Через три дня они покинули остров.

Эмилиано неторопливо проверил информацию о Родриго Кабрера и его деловой жизни. Он не стыдился признаться, что намеренно откладывал тщательную проверку всех фактов, потому что не желал покидать брачное ложе.

Но просьба брата должна быть выполнена. Эмилиано осточертело, что его родители и Родриго Кабрера воображают, будто они могут управлять его судьбой и судьбой Матиаса. Ему следует действовать быстро и решительно.

Закончив видеоконференцию на борту своего частного самолета, он вышел в салон.

Сиенна лежала, свернувшись калачиком, на большом диване под кашемировым одеялом. Книга, которую она читала, лежала на ее груди, а мягкие ресницы касались щек. Взяв у нее книгу, он присел рядом и заправил прядь волос ей за ухо.

На мгновение он задался вопросом, не утомил ли Сиенну своими похотливыми желаниями, а потом вспомнил, с каким удовлетворением она отвечала на его поцелуи и ласки.

Еще три месяца назад он ни за что не поверил бы, что их физическая близость станет намного лучше. Но прошедшие три дня доказали обратное. Кроме того, Эмилиано начинал привыкать к Сиенне. Ему становилось не по себе, когда он долго не видел ее или не слышал ее смеха.

Прошлой ночью, когда Сиенна проснулась от кошмара, он лежал без сна и долго говорил с ней об их будущем ребенке.

В прошлом их с Сиенной беседы ограничивались работой и некоторыми общими интересами.

Их тихое совместное времяпровождение приносило ему удовлетворение, к которому он не привык. Хотя они провели вместе уже несколько недель, он не знал, что произойдет, когда к Сиенне вернется память. Он предпочитает нынешнюю Сиенну – мягкую и более откровенную, но нет гарантии, что она останется такой после того, как обо всем вспомнит. Нет гарантии, что ее чувства к нему не изменятся. И он очень рискует, привыкая к ней и воображая, будто может рассчитывать на ее любовь.

– О чем задумался, дорогой? – сонно пробормотала она.

Несмотря на суровое предостережение рассудка, Эмилиано испытал наслаждение, когда ее страстные зеленые глаза посмотрели на него в упор.

– Я разрабатываю стратегии, – ответил он. – Спи.

Она поморщилась и села.

– У тебя такое выражение лица, что мне не уснуть. Скажи, какую стратегию ты разрабатываешь. Может, я тебе помогу.

Эмилиано заставил себя сохранять спокойствие и снова на мгновение пожалел о том, что так поспешно позволил Сиенне покинуть изолированный и безопасный остров. Глядя в ее лицо, он тщательно подбирал слова.

– Мои родители заключили сделку с непорядочным бизнесменом, который назывался их другом. Они надеялись получить максимальную прибыль с минимальными вложениями. В Аргентине трудно продавать элитную экипировку для поло. Родриго использовал знакомство с ними, чтобы выйти на рынок, а потом подставил их, предлагая перекупить товар по более высокой цене. Они растратили средства своей компании, чтобы спастись от банкротства.

Сиенна покачала головой:

– Это путь в никуда.

– В точку. Мой отец будет отрицать это до своего последнего вздоха, но он ничего не понимает в бизнесе. Его стратегия решения этой проблемы была неверной с самого начала.

– Но ты нашел решение?

– Конечно. Если есть проблема, всегда можно найти решение.

Она тихо, сексуально и провокационно рассмеялась, распаляя его чувства:

– Хорошо, что я не твой конкурент и не сижу перед тобой за столом в зале заседаний.

Он прилег рядом с ней.

– Мне бы понравилось видеть тебя в зале заседаний. Я смаковал бы идею о том, что сделаю, когда выиграю у тебя.

Она приподняла ухоженную бровь:

– В самом деле? К тому времени, когда я позволю тебе выиграть, ты, вероятно, будешь крайне утомлен.

– Ты бросаешь мне вызов?

На ее щеках выступил легкий румянец. Она опустила глаза, но постаралась ответить беспечно:

– Просто констатирую факт. Мне не нужны воспоминания, чтобы знать, что я нелегко уступила бы тебе в деловых переговорах.

– Ты ни в чем мне не уступала.

Она широко ему улыбнулась:

– Спасибо.

Ему казалось вполне естественным наклониться и поцеловать ее полные, соблазнительные губы. Однако у него за спиной послышалось деликатное покашливание.

Обернувшись, он увидел Альфи с подносом.

Сиенна тихо простонала:

– Если меня и дальше будут так кормить, я растолстею.

– Для меня большая радость заботиться о тебе, пока ты вынашиваешь нашего ребенка, – сказал Эмилиано.

Если бы не солнечный свет, падающий на ее лицо, Эмилиано не заметил бы обиду, на мгновение мелькнувшую в ее глазах.

Он нахмурился, задаваясь вопросом, когда сделал неверный шаг. Но вот Сиенна подняла глаза и улыбнулась Альфи, который подал ей еду.

Извинившись, Эмилиано снова ушел в свой кабинет. В прошлый раз, когда он прилетел на родину, он был совершенно не подготовлен к встрече с родителями, и это дорого ему обошлось. Он не желал, чтобы подобное повторилось.

Следующие четыре часа он работал. Внимательно отслеживая факты и цифры, он продолжал невольно думать о боли, которую заметил в глазах Сиенны при упоминании о ребенке. Он не понимал, что с ней происходит. Они откровенно говорили о своем ребенке. Они говорили о Матиасе.

Однако они почти не разговаривали о самой Сиенне.

Возможно, она почувствовала, что ею пренебрегают. В попытке следовать указаниям врача и избегать опасных тем, Эмилиано заставил Сиенну чувствовать себя одинокой.

Нахмурившись, он поднялся из-за стола и встал у входа в короткий коридор, ведущий в салон. Сиенна по-прежнему лежала на диване, свернувшись калачиком, в ее руке была книга.

Почувствовав его взгляд, она подняла голову и улыбнулась.

Хотя улыбка преобразила ее лицо, Эмилиано заметил печаль в ее взгляде. Он нутром чуял: происходит что-то неладное.

Он должен быть с ней откровенен. Сиенна – сильный человек. Они поговорят, он признается в своих ошибках, и они будут жить дальше.

– Эмилиано? – Она наклонила голову и вопросительно на него посмотрела.

Он выругался себе под нос, когда пилот вышел из кабины и объявил, что они приземлятся через пятнадцать минут.

– Мы поговорим позже, дорогая.

Она осторожно кивнула. Под ее глазами залегли темные круги – результат двух последних ночей, когда ей снились кошмары.

Да, для Эмилиано определенно настало время во всем признаться. Но сначала он разберется с Кабрера.

Он будет действовать быстро и беспощадно и не задержится в Аргентине ни минутой дольше необходимого.

В поместье в Кордове, где Эмилиано, по его словам, бывал редко, находилось озеро и искусственный водопад у скал. Белый дом с оранжевой крышей мог вместить несколько семей.

Глядя на поместье с высоты птичьего полета, Сиенна думала о том, какое же оно огромное.

– Зачем ты хочешь его расширить? – спросила она Эмилиано.

К ее удивлению, он немного смутился, но потом самоуверенно пожал плечами:

– Я успешен и горжусь своими деньгами. И хочу хвастаться своим богатством. Вопреки распространенному мнению, размер имеет значение.

Она вгляделась в его лицо, стараясь понять, что Эмилиано от нее скрывает.

– Ты хотел, чтобы твои родители наконец заметили твой успех и признали свои недостатки? – мягко предположила она, понимая, что разговор о прошлом помогает облегчить горечь, которая иногда мелькала в его глазах.

А еще она использовала эти разговоры, чтобы проработать собственные эмоции и понять, почему мать отказалась от нее. Она понимала, что никогда не узнает истинную причину и что не все готовы взять на себя огромную ответственность за своего ребенка. Сиенна и Эмилиано были в чем-то похожи, и это их объединяло. У нее хватало смелости смотреть на мир решительно и преуспевать, но ей было приятно знать, что отныне ей не придется решать проблемы в одиночку.

Однако Сиенна очень переживала из-за того, что пришлось пережить Эмилиано.

Он опять пожал плечами:

– Как я говорил, я был заносчивым. И я заблуждался.

– Ты учился выживать. Не суди себя строго.

Несколько мгновений он пристально смотрел ей в глаза, потом выдохнул и кивнул:

– Хватит об этом. Пойдем, я покажу тебе поместье.

Сиенна увидела плавательный бассейн, конюшню, внутренний двор с тщательно ухоженными горшечными растениями, обширный винный погреб, бесчисленные спальни, теннисный корт и даже маленький каменный мост в самой узкой части озера, по которому плавали лебеди.

На одном конце большого внешнего патио была хижина из тростника, двойные мангалы и костровые ямы. На стене висели черно-белые фотографии гаучо и старинные седла. Куда бы Сиенна ни смотрела, повсюду был порядок и уют. Эмилиано купил эту недвижимость не для того, чтобы хвастаться ею перед своими родителями. Он хотел, чтобы в поместье у него был настоящий дом.

– Когда ты приезжал сюда в последний раз? – спросила она.

– Два года назад. Но Матиас приезжал сюда, когда бывал в городе.

Она улыбнулась:

– Приятно слышать. Будет жаль, если в таком месте никто не станет жить.

Он одарил ее непроницаемым взглядом, а потом повел обратно в дом. Кафельные полы цвета охры отлично сочетались с белыми стенами и арочными окнами.

В спальне стояла массивная кровать из темного дуба с балдахином.

Притянув Сиенну к себе, Эмилиано начал расстегивать пуговицы ее желтого платья без рукавов. Она хотела протестовать и заявить, что разденется сама, но промолчала.

После того как Эмилиано тоже разделся, она последовала за ним в ванную комнату, которая изумила ее своими размерами. Стоя в душе, она уперлась руками в стену и позволила Эмилиано искупать ее, а потом завернуть в теплое полотенце и отнести в спальню. Когда он уложил ее на кровать, у Сиенны смыкались веки.

– Когда ты проснешься, тебе подадут ужин, – сказал Эмилиано. – Я не знаю, когда вернусь. Не жди меня.

Она сонно кивнула:

– Желаю тебе одолеть своих врагов.

В глазах Эмилиано читалось прохладное высокомерие.

– Именно это я и собираюсь сделать, – ответил он. В его тоне слышались стальные нотки. Он поцеловал ее в висок. – Добрых снов.

Так продолжалось почти неделю. Эмилиано был полностью занят проблемами со своими родителями, а Сиенне оставалось развлекать саму себя. Она плавала, ходила на конюшни, гуляла по саду, за которым тщательно ухаживала экономка Бланка.

Сиенна ложилась спать, но через час резко просыпалась из-за образов, кружащихся в ее голове. Уже седьмую ночь подряд она лежала в темноте, ее сердце колотилось как сумасшедшее, пока она пыталась успокоиться. Поднявшись, она надела халат и отправилась на кухню. Эмилиано находился на очередном совещании, персонал уже ушел.

Попив воды, Сиенна стала прогуливаться по дому, радостно замечая, что ее головная боль утихает. В конце концов она вышла во внутренний двор и уселась перед низкой костровой ямой. Пламя костра подогревало прохладный ночной воздух. Альфи пришел к ней через несколько минут и предложил ей принести что-нибудь поесть, но она покачала головой.

У нее не было аппетита. И ей все труднее было избавиться от ощущения дежавю. Понимая, что за прошедшие несколько дней она впервые осталась без Эмилиано, она испуганно вздрогнула.

Сиенна признавала, что сильно привязалась к Эмилиано. Но она не так слаба, как кажется. Ее тревога – естественная реакция на возвращение в реальный мир. Остров Кастильо был идеальным, пьянящим раем, но она не могла оставаться там вечно.

Думая об этом, она прошла на кухню, где Альфи гремел посудой.

– Вам что-нибудь нужно? – спросил он.

– Ручку и блокнот.

Шире улыбнувшись, он открыл ящик стола и достал оттуда все, что она просила.

– Вы хотите составить новый список? – выпалил он и тут же добавил: – Простите.

Сиенна покачала головой:

– Не извиняйтесь. Эмилиано уже рассказал мне о моем списке предпочтений.

Она заметила облегчение на лице Альфи, когда отодвинула стул и присела за кухонный стол. В ее первом списке были детские имена, разделенные на мужские и женские. Сиенна обратила внимание, что самые первые имена записаны по-испански.

Затем она составила список вещей для своего ребенка.

В какой-то момент Альфи поставил перед ней тарелку с куриными котлетами, жаренными на гриле, и картофельный салат с приправами. К тому времени, как Сиенна написала третий список, она съела почти половину.

Где-то вдалеке часы пробили одиннадцать. Она подумала об Эмилиано.

Несмотря на его отсутствие в доме, она подсознательно ощущала, что он рядом с ней. На странице блокнота, лежащего перед ней, было написано жирным шрифтом его имя, обведено и подписано: «Не влюбляться!»

Она была еще в постели, но уже не спала, когда услышала хруст гравия под колесами автомобиля. Притворяться спящей было бы по-детски, хотя Сиенна поначалу хотела поступить именно так.

Правда заключалась в том, что она боялась влюбиться в Эмилиано и пострадать. И она панико вала от того, что, по всей вероятности, уже в него влюбилась.

Услышав его шаги, она села в кровати, набираясь смелости.

Эмилиано вошел в спальню и замер при виде Сиенны. Несколько секунд он смотрел на нее, затем медленно растянул губы в улыбке и немного расслабился.

– Я сказал тебе не ждать меня, но мне приятно, что ты ждешь меня в постели.

Несмотря на беспечный тон, вокруг его губ залегли мрачные морщины. Сиенна с радостью отмахнулась от собственных тревожных эмоций и сосредоточилась на Эмилиано.

– Все идет по плану? – спросила она.

Он мотнул головой:

– Карты вскрыты. Угрозы высказаны. В ближайшие двенадцать часов я ожидаю уступок.

– Как ты это сделал? – спросила она.

Секунду он колебался, потом подошел к Сиенне ближе, снял пиджак и бросил его на стул. Наблюдая за его непринужденными, сексуальными движениями, она почувствовала, как у нее пересохло во рту, а сердце забилось чаще. Она приложила все силы, чтобы не наброситься на него, когда он упал на кровать и коснулся рукой ее бедра.

– Такие люди, как Кабрера, алчны и жаждут получить выгоду любой ценой. Проверив его самые прибыльные компании, я убедил нескольких ключевых акционеров продать мне свои акции по выгодной для них цене. А потом просто сообщил Кабрера, что с удовольствием превращу его жизнь в ад, если он не оставит в покое семью Кастильо.

– Вот это да!

Он потер рукой подбородок, покрытый щетиной:

– Да.

Она нахмурилась.

– Ты не радуешься победе, – заметила она.

– Я имею дело со скользким ублюдком и не буду праздновать, пока мы не подпишем новое соглашение.

Он стал поглаживать ее бедро. Она уловила сандаловый аромат его одеколона и неповторимый запах его тела.

Сиенна решила осторожничать, поэтому стала отвлекать Эмилиано разговором.

– Но ты должен похвалить себя за то, что так быстро решил проблему.

Он поджал губы:

– Перспектива провести время с родителями убивает мой праздничный настрой.

– Ты поедешь к ним?

– Я уже ездил к ним, чтобы сообщить новости и обсудить состояние Матиаса. Они отказались говорить об этом сегодня.

– По-твоему, они боятся?

– Пусть боятся, но они не должны прятать голову в песок. Они хотят принять решение на свежую голову. Он дадут мне ответ завтра за ужином, когда приедут сюда.

Сиенна округлила глаза:

– Они приедут сюда?

Эмилиано мрачно кивнул.

– Зачем ты согласился на это, если тебе так неприятен их визит?

Уголки его губ опустились.

– Ради Матиаса. И еще они хотят познакомиться с тобой.

От удивления Сиенна открыла рот.

– Со мной? Зачем? – выпалила она.

Он на несколько секунд потупил взгляд:

– Я думаю, им просто любопытно.

– Они знают о ребенке и о моей травме?

Он поджал губы:

– Они знают, что ты восстанавливаешься после травмы, но я не счел необходимым сообщать им о ребенке. Я никогда их не интересовал. И я не хочу, чтобы они интересовались своим внуком.

В тоне Эмилиано слышалась решимость и горечь. Опустившись на Сиенну, он мягко коснулся губами ее рта.

– Похоже, ты хорошо отдохнула, красавица. Мы должны этим воспользоваться.

Все сомнения Сиенны рассеялись, когда он провел языком по ее нижней губе. Обхватив его плечи руками, она решила подумать о своих чувствах завтра. Сегодня она будет снова наслаждаться близостью со своим мужем.