Через два часа, когда голова, казалось, совсем перестала работать, Даша достала из кошелька деньги и отправилась купить себе шоколадку для подзарядки и поднятия настроения в автомате, стоявшем этажом выше. Рассеяно поднявшись по лестнице, практически не смотря по сторонам, Даша вдруг почувствовала, что натолкнулась на какое-то препятствие. Немного отстранившись и подняв голову, она увидела стоящего перед ней... Дениса. Тот растерянно смотрел на нее, не выпуская её руки из своей.

- Привет!

- Ты что здесь делаешь? - Даша не могла поверить своим глазам. Ей казалось, что где-где, а здесь она точно его не встретит. Почему они без конца пересекаются в самых неожиданных местах? Точнее, нет, не так. Почему они вообще до сих пор пересекаются?

- У меня тут есть свои дела, - улыбнувшись самой очаровательной улыбкой, ответил Денис.

Даша высвободила свою руку и быстро проговорила:

- Ну ясно. Удачи тебе в твоих делах.

Шоколада больше не хотелось, и она стрелой летела обратно к себе в кабинет. Значит, это не совпадение, и в принесенных ей документах упоминается в самом деле он! Даша быстро перебрала кипу бумаг на столе и выудила из нее отложенный в отдельную белую папку документ. Перечитав его дважды, Даша не без удовольствия обнаружила в нем ошибки, которые позволяли ей вернуть документ на доработку. Сделав карандашом необходимые пометки, она довольно отложила бумагу в сторону на видное место, и сама позвонила в отдел, откуда его принесли, чтобы сказать, что за оставленным на согласование документом можно прийти.

Пришедшая через десять минут сотрудница долго сокрушалась, услышав, что документ придется переделывать, и, тем не менее, выбора у нее не было - юрист наотрез отказывался визировать документ в такой редакции, а такой документ без подписи юриста начальство вряд ли подпишет.

"Ну почему он постоянно появляется там, где я? Когда это кончится?" - устало думала Даша, все же ставя через два часа свою подпись на исправленном документе. К сожалению, не пустить в работу этот документ уже было не в ее силах.

Глава 54. Замечание

После обеда Даша привычно заглянула в отдел кадров - как правило, в это время там скапливалось множество документов на проверку. Увидев её, Людмила Петровна кивнула головой в знак приветствия и протянула Даше несколько листочков.

- Посмотри-ка приказики.

Просматривая документы, Даша в очередной раз усмехнулась:

- Если здесь уже стоит подпись руководителя, зачем мне их смотреть?

Ответа не последовало, но Даша его и не ждала - так случалось очень часто, документы на согласование приходили уже не только с подписью руководителя, но даже иногда с печатью и регистрационным номером, хотя смысл согласования заключался как раз в том, чтобы исключить в документе юридические, кадровые, бухгалтерские и иные ошибки перед подписанием руководителем. Но нынешний руководитель не особо вникал в рабочие процессы и далеко не всегда заботился о том, что и как подписывает.

Даша уже готова была закончить, взяв в руки последний приказ. Но, вчитавшись в первые три строчки, похолодела и буквально приросла к стулу. Она моргнула и перечитала снова. Нет, её глаза не обманывали. Перед ней лежал уже подписанный приказ о наложении на нее дисциплинарного взыскания. Ей объявили замечание с формулировкой "за невнимательное отношение к документам".

Все еще находясь в замешательстве, Даша перевернула приказ - стояли все необходимые визы согласования. От юридического отдела подписала ее начальница Оля.

Даша, конечно, догадывалась о такой возможности, но одно дело думать об этом теоретически, другое дело - лицезреть уже свершившийся факт.

Внутри неприятно кольнуло. Даша посмотрела на дату приказа. Прошлая пятница. Перевела взгляд на висевший за спиной Людмилы Петровны календарь - сегодня уже был четверг. Она посмотрела на Людмилу Петровну и, наклонив голову, улыбнулась.

- Прошлая пятница? Людмила Петровна, вы же не хуже меня знаете, сколько времени дается на ознакомление работника с приказом. А у вас уже больше трех дней прошло. А если я поставлю фактическую дату? Сегодняшнюю?

- Ну тогда я просто составлю акт о том, что ты отказалась вовремя ознакомиться с приказом и поставлю ту дату, которая нужна мне. Мои сотрудники все подпишут, все формальности будут соблюдены, поэтому совершенно неважно, какую дату ты поставишь, - равнодушным голосом, не глядя на нее, копаясь в ящике стола, ответила Людмила Петровна.

В тот же миг улыбка исчезла с Дашиного лица, а внутри погас какой-то маленький огонек, который вспыхивал в ней каждый раз при общении с Людмилой Петровной, и которому больше никогда было не суждено загореться вновь. За одно следующее мгновение в голове Даши пронесся вихрь мыслей. Все это время для нее не стоял вопрос, прогнуться под действующее руководство или уйти, но она понимала, что Людмила Петровна находится в иной жизненной ситуации.

И все же, Даша не знала, что ее поразило больше - само дисциплинарное взыскание или то, как только что повела себя Людмила Петровна. Нет, Даша прекрасно отдавала себе отчет, что та просто выполняла свою работу и поручения руководства. Понимала, что она просто исполнитель и ничего не могла с этим сделать. Но у нее было достаточно времени, чтобы просто по-человечески предупредить, сказать, хоть ничего это и не изменило бы... Да и эта фраза, брошенная ею - "я просто составлю акт"... Наверное, верно говорят, что у каждого своя правда и каждый блюдет свои интересы. Да, безусловно. Только люди делают это по-разному. Порой некоторые, отчаянно цепляясь за ту жизнь, которой еще недавно жили, но которая уже безвозвратно ушла, теряют голову. Они еще не понимают, что весьма жалко выглядящие попытки выслужиться любыми средствами не повернут время вспять, не изменят ситуацию, ставшую уже необратимой. Проблему уже не решить на том уровне, на котором она возникла. И, конечно, борьба с системой не под силу одному человеку, скорее всего, она его просто сломает. Но даже тогда забыть о простых человеческих ценностях и порядочности - значит, встать на тот же путь, что и те люди, с которыми изначально и задумывалась борьба.

Но говорить все это вслух не хотелось. У Даши было ощущение, что она упала в липкую грязь и теперь ей хотелось помыть хотя бы руки. А еще она чувствовала безграничное разочарование. В последнее время Даша очень много разочаровывалась в людях, и ей казалось, что уже смогла привыкнуть к этому. Но, как выяснилось, привыкнуть к этому было невозможно. Она просто поставила требуемую дату и свою подпись об ознакомлении на приказе, взяла себе копию, и, ни сказав больше ни слова, вышла из кабинета.

Дневная жара сменилась вечерней прохладой, но напряжение дня никуда не ушло. Сначала Даша хотела кому-нибудь позвонить, поговорить. Но, вспомнив события уходящего дня, передумала. Потому что, в сущности, как ей тогда казалось, никто в этом мире никому не нужен и никому ни до кого нет дела. Этажом выше гремела музыка - вечно пьяные соседи горланили какие-то блатные песни. Бороться еще и с ними Даше совсем не хотелось. Бесцельно побродив по квартире, Даша вдруг осознала, чего боится на самом деле. Не увольнения, хотя насколько эта работа угнетала ее психологически, настолько же она была ей необходима. Не испорченной трудовой книжки и вместе с тем весьма туманной и обидной перспективы начать все заново. Она боялась, что никто так никогда и не узнает, что на самом деле она чувствует и как воспринимает всю эту череду событий. Даша невольно угодила в ловушку мнимого счастья - весьма успешно скрывая истинные трудности и переживания от своего окружения, она привыкла полагаться на Дениса, на Аню, которые, казалось, всегда ее понимали и всегда будут рядом. Теперь же в ее жизни не было ни Дениса, ни Ани - получив от нее то, что им было нужно, они исчезли, а те немногие люди, которые частично знали о происходящем с ней сейчас, все, как один, твердили, что она должна "смириться", "уступить", "подумать о себе и своем здоровье", "уйти и забыть" - и желательно прямо сейчас. Головой Даша понимала, что в этих советах были некое рациональное зерно и смысл, но сердцем чувствовала, что это - не выход. И боялась, что сама она так и не сможет его найти, а окружающие ее люди так никогда и не узнают, что она чувствует на самом деле.

Выпив уже по привычке сильное успокоительное и плотно задернув шторы, Даша постаралась заснуть. Успокоительное почти не действовало - она до крови искусала губы. Сон никак не приходил, а Даша боялась, сделав вздох, вновь ощутить тот тягучий комок в груди, тревогой и болью сковавший все ее существо, разливавшийся едкой массой по всему телу, затмевая иные мысли и ядом проникая в самое сердце.

Глава 55. Телевизор

Когда Аня съезжала с квартиры, она оставила у Даши свой телевизор. Первое время Даша не обращала на него внимания, машинально стирая с него пыль. Но после истории с кошкой, и массы высказанных Аней в связи с этим претензий, этот злосчастный телевизор - было первым, что бросалось в глаза Даше, когда она входила в комнату. С этим пора было что-то делать. В конце концов, ее квартира - не склад, не кладовка. Даша знала, когда Аня с Игорем должны были вернуться в город, и выждала еще несколько дней после, чтобы дать им отдохнуть с дороги и немного втянуться в привычную жизнь. Ближе к выходным, Даша отправила Ане сообщение.

"Аня, привет! Давай решим вопрос с твоим телевизором. Когда ты сможешь его забрать? Давай выберем день, удобный нам обеим".

Долго ждать ответа не пришлось.

"Хм, пока не знаю. Я только вернулась, у меня много дел. Давай напишу тебе через несколько дней".

Прошла неделя, но Аня так и не написала. Но в этот раз Даша не собиралась идти у нее на поводу, и написала вновь.

"Аня, ты приняла какое-нибудь решение по поводу телевизора?"

В ответ пришла новая волна агрессии.

"Я же сказала, я занята! Это что, такая проблема? Почему он не может постоять у тебя? Мне некуда его ставить. И вообще, насколько я помню, ты не была против этого телевизора".

Даша яростно застучала по клавишам.

"А почему у меня должен стоять твой телевизор? Что за бред? Я не должна бесконечно решать твои проблемы - с жильем, с телевизором, с твоими друзьями. И да, я была не против, чтобы ты притащила ко мне этот дебильный телевизор, но по поводу того, чтобы он остался у меня, как на складе, речи у нас не было. Реши этот вопрос в ближайшие три дня. А потом... Я не знаю, как нам дальше с тобой общаться, правда. Хорошего было много, и я его буду вспоминать".

"Зачем ты мне все это говоришь? Устроила какие-то прощальные речи... Или опять поругаться хочешь? Я вот не хотела с тобой ссориться. Конечно, история с кошкой меня очень задела. Но я бы пообижалась еще немного и пришла бы первая мириться, мне тебя очень не хватает. Но такая половинчатая дружба мне не нужна".

Еще несколько месяцев назад Даша бы обрадовалась и забыла бы все обиды. Но сейчас она смотрела на все иными глазами. Она словно увидела в другом свете этого человека. Насколько Даша была эмоциональным человеком, но это не шло ни в какое сравнение с эмоциональностью Ани. Та была исключительно человеком настроения. И ни наличие каких-то договоренностей, ни обязательства - ничто не могло перекрыть ее эмоции. Если у Ани было плохое настроение, она могла подвести кого угодно, обрушив небеса на головы тех, кто был рядом. Аня была взрослым человеком по паспорту, но капризным ребенком по сути. Весь мир должен был крутиться вокруг нее, если ей что-то было нужно, она не считалась ни с кем и ни с чем, вопрос комфорта другого человека для нее никогда не стоял. Только Даша пока не могла понять - Аня просто избалованная эгоистка, которая живет как умеет и действительно понимает дружбу, как постоянные жертвы и уступки в ее пользу, или искусный манипулятор, который подпустил к себе человека ровно настолько, чтобы спокойно решать через него свои проблемы? Даша боялась, что знает ответ - Аня была воплощением и того, и другого.

"Аня, я очень переживала за наши отношения. И честно делала все, чтобы их сохранить" - написав это, Даша вдруг почувствовала, что все вот-вот закончится.

Через минуту телефон замигал новым сообщением.

"А у нас что, разве были какие-то отношения? Вот уж сюрприз! А я и не знала! Ни одна моя подружка мне еще не говорила, что "переживает за наши отношения"!

Даше, которой каждый раз казалось, что она уже видела все мыслимые пределы человеческого цинизма, оставалось лишь снова и снова удивляться его пугающей безграничности. А она-то наивно думала, что умеет выбирать себе друзей. На секунду у нее мелькнула мысль, что там, где она сейчас работала, Аня бы прижилась с куда большим успехом, но, не желая развивать тему и раскручивать новый виток скандала, сразу же отмахнулась от неё и лишь написала в ответ:

"Аня, реши вопрос с телевизором. Даю тебе три дня".

"Что? Да иди на ..."

Даша горько рассмеялась. Вот и подошел этот момент. Слёз уже не было. Осталось лишь гнетущее, всепоглощающее разочарование, с головой накрывшее тяжелой волной. "Господи, столько лет. Я сделала ставку не на тех людей. Доверяла, связывала свои надежды и мысли с теми, кто, как мне казалось, дорожили мною, а на самом деле просто использовали. Почему так вышло? Где же я ошиблась?". Но в глубине души Даша знала, что ответ на эти вопросы она уже нашла.

В отношениях любого рода неизменно должны быть границы. Если в рабочих отношениях все проще - субординация, соподчиненность, есть даже некоторые регуляторы, обязательные для всех, то в личных отношениях все несколько сложнее. Как выстроить границы с любимым человеком, с друзьями? И что будет, если этого не сделать?