— Тюлинька непременно зайдёт к тебе, когда встанет, — сказала мама, — а пока не скучай!

Мама ушла, а Гюро немножко посидела перед домом, но тут всё было такое чужое и незнакомое. Из подъезда понемногу стали выходить дети, но они только мимоходом поглядывали на Гюро, разговаривая между собой. Наконец вышла знакомая девочка, которую звали Нюсси.

— Привет, Гюро! Вы уже приехали? — спросила она. — Вы нашли мамины булочки и картину? Мама уже ушла, она ходит в дом престарелых, чтобы помогать там одной тётеньке.

— Нашли. Мы поедим булочек, когда мама уберёт мусор. Ты останешься тут?

— Нет. Мне надо идти, — сказала Нюсси. — Я иду в гости к учительнице на званый завтрак. Я никогда ещё не бывала на званом завтраке, но учительнице надо поспеть на поезд до двенадцати, вот она и позвала гостей пораньше. А потом я приду. Имей в виду, за домом есть песочница и детская площадка.

— Я должна сидеть тут и ждать, когда приедет мебельный фургон, — сказала Гюро.

— Ну, тогда понятно. А вон идёт Бритт-Карен. Подожди меня, Бритт-Карен, давай пойдём вместе!

Нюсси ушла, и всё вокруг стало ещё более чужим, чем раньше. «Пойду-ка я в дом, — подумала Гюро. — Когда приедет фургон, я увижу его, если буду поглядывать в окно».

Все звуки гулко отдавались в квартире, потому что она была пустая.

— Я тут живу, — сказала Гюро.

Собственный голос громко ударил ей в уши, и Гюро подумала: здесь лучше говорить шёпотом.

— Я тут живу, — прошептала она.

Но тут ей стало ужасно одиноко, прямо как там, на улице. К счастью, она вовремя вспомнила про Вальдемара и Кристину. Она вынула их из рюкзачка. Достала и лошадку, и трактор, и фонарик, подаренный папой. Папа… Гюро вспомнила про папину фотографию, которая осталась в мамином чемодане, она лежала сверху на вещах. Чемодан не заперт на ключ, потому что мама открывала его, доставая рабочий комбинезон. Гюро быстро открыла крышку и увидела папу. Пускай папа живёт в этой комнате. Вальдемар останется в большой комнате, которую мама хотела отдать Гюро, а сама Гюро будет жить в кухне, тогда все смогут ходить друг к другу как будто в гости. Папин портрет она поставит на полу посередине комнаты. Больше-то его некуда ставить. Она установила его рядом с телефоном. Вальдемару Гюро отвела место в платяном шкафу своей комнаты, потому что Вальдемару большие комнаты не особенно нравятся, а место в платяном шкафу ему как-то больше подходит по размеру. Кристине понравилось место на подоконнике в маминой маленькой комнатке, и Гюро не стала спорить.

— Смотри в окно и следи, когда приедет мебельный фургон! — велела Гюро Кристине.

Гюро и сама выглянула во двор, но фургона нигде не было видно.

— Наверное, фургоны с утра ещё сонные и им трудно вставать, — объяснила Гюро Кристине. — Я сейчас ненадолго схожу в кухню. Потом мы будем играть в гости в папиной комнате с телефоном. А пока я наведу в доме порядок.

Она отправилась в ту комнату, про которую вспомнила только сейчас. В ванную. Вот куда нужно поставить лошадку, чтобы она могла попить, когда захочет, а ещё трактор и фонарик, вместе им будет веселее.

— Тут у тебя ванна, и раковина, и душ, — сказала она лошадке.

Она попробовала немножко отвернуть кран над раковиной. Вода оттуда как хлынет! Она била так сильно, что Гюро испугалась, а потом вода пошла горячая. Гюро поскорее завернула кран. Тогда Гюро пошла в кухню. Там тоже не было вещей, кроме шкафа и большой кухонной тумбы. Тумба была подходящая. Хотя сверху над ней висел шкаф, на неё можно было взобраться и даже лечь. Дома в Гампетрефе тумба стояла так, что Гюро могла на ней сидеть, это было очень здорово, а тут можно только лежать, а не то стукнешься о шкаф головой.

— Я скоро вернусь, — крикнула она из кухни. — Вот только полежу на кухонной тумбе. То есть, я хотела сказать, у меня тут дела.

И в тот самый момент, как она произносила эти слова, раздался звонок.

Может быть, там кто-то пришёл и звонит в дверь? Неужели это грузчики с мебелью? Гюро слезла с тумбочки и подбежала к входной двери, но там никого не оказалось. А звонок продолжал звонить, и тут Гюро догадалась, что это телефон.

Может быть, ей звонит Тюлинька? Ведь она всю жизнь проработала телефонисткой. Должно быть, она уже узнала, что у Гюро в квартире есть телефон. Тюлинька всё знает о телефонах. Гюро побежала к телефону, присела на корточки и сказала:

— Алло, Тюлинька!

— Что ещё за Тюлинька! Кто там балуется с телефоном, — сказал в трубке незнакомый голос. — Мне срочно нужно поговорить с дворником. У меня в кране прохудилась прокладка, вода так и хлещет.

— Дворника нету, — сказала Гюро. — Она убирает в мусоропроводе.

— Сейчас же позови её! — сказал голос. — Пускай придёт в квартиру 410 к Ханнесенам. Очень прошу поскорее. Сейчас же сбегай за ней! Это срочно! А то здесь всё зальёт.

— Ой, — испугалась Гюро, положила трубку на пол и кинулась бежать. Она уже знала, где находится дверь к шахте мусоропровода, она была расположена в таком же месте, что и в корпусе «Ю», а там Гюро не раз бывала с мамой и Бьёрном. Но, когда она добежала до того помещения, где мама должна была собирать мусор, она увидела, что дверь в него заперта. Мама уже закончила там работу и ушла куда-то ещё.

— Эрле, Эрле! — стала звать Гюро. Так она приучилась звать маму, когда та была на дворницкой работе. Не «мама», а просто «Эрле». Гюро обежала все места, где росли кусты и деревья, потому что мама собиралась их окапывать. Но мамы не оказалось и там. Может быть, в котельной? Только бы и там не наткнуться на закрытую дверь! Гюро так бежала, что совсем запыхалась. Бегать она очень любила, но на этот раз ей это не принесло радости. Совсем не весело бегать, когда тебя гонит страх. Вот и котельная, и дверь в неё приоткрыта.

— Эрле! Мама! — крикнула Гюро.

Мама услышала и вышла на зов Гюро. Она только зашла в котельную, чтобы посмотреть на хранившиеся там инструменты и познакомиться с трактором.

— Что случилось? — спросила мама. — Приехал мебельный фургон?

— Прохудилась прокладка в кране, вода так и хлещет! — выпалила Гюро. — А у шахты мусоропровода тебя не было!

— Тише, тише, не волнуйся так! Отдышись и спокойно расскажи мне, что такое случилось. Ты что — вывернула кран?

— Да нет же! Это телефон! Я думала, это Тюлинька, а она говорит, не балуйся, и послала меня за тобой, у неё вода льётся и льётся, её скоро совсем зальёт, так что надо скорей!

— А кто зовёт-то? — спросила мама.

— Женщина из четыреста… а дальше я не помню, — сказала Гюро. — Но телефон лежит на полу. Может быть, она тебе сама скажет.

Мама только охнула, и они побежали домой. Мама увидела, что телефонная трубка не повешена, а лежит на полу. Она взяла её и сказала «Алло». Но там не отвечали.

— Что же мне делать? — сказала мама. — Знаю! Я отключу воду во всём доме. Это первое, что нужно сделать. Поможешь мне, Гюро?

— Пойти с тобой?

— Нет. Лучшая помощь для меня будет, если ты останешься здесь у телефона, и, если он позвонит, ты только скажи, что я пошла отключать воду. А потом попроси повторить, какой тебе сказали номер квартиры, и постарайся его запомнить. Мы должны справиться с этим вдвоём, Гюро. Ты же понимаешь, я сегодня первый день на работе, так что мне очень нужна твоя помощь.

— Да, — кивнула Гюро.

Она только шмыгнула носом и послушно уселась на пол между телефоном и папиным портретом. Мама ушла, и она осталась одна. «Только бы он не звонил! Только бы не звонил! — подумала Гюро. И тут же раздался звонок. На этот раз Гюро не стала говорить «Алло, Тюлинька». Она сказала:

— Мама пошла отключать воду. Какой был номер квартиры?

— Что это ты, деточка, такое говоришь, ты же знаешь, где я живу.

— Нет, я забыла, — сказала Гюро.

— Вот так-так! Неужели ты меня не узнала? Это же я, Тюлинька! И добро пожаловать тебе в Тириллтопен! Неужели ты так долго разговаривала по телефону? У тебя всё время было занято.

Пришлось Гюро рассказать всё по порядку. Узнав, что случилось, Тюлинька сказала:

— Понимаешь, я звоню не из дома. Я сейчас в парикмахерской. Одна женщина позвонила, что не успеет к назначенному времени, и мне предложили прийти вместо неё, но, как только освобожусь, я — сразу к тебе. А теперь клади скорее трубку на место.

— Хорошо, — сказала Гюро.

Только бы никто не позвонил, пока не пришла Тюлинька! «Не звони… не звони…» — уговаривала Гюро телефон, но телефон её не послушал. Он тут же затрезвонил, и Гюро сняла трубку.

— У нас совсем пропала вода в кране, — начал голос, которого Гюро раньше не слышала. — Это что — авария? Новый дворник пришёл на работу? Никогда ещё не было такого безобразия! Только я собралась варить кофе, а тут — здрасте вам — в кране ни капли воды!

— Эрле отключила воду, — сказала Гюро. — Она скоро придёт.

Гюро положила трубку, и — надо же! — снова трезвон. На этот раз в трубке раздался мужской голос:

— Что там — отключили воду? Я стал под душ, и вдруг вода кончилась.

— Она скоро пойдёт, — сказала Гюро.

Она уже не знала, что и сказать.

Хоть бы Тюлинька поскорее приходила, или Бьёрн, или мама.

И снова звонок:

— Здравствуйте! Это новый дворник? — заговорил новый голос, на этот раз не сердитый и не такой требовательный.

— Да, — ответила Гюро. — Я только помогаю Эрле. Её сейчас здесь нет. Она, наверное, скоро придёт.

— Ага, — сказал голос. — Может быть, попросишь её зайти ко мне и посмотреть, что там с моим окошком? Никак не закрывается. Стряслось что-то.

— Ой! Оно что — выпало?

— Нет, нет, раму заклинило. Да что я говорю с ребёнком! Просто передай: это квартира шестьсот тринадцать.

— Шестьсот тринадцать, шестьсот тринадцать, — повторила Гюро. На этот раз она запомнит.

Тут пришла мама.

— Привет, — сказала она. — Ну что?

Звонила эта женщина?

— Нет, — помотала головой Гюро. — Но звонило много людей, и все спрашивали, правда ли отключили воду. И ещё звонила тётя из шестьсот тринадцатой квартиры. У неё рама стряхнулась и выпала, теперь окно не закрывается. Но это не та тётя, которая звонила первая. А потом позвонила Тюлинька, она в парикмахерской и скоро придёт, как только освободится.

— Вот это хорошо, — сказала мама. — Ты точно уверена, что первая женщина назвала номер четыреста с чем-то?

— Да, — сказала Гюро, — а дальше я не запомнила.

— Значит, придётся обойти все квартиры на четвертом этаже, — сказала мама. — Я захватила с собой прокладки и инструменты. Не огорчайся Гюро. Ты просто молодец и очень хорошая помощница. Пожалуйста, не волнуйся. Скоро и Тюлинька придёт, вот увидишь! Хорошо, что вдобавок ко всему не приехал ещё и мебельный фургон.

— Я пойду на улицу, — сказала Гюро и объяснила: чтобы сторожить фургон.

В каком-то смысле она сказала правду, но главной причиной был телефон. Гюро не хотела больше оставаться наедине с ним. Ни за какие коврижки.

— И вам тоже не надо, — сказала она Вальдемару и Кристине. — Не будем мы сторожить телефон, лучше посторожим мебельный фургон.

Вальдемар и Кристина с ней согласились, потому что совсем невесело сидеть поодиночке по своим комнатам в новой квартире, где вообще нечем заняться.

— Мы посидим на травке, — сказала Гюро, — и будем смотреть во все глаза. Будем сторожить, когда покажется мебельный фургон и Тюлинька. Как вы думаете, кто появится раньше?

Вальдемар думал, что мебельный фургон, Кристина — что Тюлинька, а Гюро про себя назвала автомобиль с мебелью возивом, потому что он где-то возится и возится и никак не едет.

— Вон едет автомобиль, — сказала Гюро.

Но это был не мебельный фургон, а машина, которая возит продукты, и он был доверху набит ящиками. Из машины вышел человек, достал ящик с молочными пакетами и бутылками лимонада и разной другой едой и скрылся в парадном.

— Эта машина развозит не мебель, а еду, — сказала Гюро. — Хоть бы он поскорее уехал, а то помешает подъехать мебельному фургону.

Пока Гюро сидела во дворе, Эрле обходила квартиры четвертого этажа, звоня в каждую дверь. В первой квартире ей открыла женщина. Эрле сказала:

— Я новый дворник и хотела только спросить, не у вас ли сломался водопроводный кран и требуется заменить прокладки?

— Нет, — ответила женщина, — не у нас. Но вы входите. Один кран у меня вызывает сомнения. Это в ванной. Он почему-то сам открывается.

— Это я починю попозже, — сказала Эрле. — Сначала мне нужно туда, где чуть не залило квартиру.

— Хорошо, — сказала хозяйка квартиры. — Только уж не забудьте про меня.

— Не забуду, — пообещала Эрле.

Она позвонила в следующую дверь, и там ей открыла девочка.

— С добрым утром, — сказала Эрле. — Меня зовут Эрле, и я ваш новый дворник. Есть дома кто-нибудь из взрослых?

— Нет. Мама на работе, а у меня простуда и высокая температура. Сейчас лето, а я должна лежать в кровати.

— Вот бедняжка! — пожалела девочку Эрле. — Это и правда обидно. Но ничего! Мама скоро придёт, вот увидишь.

— Она придёт в шесть часов, — сказала девочка. — Хочешь посмотреть на моего мишку?

— Я бы с удовольствием, но мне надо идти, меня вызвали в одну квартиру. Я постараюсь заглянуть к тебе попозже. А теперь беги в кроватку.

— Как жаль, что ты не можешь зайти сейчас, — сказала девочка. — Одной так скучно. Мама сказала, чтобы я никому не открывала, если будут звонить, а я вот открыла.

— Когда я снова приду, я дам три коротких звонка, чтобы ты знала, что это я.

За следующей дверью, куда позвонила Эрле, никого не было дома, а ещё следующую дверь ей открыла женщина.

— Я уж думала, вы вообще не придёте, — сказала она. — Прежний дворник в таких случаях всегда приходил сразу.

— Меня не было дома, когда вы позвонили, — объяснила Эрле. — Но я уже перекрыла воду.

— Да, это вы сделали очень хорошо, — сказала хозяйка квартиры. — А то я бы совсем пропала. В ванной весь пол был залит водой, я даже перепугалась.

— Ваш звонок приняла моя дочурка. Она, кажется, вообще первый раз в жизни отвечала на телефонный звонок. Она молодец: сразу побежала за мной, разыскала, но вот номер квартиры забыла, запомнила только этаж, и мне пришлось сначала обойти несколько квартир.

— Понятно. Во всяком случае, я рада, что вы пришли. Как вы думаете, вы сумеете это поправить?

— Сумею. Я уже много раз это делала. Я уже работала с дворником корпуса «Ю» и как следует всему научилась.

Эрле разобрала кран, поменяла прокладку и снова поставила его на место. Она выполнила работу быстро и аккуратно, а женщина стояла рядом и смотрела.

— А вы действительно справились, — сказала она. — У вас всё очень ловко получилось. Я расскажу это всем остальным. Тут многие не верили, что вы достаточно разбираетесь в таких вещах.

— Подождём немного, пройдёт какое-то время, тогда и увидим, как у меня идут дела с хозяйством корпуса. А теперь я пошла включать воду. Многие, наверное, ждут не дождутся, когда я это сделаю.

— Привет, Гюро, — окликнула она во дворе дочку. — Всё сидишь тут и ждёшь, а мебельного фургона нет как нет?

— Фургон не едет, и Тюлинька никак не идёт, — сказала Гюро. — Но Кристина думает, что она придёт первая.

— Ладно, — сказала мама, — я бегу включать воду.

И она побежала дальше. Но тут Гюро услыхала ворчание мотора, ворчание было как от большого грузовика. Интересно, свернёт он к этому корпусу или к какому-нибудь из соседних? Окажется это фургон, которого ждёт Гюро, или какой-то другой?