Была зима. Стояли такие морозы, что Ежик несколько дней не выходил из своего домика, топил печь и смотрел в окно. Мороз разукрасил окошко разными узорами, и Ежику время от времени приходи– лось залезать на подоконник и дышать и тереть лапой замерзшее стекло.
"Вот – говорил он, снова увидев елку, пенек и поляну перед домом. Над поляной кружились и то улетали куда-то вверх, то опускались к самой земле снежинки.
Ежик прижался носом к окну, а одна Снежинка села ему на нос с той стороны стекла, привстала на тоненьких ножках и сказала:
– Это ты, Ежик? Почему ты не выходишь с нами играть?
– На улице холодно, – сказал Ежик.
– Нет, – засмеялась Снежинка. – Нам нисколько не холодно! Посмотри, как я летаю!
И она слетела с Ежикиного носа и закружилась над поляной. «Видишь? Видишь?» – кричала она, пролетая мимо окошка. А Ежик так прижался к стеклу, что нос у него расплющился и стал похож на поросячий пятачок; и Снежинке казалось, что это уже не Ежик, а на– девший колючую шубу поросенок смотрит на нее из окна.
– Поросенок! – крикнула она. – Выходи с нами гулять!
«Кого это она зовет?» – подумал Ежик и вдавился в стекло еще сильнее, чтобы посмотреть, нет ли на завалинке поросенка.
А Снежинка теперь уже твердо знала, что за окошком сидит поросенок в колючей шубке.
– Поросенок! – еще громче крикнула она. – У тебя же есть шубка. Выходи с нами играть!
"Так, – подумал Ежик. – Там под окошком, наверное, сидит по– росенок в шубке и не хочет играть. Надо пригласить его в дом и напоить чаем " .
И он слез с подоконника, надел валенки и выбежал на крыльцо.
– Поросенок? – крикнул он. – Идите пить чай!
– Ежик, – сказала Снежинка, – поросенок только что убежал. Поиграй ты с нами!
– Не могу. Холодно! – сказал Ежик и ушел в дом.
Закрыв дверь, он оставил у порога валенки, подбросил в печку дровишек, снова влез на подоконник и прижался носом к стеклу.
– Поросенок – крикнула Снежинка. – Ты вернулся? Выходи! Будем играть вместе!
«Он вернулся», – подумал Ежик. Снова надел валенки и выбежал на крыльцо. – Поросенок! – закричал он. – Поросено-о-ок!.. Выл ветер и весело кружились снежинки.
Так до самого вечера Ежик то бегал на крыльцо и звал поросенка, то, возвратившись в дом, залезал на подоконник и прижимался носом к стеклу.
Снежинке было все равно, с кем играть, и она звала то поросенка в колючей шубке, когда Ежик сидел на подоконнике, то самого Ежика, когда он выбегал на крыльцо.
А Ежик, и засыпая, боялся, как бы не замерз в такую морозную ночь поросенок в колючей шубке.