ГАРРИ и АЛЬБУС забираются на холм в ясный летний день.
Они ничего не говорят; забираясь, они наслаждаются тем, как солнце согревает их лица.
ГАРРИ
Ну, как, ты готов?
АЛЬБУС
К чему?
ГАРРИ
Ну, к экзаменам после четвертого класса — а потом будет пятый класс, серьезный класс — у меня в пятом классе было…
Он смотрит на АЛЬБУСА. Он улыбается и быстро говорит.
Много чего было. Кое-что было хорошим. Кое-что плохим. Много всего было довольно странным.
АЛЬБУС
Спасибо, что сказал.
ГАРРИ улыбается.
Знаешь, я понаблюдал за ними немного — ну — за твоими папой и мамой. Они были… вам было хорошо вместе. Твой папа любил пускать тебе в лицо кольца дыма, и ты не переставал хихикать.
ГАРРИ
Да?
АЛЬБУС
Я думаю, тебе это нравилось. И думаю, мне, Лилли и Джеймсу это бы тоже понравилось.
ГАРРИ кивает. Воцаряется неловкая тишина. Оба пытаются дотянуться друг до друга, у обоих получается с трудом.
ГАРРИ
Знаешь, я думал, что распрощался с ним окончательно — с Волдемортом — думал, что все — а потом мой шрам опять начал болеть, я стал видеть его во сне и даже вспомнил серпентарго — и я стал думать, что совершенно не изменился — как будто он не давал мне…
АЛЬБУС
Так оно и было?
ГАРРИ
Та часть меня, что была Волдемортом, прекратила свое существование давным-давно, но избавиться от него физически было недостаточно: мне нужно было избавиться от него ментально. И этому… тяжело научиться в сорокалетнем возрасте.
Он смотрит на АЛЬБУСА.
То, что я тебе тогда сказал — это было непростительно, и я не могу попросить тебя забыть об этом, но я хочу надеяться, что когда-нибудь этот факт останется в прошлом.
Я собираюсь попытаться быть тебе лучшим отцом, Альбус. Собираюсь попытаться и, если честно…
АЛЬБУС
Пап, не надо…
ГАРРИ
Ты сказал мне тогда, что не думаешь, что я боюсь чего бы то ни было, но это… На самом деле я боюсь всего на свете. Ну, к примеру, я боюсь темноты, представляешь?
АЛЬБУС
Гарри Поттер боится темноты?
ГАРРИ
Я не люблю тесных помещений и… я никому об этом не говорил… мне жутко не нравятся… (он медлит, прежде чем сказать) голуби.
АЛЬБУС
Тебе не нравятся голуби?
ГАРРИ (сморщивается)
Мерзкие, грязные создания, к тому же еще и клюются. Они во мне вызывают дрожь.
АЛЬБУС
Но голуби совсем не опасны!
ГАРРИ
Я знаю. Но больше всего, Альбус Северус Поттер, я боюсь быть твоим отцом. Потому что у меня нет никакого опыта. У большинства хотя бы был отец, с которого можно брать пример — или наоборот. У меня нет ничего — или очень мало. Так что я учусь, понимаешь? И я изо всех сил буду пытаться… пытаться быть тебе хорошим отцом.
АЛЬБУС
А я попытаюсь быть тебе лучшим сыном. Я знаю, я не Джеймс, пап, и никогда не буду таким, как вы двое…
ГАРРИ
Джеймс совершенно на меня не похож.
АЛЬБУС
Правда?
ГАРРИ
Джеймсу все дается легко. А мое детство было сплошной борьбой.
АЛЬБУС
Мое тоже. Так что же, ты говоришь, что… я похож на тебя?
ГАРРИ улыбается АЛЬБУСУ.
ГАРРИ
Вообще-то ты больше похож на твою мать: ты такой же смелый, пылкий, смешной — и мне это нравится, — именно это, наверное, и делает тебя таким прекрасным сыном.
АЛЬБУС
Я чуть не разрушил мир.
ГАРРИ
Дельфа никуда бы не делась, Альбус: вы двое вытянули ее на свет и показали нам, как ее победить. Тебе, возможно, это трудно сейчас увидеть, но вы спасли нас всех.
АЛЬБУС
Разве мне не стоило сделать это лучше?
ГАРРИ
Думаешь, я не задаю себе этот же самый вопрос?
АЛЬБУС (в животе у него все съеживается: он знает, что отец бы этого не сделал)
А потом… когда мы ее поймали… я хотел убить ее.
ГАРРИ
Ты видел, как она убила Крейга, ты был в ярости, Альбус, это объяснимо. Но ты никогда бы этого не сделал.
АЛЬБУС
Откуда ты знаешь? Может быть, в этом и есть моя слизеринская черта. Может быть, именно это разглядел во мне шляп-сортировщик.
ГАРРИ
Мне сложно разобраться в том, что творится у тебя в голове, Альбус — вообще-то, знаешь, поскольку ты тинейджер, я вообще не должен понимать, что творится в твоей голове — но я понимаю твое сердце. Раньше не понимал — и долго, но благодаря вот этой твоей «эскападе», думаю, что твое сердце там, где нужно. Слизерин, Гриффиндор, какой бы ярлык к тебе ни прикрепили, я знаю — знаю — что у тебя доброе сердце… да, именно так, и хочешь ты того или нет, но ты постепенно становишься колдуном что надо.
АЛЬБУС
Ой, нет, я лучше не буду колдуном, я лучше стану голубей разводить. Просто мечтаю об этом!
ГАРРИ хмыкает.
ГАРРИ
Те имена, что тебе даны — они не должны лежать на тебе грузом. Перед Альбусом Дамблдором тоже стояли серьезные испытания, а Северус Снейп… я думаю, теперь ты все о нем знаешь.
АЛЬБУС
Они оба были хорошими людьми.
ГАРРИ
Они были великими людьми с огромными недостатками, но, знаешь, эти недостатки делали их лишь более великими.
АЛЬБУС оглядывается.
АЛЬБУС
Пап? Почему мы здесь?
ГАРРИ
Я часто прихожу сюда.
АЛЬБУС
Но это кладбище…
ГАРРИ
Вот могила Седрика…
АЛЬБУС
Папа?
ГАРРИ
Тот мальчик, которого убили, Крейг Боукер — ты его хорошо знал?
АЛЬБУС
Не очень.
ГАРРИ
Седрика я тоже не очень хорошо знал. Он мог бы играть в квиддич за сборную Англии. Или стать блестящим аврором. Он мог бы стать кем угодно. И Амос прав — у него отняли его сына. Потому я и прихожу сюда. Просто чтобы сказать, что мне очень жаль. Когда выдается возможность.
АЛЬБУС
Это… правильно.
АЛЬБУС встает рядом с отцом перед могилой СЕДРИКА. ГАРРИ улыбается своему сыну, а потом смотрит в небо.
ГАРРИ
Думаю, сегодня будет хороший день.
Он дотрагивается до плеча сына. И они оба — чуть-чуть — становятся ближе.
АЛЬБУС (улыбается)
Я тоже так думаю.