс Марпл выдала ему соответствующее вознаграждение и вскоре снова оказалась в обществе сестер, не переставая несколько суетливо рассыпаться в благодарностях.

— «Три сестры!» — подумала она, — вот мы и снова вместе.

Она опустилась на стул и закрыла глаза, сосредоточенно пытаясь отдышаться. Это длилось довольно долго. Ничего, это выглядит вполне естественно для ее возраста, подумала она, кроме того, Антея и носильщик действительно шли очень быстро, и ей приходилось за ними поспевать. На самом-то деле она прислушивалась к себе, к тому, что она почувствовала, вновь переступив порог этого дома… Таилась ли здесь какая-то угроза? Нет, скорее не угроза, а горе. Большое горе. Такое невыносимо тяжкое, что ей стало не по себе.

Она открыла глаза и посмотрела на всех трех хозяек, которые были здесь же, в комнате. Миссис Глинн только что принесла из кухни поднос с чайными принадлежностями. Вид у нее был такой же, как всегда. Спокойная, уютная женщина, без особых чувств и переживаний. Может быть, даже слишком спокойная… Как знать, не напускное ли это спокойствие, быть может, нелегкая и напряженная жизнь приучила ее скрывать свои чувства от окружающих?

Затем она перевела взгляд на Клотильду. Да, очень похожа на Клитемнестру. Разумеется, она никогда не убивала своего мужа — его попросту у нее не было. И вряд ли она могла убить девушку, к которой была очень сильно привязана. Мисс Марпл и сама в этом однажды уверилась. Она помнила, как из глаз Клотильды полились слезы — едва мисс Марпл упомянула имя Верити.

А что ей известно про Антею? Антея отнесла посылку на почту. Антея пришла за ней в гостиницу. Да, Антея… Мисс Марпл многое казалось в ней подозрительным. Все-таки очень странная… Слишком рассеянная даже для своего возраста. Этот блуждающий взгляд. Смотрит мимо вас. Такое ощущение, что у вас за плечом она видит Что-то, невидимое остальным людям. Она определенно чего-то боится. Чего же? Может быть, у нее какое-то психическое расстройство? И она боится, что ее снова отправят в специальное заведение, в больницу или санаторий, где она уже провела довольно большую часть своей жизни? Вдруг сестры решат, что ее опасно оставлять на свободе? Что она может что-то натворить или… сболтнуть лишнее?

Да, здесь явно ощущается какая-то тревожная атмосфера. Допивая чай, она подумала: интересно, а что сейчас делают мисс Кук и мисс Барроу? Пошли в ту церквушку, или это была просто болтовня, для отвода глаз? Тоже есть над чем поломать голову. Одна из них приезжала в Сент-Мэри-Мид, чтобы узнать ее при встрече в автобусе, однако старательно делала вид, что никогда до этого ее не видела.

Да, сплошные загадки.

Вскоре миссис Глинн унесла поднос, Антея вышла в сад, и мисс Марпл осталась один на один с Клотильдой.

— Вы знакомы с архидьяконом Брабазоном? — спросила мисс Марпл.

— О да, — сказала Клотильда, — он был вчера в церкви. Вы его тоже знаете?

— О нет, — сказала мисс Марпл, — но он заходил в гостиницу, чтобы поговорить со мной. Насколько я поняла, он побывал в больнице, расспрашивал о мисс Темпл. А меня спросил, не хотела ли она ему что-нибудь передать — перед смертью. Она вроде бы собиралась навестить его. Разумеется, мне пришлось сказать ему, что мой визит в больницу был совершенно напрасным. Вы же знаете, что она была без сознания. Я ничем не могла ей помочь.

— А в минуты просветления… она не сказала… ничего не сказала — не объяснила, что с ней случилось? — спросила Клотильда, вроде бы просто так.

Мисс Марпл подумала, насколько искренне это равнодушие, но в конце концов решила, что Клотильда не играет. Похоже, она была поглощена какими-то иными мыслями, далекими от этой темы.

— Вы верите, что это и вправду был несчастный случай, — спросила мисс Марпл, — или же думаете, что права племянница миссис Райсли-Портер, что будто она видела человека, который столкнул камень?

— Ну, если эти двое об этом рассказывали, значит, они что-то видели.

— Вроде бы. Они оба видели, хотя их рассказы не во всем сходятся. Впрочем, это вполне естественно.

Клотильда пристально взглянула на нее.

— Кажется, вас эта история крайне заинтриговала.

— Видите ли, она кажется не совсем неправдоподобной, — сказала мисс Марпл, — вернее, совершенно неправдоподобной, если только…

— Что — если только?

— Да нет, я просто подумала… — сказала мисс Марпл.

В гостиную снова вошла миссис Глинн.

— О чем это вы подумали? — спросила она.

— Мы обсуждали несчастный случай, если это был действительно несчастный случай, — сказала Клотильда.

— А кто-то сомнева…

— Мне кажется, молодые люди рассказали очень странную историю, — спешно пояснила мисс Марпл.

— В этом доме какая-то гнетущая атмосфера, — неожиданно сказала Клотильда. — Нам от нее не избавиться, мы все время это ощущаем. Все время. С того дня, как не стало Верити. Столько лет прошло, а она все не уходит, и тень ее остается здесь. — Она взглянула на мисс Марпл. — Вы не чувствуете? Вам не кажется, что она где-то рядом?

— Я ведь человек посторонний, — сказала мисс Марпл. — Вы и ваши сестры воспринимаете все совсем иначе — вы жили тут, вы знали покойную. Из слов архидьякона Брабазона я поняла, что она… что она была прелестной девушкой…

— Она была красавица. Чудесное дитя. Она была такой с самого детства, — сказала Клотильда.

— Жаль, что я почти не знала ее, — сказала миссис Глинн. — Но что поделаешь: я все это время прожила за границей. Мы с мужем как-то приезжали сюда, в его отпуск, но провели почти все время в Лондоне. В «Старую усадьбу» приезжали очень редко.

Антея вернулась из сада с громадным букетом лилий.

— Цветы для похорон, — сказала она. — Самые подходящие цветы для этого дня, правда? Я их поставлю в большую вазу. Цветы на могилку, — сказала она и внезапно захихикала. Странным, истерическим смехом.

— Антея, — сказала Клотильда. — Прекрати… перестань. Так нельзя, ты же знаешь.

— Пойду поставлю их в воду, — бодро сообщила Антея и вышла из комнаты.

— Ох, — сказала миссис Глинн, — Антея! Право же, она…

— День ото дня все хуже, — сказала Клотильда.

Мисс Марпл сделала вид, что ее это не касается, и, взяв со столика маленькую эмалевую шкатулочку, с восхищением принялась ее разглядывать.

— Того и гляди, разобьет вазу, — сказала Лавиния и снова вышла из комнаты.

— Ваша сестра, Антея, доставляет вам немало тревог? — деликатно поинтересовалась мисс Марпл.

— Да, это так. Она всегда была не очень уравновешенной. Она и в детстве была совсем неуправляемой девочкой. Но в последнее время совсем потеряла представление о том, что можно делать, а что нет. Иногда на нее нападают эти идиотские приступы смеха. Заливаться смехом, когда впору плакать…

Мы не хотим… отсылать ее куда-то — или принимать меры — вы понимаете. Наверное, она нуждается влечении, но ей наверняка не захочется уезжать отсюда. В конце концов, это ее дом. Хотя порою… порою с ней очень непросто.

— Порою жизнь вообще бывает очень непроста, — сказала мисс Марпл.

— Лавиния все время собирается уезжать, — сказала Клотильда. — Говорит, что хочет поселиться за границей. Кажется, в Таормине[288]. Она часто там бывала с мужем, они были очень счастливы. Она здесь уже много лет, это ее дом, но она постоянно мечтает уехать отсюда, отправиться в путешествие. Но мне кажется — мне кажется, что она просто не хочет жить в одном доме с Антеей.

— Вот беда, — сказала мисс Марпл. — Да, к сожалению, в некоторых семьях возникают подобные проблемы.

— Она боится Антеи, — произнесла Клотильда. — Просто боится, что скрывать. Я ей все время твержу, что бояться нечего. Иногда Антея ведет себя как дурочка. Выдумывает бог знает что, болтает глупости. Но я не думаю, что ее надо опасаться — то есть опасаться, что она… ой, сама не знаю, что говорю… В общем, не надо бояться, что она совершит… что-то из ряда вон выходящее.

— Прежде ничего такого не случалось? — спросила мисс Марпл.

— Нет-нет, что вы. Ничего подобного. Она бывает несколько нервозной и в дурном настроении, иногда она может ни с того ни с сего кого-нибудь невзлюбить. Она, видите ли, очень ревнива. Не выносит, когда слишком… в общем, когда к кому-то слишком хорошо относятся. Когда кому-то уделяют слишком много внимания… О Боже! Иногда мне кажется, что лучше уж продать этот дом и уехать отсюда — навсегда.

— Вам должно быть очень тяжело, — сказала мисс Марпл. — Ведь в этом доме все напоминает о прошлом.

— Вы меня понимаете, правда? Я чувствую, что вы меня понимаете. От этих мыслей никуда не денешься. Моя милая, чудесная девочка… Она была мне как дочь. Ее мать была моей очень близкой подругой. Да, совсем как дочь… Очень одаренная девочка. Делала успехи в живописи. Занималась дизайном. Я так ею гордилась. И вдруг — это увлечение, этот ужасный мальчишка, лишенный каких-либо устоев.

— Вы говорите про сына мистера Рафиля?

— Да. Лучше бы он никогда сюда не приезжал! Он просто был здесь проездом, и отец сказал ему, чтобы он нас разыскал, и он пришел к нам отобедать. Должна признаться, он умел быть обаятельным. С другой стороны, чуть ли не с детства у него были проблемы с полицией. Два раза он сидел в тюрьме, у него было несколько отвратительных историй с девицами. Могло ли мне прийти в голову, что Верити… просто безумие какое-то. Должно быть, такое случается с девушками в ее возрасте. Она была им просто околдована. Твердила, что он хороший и ни в чем не виноват. Да вы знаете, что они говорят в таких случаях. «Все были против него», вот что они всегда говорят. Весь мир против него. Никто его, бедненького, не пожалел. Боже, как устаешь от таких разговоров… Почему девушки не способны смотреть на все трезво?

— Обычно у них и вправду маловато здравого смысла, в этом я с вами согласна, — сказала мисс Марпл.

— Она ничего даже слушать не хотела. Я… я пыталась отказать ему от дома. Я сказала, чтобы он больше сюда не являлся. Разумеется, это было глупо. Потом я это поняла. Она просто стала встречаться с ним вне дома. Я даже не знала где. У них были разные места для встреч. Обычно он подъезжал на машине к условленному месту, а поздно вечером привозил ее домой. Два раза она не ночевала дома, возвращалась только на следующий день. Я твердила им, что лора одуматься, что дальше так продолжаться не может, но они не хотели и слушать. Верити не хотела слушать. От него-то какое там послушание…

— Она собиралась за него замуж? — спросила мисс Марпл.

— Не думаю, чтобы это зашло так далеко. Да он был не из тех, кто готов обременить себя семьей, он и так умел неплохо устраиваться.

— Я вам от души сочувствую, — сказала мисс Марпл. — Представляю, сколько вам пришлось вынести.

— Да. Самое ужасное было — когда пришлось опознавать тело. Это было через некоторое время после… после того, как она пропала. Мы, конечно, решили, что она с ним сбежала, и рано или поздно мы получим от них весточку. Я знала, что полиция очень встревожена. Они пригласили Майкла, допросили его, но все, что он говорил, не сходилось с тем, что рассказывали местные жители.

Потом они ее нашли. Далеко отсюда. В каком-то заросшем кустами котловане… или в канаве, возле заброшенной дороги, куда почти никто не заглядывал.

И вот… мне пришлось ехать в морг. Ужасное зрелище. Чудовищная жестокость… не лицо, а кровавая маска… За что он так с ней обошелся? Разве ему мало было, что он задушил ее? Задушил ее собственным шарфом. Не могу… не могу говорить… Я этого не вынесу, не вынесу.

Слезы градом покатились по ее щекам.

— Мне так вас жаль, — сказала мисс Марпл. — Мне вас очень, очень жаль.

— Спасибо. — Клотильда внезапно посмотрела ей в глаза. — Но даже вы не догадываетесь о самом ужасном.

— В каком смысле?

— Я не уверена… я не уверена насчет Антеи.

— То есть как — «насчет Антеи»?

— Она в то время вела себя так странно. Она была… она была сама не своя от ревности. Она внезапно возненавидела Верити. Смотрела на нее с такой злобой.

Иногда мне казалось… я думала, а что, если… о нет, это слишком страшно, так думать страшно, нельзя так думать про родную сестру… но она однажды уже кидалась на человека. Понимаете, у нее случались приступы ярости. Я все думала: а вдруг… нет, этого просто не могло быть. Прошу вас, забудьте о том, что я вам тут наговорила. Это все нервы… Но… но… все же она не совсем нормальна. От этого никуда не денешься… Когда она была совсем маленькой, у нас жил попугай. Он умел говорить, болтал разные глупости, как все попугаи… Так вот, однажды она взяла да и свернула ему шею. С тех пор я никогда ей не доверяла. Все время опасалась, что она… о боже, я и сама впадаю в истерику!

— Ну полно, полно, не стоит об этом думать, — ласково сказала мисс Марпл.

— Не буду. Хватит и того, что больше нет Верити… Умерла. Такой ужасной смертью. Одно утешение: больше он уже никого не убьет. Он получил пожизненный срок. Он сейчас в тюрьме. Больше он никого не погубит. Не понимаю, почему они не установили, что он ненормальный, что он не может отвечать за свои поступки — в наши дни часто выносят такие заключения. Его надо было упрятать в психушку Бродмур. Я уверена, что он не понимал, что творит.

Она вскочила и выбежала из комнаты. Миссис Глинн, входившая в дверь, едва с ней не столкнулась.

— Не обращайте внимания на Клотильду, — сказала она. — Она так до конца и не оправилась после той трагедии. Она безумно любила Верити.

— Кажется, она очень волнуется за вашу младшую сестру.

— За Антею? Конечно, она у нас со странностями. Немного истерична. Иногда слишком горячится по пустякам, очень мнительная. Но мне кажется, что Клотильда напрасно так переживает. Батюшки, кто это там?

За стеклянной дверью внезапно возникли две особы, которые тут же рассыпались в извинениях.

— О, простите, пожалуйста, — затараторила мисс Барроу, — мы ищем мисс Марпл. Нам сказали, что она пошла к вам, и хотели узнать… ах, вот вы где, дорогая! Я хотела вам сказать, что мы сегодня так и не попали в церковь. Должно быть, у них уборка, так что экскурсия переносится на завтра. Надеюсь, мы не очень вас побеспокоили — извините, что прошли со стороны сада. Я пыталась звонить в парадную дверь, но звонок, как видно, испортился.

— Да, он у нас с причудами, — сказала миссис Глинн. — То звонит, а то вдруг не хочет. Прошу вас, присоединяйтесь к нам. Я и не знала, что кто-то еще надумал остаться.

— Решили полюбоваться местными красотами, раз уж занесло в такую даль. А продолжать поездку было бы… если честно, очень тяжело… после того, что случилось.

— Хотите немного хересу? — спросила миссис Глинн.

Она вышла из комнаты и вскоре вернулась вместе с Антеей, которая несла поднос с бокалами и графином. Обе сестры сели рядом. Антея уже совершенно успокоилась. Немного погодя вернулась и Клотильда.

— Мне не терпится узнать, — сказала миссис Глинн, — чем же закончится это дело. Я говорю о бедной мисс Темпл. А что там на уме у полиции, приходится только гадать. Дознание отложено — значит, им еще не все ясно. Не знаю, может быть, характер ранения навел их на какие-то выводы.

— Ну с ранением-то все ясно, — сказала мисс Барроу. — Сильный ушиб, сотрясение мозга — это все от удара валуна. Вопрос только в том, — верно, мисс Марпл? — скатился ли он сам или его кто-то подтолкнул.

— Да что вы! — воскликнула мисс Кук. — Неужто кому-то вздумалось толкать валуны? Впрочем, от хулиганья нигде спасенья нет. А может, это иностранцы… решили порезвиться… или студенты. Если честно, это мог быть и кто-то из… — Она умолкла.

— Вы хотели сказать, — вмешалась мисс Марпл, — что это мог быть кто-то из наших туристов.

— Ну что вы… я этого не говорила, — стала оправдываться мисс Кук.

— Но вы же не станете возражать, — сказала мисс Марпл, — что все мы иногда… думаем об этом. Когда же нам наконец дадут объяснения? Если полиция уверена, что это не несчастный случай, — что ж, значит, так оно и есть. Но кто к этому может быть причастен? Ни с кем из местных мисс Темпл не была знакома. Вряд ли это сделал кто-то из них. Так что подозрение так или иначе падает на всех… да, на всех нас, на всех, кто ехал с ней в автобусе, ведь так?

Она тихонько рассмеялась.

— Да что вы! Не может быть! — сказала мисс Кук.

— Мне, конечно, не следовало об этом говорить… Но преступления могут быть совершенно необъяснимыми. Порой случаются совершенно невероятные вещи.

— А у вас есть на этот счет определенное мнение, мисс Марпл? Мне было бы интересно его услышать, — сказала Клотильда.

— Ну что я могу сказать — всегда возможны самые непредсказуемые варианты.

— Мистер Каспар, — сказала мисс Кук. — Мне его физиономия с первого взгляда не понравилась. Уж очень он похож на шпиона. Может, он явился к нам, чтобы выкрасть материалы относительно ядерного оружия или что-нибудь еще…

— Ну какие у нас тут могут быть секретные материалы, — сказала миссис Глинн.

— Может быть, за ней кто-то охотился, — сказала Антея. — Мало ли что… может, за ней охотились, потому что она совершила какое-то преступление.

— Перекрестись, — сказала Клотильда. — Она была директором весьма престижной школы, с огромным интеллектом и очень достойный человек. Кому понадобилось за ней охотиться?

— Откуда мне знать. Может, она совершила преступления до того, как стала директором.

— Я уверена, — сказала миссис Глинн, — что у мисс Марпл есть свои соображения.

— Что ж, у меня действительно есть кое-какие соображения, — сказала мисс Марпл. — Мне кажется, что… в общем… О Господи, как же это получше выразить… Я хочу сказать, что, если рассуждать логично, можно заподозрить двоих человек… Хотя я вовсе так не думаю, оба они — очень славные, но, повторяю, рассуждая логически, подозревать больше некого.

— В самом деле? А о ком вы говорите?

— Простите, я, наверное, не должна говорить об этом. Это просто… я просто рассуждаю.

— Так кто же, по-вашему, мог столкнуть этот валун? Кого видели Джоанна и Эмлин Прайс?

— В том-то и дело, что, возможно, они никого не видели.

— Как это никого не видели? — изумилась Антея.

— Они могли… могли все это придумать…

— Придумать, что они кого-то видели?

— В том-то и дело…

— Вы считаете, что это они сделали? Неужели вы на самом деле так думаете?

— Только предполагаю — ведь в наше время чего только не наслышишься о молодежи, — сказала мисс Марпл. — Убивают, насилуют, дерутся… Что по сравнению с этим какой-то валун… так, забава, все равно, что окно разбить… Видимо решили всех напугать…

— Значит вы думаете, что именно Эмлин Прайс и Джоанна столкнули этот валун?

— Да ведь они именно из того поколения, которое способно на все, — сказала мисс Марпл, — разве не так?

— Подумать только! — воскликнула Клотильда. — Я бы в жизни об этом не подумала. Но теперь я уверена, что ваши рассуждения отнюдь не беспочвенны. Разумеется, я не знаю этих молодых людей. Но вы ведь ехали с ними в одном автобусе…

— О, они очень славные, — сказала мисс Марпл. — А Джоанна показалась мне исключительно, да, исключительно талантливой девушкой.

— Талантливой на подобные дела? — спросила Антея.

— Антея, — сказала Клотильда, — вечно ты…

— На многое. Очень расторопная, — строго сказала мисс Марпл. — Чтобы совершить убийство, человек должен быть довольно ловким и сообразительным, чтобы никто ничего не заметил.

— Выходит, они сговорились, — вмешалась мисс Барроу.

— Конечно, — сказала мисс Марпл. — Наверняка оба они замешаны, и рассказывают примерно одно и то же. Да на них совсем не грех подумать. Наверху они были одни. Все остальные были ниже… Они вполне могли столкнуть валун. Возможно, без всякой задней мысли — просто дурачились… А может, изображали из себя эдаких анархистов — им бы только крушить все, что попадется под руку… Сдвинули камень, а он и покатился… А потом, — что им было делать, — придумали, что видели там какого-то человека, да еще в каком-то невероятном пуловере…

— Мне кажется, это очень даже логично, — сказала миссис Глинн. — А ты как думаешь, Клотильда?

— Думаю, такой вариант не исключен. Хотя самой бы мне такое и в голову не пришло.

— Ну, нам пора, — сказала мисс Кук, вставая. — Пора возвращаться в «Золотого вепря». Вы с нами, мисс Марпл?

— О нет. Я забыла вам сказать… Наши милые хозяйки любезно пригласили меня еще немного у них погостить.

— Вот как. Не сомневаюсь, что здесь вам будет гораздо лучше. Сегодня в гостиницу понаехало столько народу, шум стоит жуткий…

— Может, зайдете к нам сегодня вечером выпить кофе? — предложила Клотильда. — Обещали теплую погоду. На обед не приглашаю — мы сейчас постимся, а вот на чашечку кофе будем рады.

— С удовольствием, — сказала мисс Кук. — Обязательно придем.