Никого не интересуют ни знания, ни способности, ни количество затрачиваемых усилий - человек лишь должен за минимальные деньги выполнять огромный объем работы, выполнять бессмысленные и не всегда законные приказы и терпеть все прихоти самодура. Если человек начинает всячески сопротивляться заведенному порядку, он становится неудобен и опасен, начинается борьба. Изначально неравная, бессмысленная и ожесточенная. Происходит столкновение принципов и беспринципности, самодурства и желания справедливости, авторитета и отсутствия страхов перед ним. "Эти люди сделали главную ставку в своей жизни на карьеру. Почему? Как они такими стали?" - пока Даша раздумывала, память тут же услужливо подсунула ей непрошенное воспоминание...

... - Ну как тебе фильм? - спросил Денис, выключая телевизор. Они только что закончили смотреть кино, в котором у главного героя после длительных мытарств исполнилась заветная мечта.

Даша подвинулась к нему поближе и, мысленно еще переживая события на экране, ответила:

- Замечательный! Люблю такие фильмы - там, где мечты сбываются.

- Расскажи мне, какая мечта у тебя? - тихо прошептал Денис на ухо Даше, запуская руку в ее волосы.

Даша закрыла глаза и также тихо произнесла:

- Хочу побывать в Лондоне. Увидеть Букингемский дворец, Биг Бэн, Тауэр, прогуляться Трафальгарской площади... Хочу съездить туда хотя бы на недельку.

Ее воображение уже рисовало картины, как они с Денисом гуляют по Гайд-парку, вдыхая влажный воздух столицы Англии, а потом, чтобы согреться после лондонского дождя, пьют горячий чай, вкус которого она уже почти ощущала, в одном из многочисленных кафе где-нибудь на Оксфорд-стрит.

Внезапно Денис засмеялся.

- В Лондон? Потратить столько денег, чтобы просто неделю погулять по городу? Зачем? Нет, я понимаю еще, поехать в Лондон и привезти оттуда какой-нибудь сертификат или диплом об обучении. От бумажки хоть польза будет, ее в резюме можно будет вложить, на работе показать. А так - какой смысл?

Даша отстранилась от Дениса и пристально на него посмотрела.

- Причем здесь дипломы и сертификаты? Почему ты все в жизни меряешь карьерой и финансовым успехом? Неужели тебе не хочется просто отдохнуть, насытиться новыми впечатлениями, ощутить необычные эмоции, которые возможно, больше и шанса не выпадет когда-нибудь испытать?

Денис потянулся к ноутбуку - он никогда не позволял себе долго отдыхать. И, открыв какой-то рабочий файл, не глядя на Дашу, покачал головой.

- Какая ты еще все-таки маленькая и глупенькая, ничего не понимаешь в жизни.

... Даша не знала, почему ей сейчас вспомнился именно этот эпизод. Вернувшись мыслями к случившемуся сегодня, она уже не слышала голос разума, который не просто был громок, он буквально кричал: "Беги!". Она была полностью во власти противоречивых эмоций, порожденных неуверенностью в себе, упорством, граничащим с упрямством, жаждой справедливости и болью от незаживших душевных ран.

Глава 40. Нервный срыв

Где граница человеческого принятия? Бесконечны ли запасы терпения и стойкости перед неприятностями?

Жизнь в состоянии постоянного стресса, многочисленные потери за весьма короткий срок, недосып и физическая усталость от колоссального объема выполняемой работы сказались на Дашином здоровье. Возвращаясь с работы в день, когда стало известно о том, что с нее незаконно удержали деньги, и никто ничего не собирается с этим делать, Даша зашла в маленькое кафе недалеко от дома, чтобы взять еду на вынос. Делая заказ, она вдруг почувствовала, что теряет ощущение реальности и все вокруг начинает погружаться во мрак. Схватившись за стойку, Даша едва успела попросить воды. Уже почти ничего не видя и не слыша, она лишь крошечной частичкой сознания ощущала, что ее кто-то взял под руки и куда-то повел. Когда сознание начало проясняться, а зрение и слух - возвращаться, Даша обнаружила, что сидит в мягком кресле в дальнем углу кафе, а в дрожащих руках держит стаканчик с водой. Рядом стояла перепуганная девушка - сотрудница кафе.

- Девушка, как вы? Вам легче? Может, скорую?

Звенеть в ушах уже почти перестало, и Даша почувствовала себя гораздо легче. Только было безумно жарко и немного болела голова.

- Нет-нет, мне уже намного лучше. Спасибо вам огромное! - Даша с благодарностью посмотрела на испуганную официантку.

- Вы посидите еще на всякий случай. И воду обязательно допейте. Может быть, еще?

- Нет, спасибо, этого будет вполне достаточно. Еще раз огромное вам спасибо за помощь!

На морозном январском воздухе Даша окончательно пришла в себя и испугалась. Что это было? Если так дальше пойдет, ее надолго не хватит. С другой стороны, то, что сейчас происходит в ее жизни - не то, от чего можно просто отмахнуться. Кто-то скажет: "Да ну, это ерунда. Какие твои годы? Ты просто не знаешь, что такое настоящие проблемы. Через пять лет ты об этом и не вспомнишь". Даша слышала эту фразу постоянно. Да, может быть, через пять лет - это будет неважно. Дай Бог, чтобы так оно и было. Но именно сейчас - это очень важно, и в данный момент - это действительно проблема. Эта зарплата - ее единственный источник дохода, ей нужно себя содержать. В том, что она не заслуживает такого отношения, Даша не сомневалась. Проблему не решить, просто уволившись. Даша знала, что за этим последует. Сначала ей станет легче, потом на начнет сомневаться в правильности своего решения, а затем будет изводить себя, позволив вытереть об нее ноги. Уволиться сейчас - это не решение проблемы, а побег от нее. К тому же, ее противники именно этого и добиваются. На поиски новой работы нужно время, а уходить в никуда - опасно. Еще Даше хотелось подольше поработать в этой должности ради стажа. Хотя бы год в этой должности будет для нее прекрасным подспорьем в дальнейшем. Ну и, конечно, работа отвлекала от постоянных мыслей о Денисе и Ане. Но и реагировать на все так остро тоже нельзя. Эти люди не стоят того, чтобы из-за них загубить свое здоровье в столь молодом возрасте.

На следующее утро Даша позвонила на работу и сообщила о том, что уходит на больничный. Оля отнеслась с пониманием, все остальные - с недоверием, но ничего не могли с этим поделать. По рекомендации врача Даша много спала и дышала свежим зимним воздухом. Через пять дней она действительно стала лучше себя чувствовать физически, но внутренние переживания продолжали угнетать.

Встретившись с Настей за два дня перед возвращением на работу, Даша постаралась объяснить ей свое состояние. Та внимательно ее выслушала и вздохнула.

- Да, жесть, конечно. А на твоей работе уроды сидят. Хотя ты и сама это знаешь. И уйти, и остаться - и там, и там свои плюсы, и минусы. Я поддержу тебя в любом твоем решении. Как бы там ни было - ты мой друг, и всегда можешь на меня рассчитывать. Но с таким состоянием надо что-то делать. Может, тебе попить что-нибудь?

- Что, например? - глухо отозвалась Даша. - Обычные успокоительные мне не помогают, а на антидепрессанты нужен рецепт.

Настя задумалась.

- Возможно, я смогу тебе помочь. Я же из семьи врачей, забыла? Я посоветуюсь с братом, опишу в целом твою ситуацию, может, он что-то посоветует, чтобы могло помочь и в то же время не усугубить твое состояние.

Даша благодарно посмотрела на подругу.

- Спасибо огромное! Я передать не могу, как счастлива осознавать, что рядом есть настоящие друзья.

- Держись, Даш. И никогда не забывай, что вокруг тебя по-прежнему много людей, которым ты дорога, - ответила Настя.

Даша не знала, что сказать. В горле стоял ком. Тем временем, Настя продолжила.

- А почему ты не заявишь в трудовую инспекцию? Здесь же явное нарушение, ты же сама это понимаешь.

- Если я обращусь в трудовую инспекцию или прокуратуру, то вопрос, скорее всего, решится в мою пользу. Но после этого меня уберут. По согласию, или, что скорее всего, против моей воли, но уберут. К тому же у меня есть опасения, что они спустят все на тормозах, сила административного ресурса велика.

Настя покачала головой.

- Да, к сожалению, ты права. Но если вдруг они уволят тебя "по статье" под каким-нибудь надуманным предлогом, ты же пойдешь в суд?

Даша усмехнулась.

- В этом случае не просто пойду, а побегу. Увольнения "по статье" я им, конечно, не спущу. Мне уже просто нечего будет терять, и я постараюсь использовать все имеющиеся возможности.

Настю охватил азарт.

- Если что, мы им устроим веселую жизнь! В нашей стране масса контролирующих организаций по самым разным вопросам. Но ты же понимаешь, что если суд восстановит тебя на работе, на работу ты должна выйти на следующий день, а не ждать вступления решения суда в силу?

Даша заулыбалась впервые за долгое время.

- Конечно, помню. Только видишь в чем проблема - мы с тобой знаем, как должно быть правильно и по закону, а в итоге руки связаны. А они не знают, или делают вид, что не знают - и им все можно, без каких-либо последствий.

- Да, справедливости нет, - мрачно отозвалась Настя. - Но не горюй, ты не одна, тебя никто не бросит. У тебя есть я, Ира, Аня.

Даша промолчала, едва заметно кивнув. В тот вечер у нее не хватило духу рассказать Насте о том, что Ани, ее лучшей подруги, в ее жизни больше нет.

Через три дня Настя позвонила и сообщила:

- Даш, я поговорила с братом, описав ситуацию. Есть неплохой препарат, это антидепрессант, но он не вызывает привыкания, тяжелые препараты тебе ни к чему. Его не нужно пить постоянно, только тогда, когда это действительно необходимо, в моменты сильного стресса. Можешь считать это просто сильным успокоительным. Я договорилась, привезу для тебя упаковку. Давай после работы встретимся, отдам тебе?

Сидя вечером на кухне, Даша рассматривала небольшую цветную коробочку. Надо же. Если бы еще семь месяцев назад кто-нибудь сказал ей, что ее жизнь вскоре изменится так, что она начнет принимать антидепрессанты, она бы рассмеялась - настолько глупо это бы тогда прозвучало. Но сейчас ее жизнь стремительно летела в пропасть и было совсем не смешно.

Глава 41. Клевета

Тело болело, как будто в него вонзились десятки острых игл, не дававших не то что встать - пошевельнуться. Спустя полчаса, все же сделав почти героическую попытку встать с кровати, Даша медленно подошла к зеркалу, и, с минуту поглядев на свое отражение усталым взглядом, отвернулась. Опухшие от постоянных слёз глаза, бледное лицо, потрескавшиеся бескровные губы. Когда она не выходила из дома, это теперь был её обычный вид, но выходные кончились, и перед работой надо было хотя бы попытаться привести себя в порядок. Нельзя было, что бы кто-то догадался, что происходит, нельзя, чтобы её мучители чувствовали - их ужасный план срабатывает. Надо отодвинуть в сторону эмоции, поярче накрасить глаза, найти в косметичке румяна и всем улыбаться. Назло и вопреки.

"Какое счастье! Не придется стоять на ветру и мерзнуть!" - с этой воодушевляющей мыслью через два часа Даша смотрела на подъезжающий в темноте к остановке автобус, моргающий грязными фарами прохожим, которые выглядели уставшими уже с самого утра и столпились, толкая друг друга, желая первыми, во что бы то ни стало, попасть в долгожданный транспорт. "Что ж, мне не пришлось долго ждать. Начало дня хорошее, посмотрим, что будет дальше" - Даша оплатила проезд и через несколько минут вышла на нужной остановке.

Спустя еще час в конференц-зал, в котором теперь проходили совещания недавно объединенной организации, Даша пришла одной из первых. Это было одно из немногих помещений, в котором поддерживалась оптимальная температура, в остальных же сотрудники либо плавились от жары, либо покрывались инеем. В ожидании остальных участников совещания, Даша принялась изучать записи в ежедневнике.

Через пять минут в конференц-зал стали стекаться заместители руководителя, финансисты, кадровики. Когда все наконец расселись, появился Главный. Далее последовал краткий доклад каждого из руководителей подразделений. Главный слушал и иногда кивал головой, а его многочисленные заместители делали какие-то пометки. Все шло как обычно, пока слово не взял руководитель финансовой службы.

- У нас сложности по финансовой части с нашим представительством в Нижнем Новгороде. Существуют проблемы со счетами, невозможно выплатить зарплаты.

Иван Валерьевич поднял голову. В его глазах впервые с момента начала совещания мелькнуло некое подобие интереса.

- В чем же дело?

- Это вина нашего главного юриста, Дарьи Андреевны.

Даша резко вскинула голову. Главный финансист при этом продолжала говорить, не глядя на нее.

- Дарья Андреевна, подавая изменяющие документы в налоговую, допустила ряд ошибок, - финансист говорила громко и уверенно. - Из-за этого теперь у нашего представительства проблемы с налоговой.

В конференц-зале воцарилась тишина. Даша не могла поверить в только что услышанное. "Что? Какие документы? Какие ошибки? Им что, доплачивают за гадости в мой адрес?"

Иван Валерьевич исподлобья взглянул на Дашу.

- Как можете прокомментировать?

Теперь Главный, все заместители, среди которых Даша увидела Луноликого, занявшего место по правую руку от Главного; Игоря Львовича, скучающего где-то сбоку; ухмыляющегося Степана Андреевича, Ирину Николаевну, сидевшую прямо напротив неё и отложившей в сторону ежедневник, в котором, как всегда, подробно записывала все озвученные Иваном Валерьевичем поручения; главного бухгалтера, надменно глядевшую на неё поверх маленьких очков; и еще полтора десятка руководителей структурных подразделений, не сводивших с неё сейчас любопытных глаз, ожидая её реакции. Даша же смотрела только на Ивана Валерьевича, не удостоив руководителя финансовой службы взглядом.

- Иван Валерьевич, документы для налоговой, о которых идет речь, составлялись не мной, а предыдущим юрисконсультом. Это было еще до слияния, а доверенность на действия в налоговой от объединенного учреждения мне выдали неделю назад. Я не могла сделать там никаких ошибок, хотя бы потому что не работала с этими документами и не могла работать, потому что не имела полномочий.