- И коварная, - добавил Мелегонт. – Хотя бехолдеры могут и не отдавать себе отчёт, но фаэриммы их господа. Фаэриммы послали их к Тысяче Ликов, чтобы отыскать нас.

- Никто не сравнится по глупости с честным! – воскликнул Нассер, взбираясь на лошадь. – Молю, не убивай нас всех!

Ни Арис, ни кто-либо ещё не обращал внимание на Малика. Гиганту потребовалось время, чтобы осмыслить слова волшебника, затем он потёр свой длинный подбородок и повернулся к Галаэрону.

- Даже сознавая, что они ищут вас, вы рисковали жизнями, чтобы спасти меня?

Эльф кивнул:

- Я бы не смог оставить тебя и спокойно жить дальше.

- Ты с  трудом выжил, спасая меня, - произнёс великан. – Твой поступок был не особенно мудрым.

- Однако умнее, чем возвращаться в одиночку к бехолдерам, - сказал Мелегонт. – Мы бы присоединились к тебе, если бы могли, но существует зло пострашнее, и нам надо продолжать свой путь.

- Достаточно того, что вы спасли меня, - понимающе заверил Арис.

- Ты бы оказал большую услугу, если бы не растрачивал наши труды понапрасну, нападая на такое количество бехолдеров в одиночку, - продолжил Мелегонт. – Тебе повезёт, если получится убить одного или двух.

- Тогда правосудие свершится для одного или двух, - великан взглянул в сторону Галаэрона и поднялся. – Как я смогу жить спокойно, если не попытаюсь сделать даже эту мелочь, чтобы отомстить за своё селение?

- Сможешь, если сделаешь больше, - заверил эльф. Он прекрасно понимал чувства Ариса, ведь ощущал то же самое, когда фаэриммы захватили Эвереску. – Разве не будет лучше поразить того, кто действительно в ответе за произошедшее в Тысяче Ликов?

- Как я могу это сделать? – нахмурился каменный великан.

- Пойти с нами, - подсказал волшебник, продолжая мысль Нихмеду. – Мы поклялись сокрушить фаэриммов, тех самых, которые послали бехолдеров в Тысячу Ликов.

Арис размышлял над этим дольше десяти минут, не так уж и долго для каменного великана, а потом сказал:

- Взамен ты должен пообещать мне кое-что.

- Если это в моих силах, - ответил волшебник.

- Я думаю, да, - заверил Арис. – Ты должен пообещать принимать мою помощь до конца. Если есть способ отомстить за Тысячу Ликов, я должен участвовать.

- Договорились, - произнёс Мелегонт. – Кроме того, я даю слово, что бехолдеры, которые лишили тебя дома, покинут этот мир. Ещё до того, как всё закончится, они пожалеют о дне, когда направили глаза на твоё селение.

- По рукам, - Арис наклонился и вытащил Малика из седла.

- Что ты творишь? – Нассер выхватил крошечный кинжал из складок плаща и начал им размахивать. – Я тебя предупреждаю…

- Подъём слишком крутой, - пояснил великан. Не обратив особого внимания на миниатюрное оружие, он опустил коротышку на землю и потянулся к лошади. – Я понесу это.

Арис засунул животное себе под мышку и зашагал вверх по склону, очевидно не заметив того, что лошадь била копытами и испуганно ржала. Малик заторопился следом, упрашивая великана не делать больно Келде и бормоча что-то о её комфорте.

Галаэрон и остальные пошли за ними, и уже очень скоро они следовали по заснеженному хребту к бескрайней долине Делимбира. Благодаря гиганту, который прокладывал дорогу, путешественники продвигались быстро. Потребовалось всего полтора дня, чтобы добраться до подножия гор, однако хватило бы и одного, если бы не две «короткие» остановки, чтобы Арис мог предупредить сородичей, направляющихся в противоположном направлении, о бехолдерах.

Когда Галаэрон слушал полное горечи описание судьбы Тысячи Ликов, он вернулся мыслями к Эвереске. Наверняка его город остался нетронут. Даже фаэриммы не смогли бы пробить брешь в мифале – по крайней мере, не так быстро. Или смогли? По словам Мелегонта, фаэриммы Мифа Драннора были привлечены именно мифалом, и они особенно искусно пользовались магией. Что если они знали, как сломать защиту? Как только враги проникнут в город, даже маги-стражи не смогут изгнать их. Нихмеду постигнет та же участь, что и Ариса - он станет одиночкой, живущим только ради мести. В случае с каменным великаном это было невыразимо трагично. В случае с эльфом, в особенности вынужденным бороться со своей тенью, это будет неслыханно жестоко.

Галаэрон страстно желал передвигаться быстрее, настоять, чтобы Мелегонт использовал заклинания и ускорил их, даже снова путешествовать по Грани Тени, но он понимал, что лучше не предлагать ничего такого. После битвы в Тысяче Ликов фаэриммы наверняка прочёсывали округу в поисках малейшего намёка на волшебство, даже странная магия Мелегонта оставляла легчайшее волнение  в мире, которое могло привлечь взгляд внимательного наблюдателя. Мудрее было избегать любых проявлений волшебства и позволить метели скрывать их.

Путешествие через долину прошло не так легко. Спутники были примерно на полпути, когда пурга внезапно закончилась и оставила их на открытом пространстве в миле от реки. Не стало ветра, который заметал их следы, поэтому отряд багбиров быстро выследил путешественников и начал преследование. Вместо того чтобы использовать магию для уничтожения источника опасности, попутчики бросились к реке и пересекли её по льду. Когда багбиры последовали за ними, Арис швырнул несколько валунов в отряд, от чего лёд раскололся, и холодная вода поглотила преследователей.

В полдень следующего дня удача изменила спутникам, когда на горизонте появились две серые сферы. Сначала путники делали вид, что не замечают преследователей, в надежде на необдуманную атаку врагов. Однако глаз-тираны не заглотили наживку, поэтому Мелегонт решил прибегнуть к заклинаниям. Бехолдеры тут же исчезли из вида. Приблизительно через полчаса Галаэрон мельком увидел одно из существ, всё ещё следующее за ними. Второго нигде не было видно.

- Он направился за помощью, - предположила Вала.

- Если нам повезёт, это будут только бехолдеры, - кивнул Нихмеду.

- Только бехолдеры? - Малик открыл рот от удивления. – Ты так же безумен, как рогоносец в гареме!

- Бехолдеры предпочтительнее фаэриммов, - пояснил Мелегонт. – Если  только ты не хочешь сразиться с нашими врагами в одиночку, тогда самое время разойтись.

- И ты пошлёшь ваших преследователей за мной? – тёмные глаза Нассера заискрились негодованием. – Я не такой простак, каким кажусь, старик.

- Я тебя предупредил, - пожал плечами волшебник.

Мелегонт отщипнул кусочек теневого шёлка от плаща и вывел на снегу замысловатый призрачный узор. Когда всё было готово, волшебник вместе с эльфом наложил заклинание полёта на каждого, включая ошарашенную кобылу Малика, и путники понеслись к Высокому лесу. Бехолдер предпочёл не приближаться к таинственным знакам, оставленным на снегу, и облетел их по большой дуге, но, тем не менее то и дело появлялся на горизонте, напоминая компании о нависшей над ней опасности.

Наконец путники добрались до Высокого леса и плавно приземлились среди деревьев. Враг остановился за холмом и парил там, вытянув один глазной стебелёк над вершиной. Несколько остальных глаз тоже то показывались, то скрывались, вращаясь во все стороны в ожидании подкрепления.

- Вот теперь они попались, - сказал Мелегонт, оторвал ещё клочок теневого шёлка и отделил от него одну нить, которую натянул между двумя деревьями. – Мы почти в Карсе.

- В Карсе? – удивился Нассер. – Зачем нам туда?

- Не всем нам, - с этими словами волшебник передал Галаэрону второй лоскут призрачной ткани и дал знак разделить его на нити. – Как  только здесь всё закончится, расстаться и пойти разными путями будет безопасно. Уверен, тебе так же не терпится заняться своими делами, как нам нашими.

- У меня нет никаких дел, - коротышка помолчал, словно только это он и хотел сказать, затем медленно наклонил голову набок и добавил:

- Кроме вас.

- Нас? – Мелегонт продолжал натягивать призрачные нити между деревьями. – И что же у тебя за дела с нами?

Малик побледнел и пролепетал:

- Ничего особенного… просто…

Окончание предложения утонуло в ужасном треске из леса позади них. Эльф обернулся и увидел, как огромный дуб, направляясь к ним, дико размахивал ветвями и издавал сердитые вопли из перекошенного дупла.

- Нет! – прогрохотало дерево и, едва не задев голову Галаэрона, протянуло одну ветвь к нитям, которые привязал эльф. Ветка прошла сквозь волокно, не встретив сопротивления. Сильнейшая дрожь пробежала по дубовой кроне из золотых листьев, и дерево добавило, потрясая суком перед лицом Нихмеду:

-  Только не в моём лесу!

- Мы не причиним вреда л-лесу, - запинаясь, произнёс эльф. Галаэрон, наконец, пришёл в себя от удивления и понял, что дуб на самом деле трент с длинной бородой из зелёного мха и стволом в двенадцать футов в обхвате, древнейший из всех, что ему доводилось видеть. Сообразив, что существу не понравится деревянная дубина Ариса, воин дал великану знак продолжать наблюдать за кромкой леса и снова повернулся к тренту.

- Нам приходится принимать меры, чтобы защититься. Нас преследуют бехолдеры.

- Один бехолдер. Глаза у меня есть, - в подтверждение своих слов дуб моргнул парой отверстий, которые располагались на высоте более пятнадцати футов и у нормального дерева были бы не чем иным, как следами от отвалившихся сучков. – К тому же ваше благополучие меня не волнует. С твоей магией что-то не так, и в моем лесу ей не место.

- Действительно, это не обычные двеомеры, - вмешался Мелегонт, - но это не делает их неправильными.

- Не для Высокого леса, - трент ещё раз попытался смахнуть призрачную сеть, но снова потерпев неудачу, повернулся к Галаэрону. – Убери это.

Эльф начал сматывать шёлк в клубок, ощущая на себе хмурый взгляд волшебника.

- Что ты делаешь?

- Это дом Турланга, - пояснил Нихмеду, догадавшись, как зовут дуб. Только Турланг, славный правитель Высокого леса, мог быть таким огромным и древним.

- Мы должны уважать его желания.

Мелегонт закатил глаза.

- Ты же понимаешь, это значит, что они доберутся до нас? – он бросил взгляд на Турланга и добавил:

- И здесь произойдёт сражение.

- Шорохи Форна донесли о твоём даре Забытому лесу, Тенебородый, поэтому одну угрозу я прощу, - трент со скрипом нагнулся и уставился волшебнику в глаза. – Его шорохи также донесли о неудачах, преследующих тебя, а мне не нужны магические личинки в моём лесу.

- В таком случае было бы хорошо, если бы ты помог нам, - волшебник махнул рукой в сторону Галаэрона и других. – Мы все поклялись вернуть фаэриммов в их тюрьму, а необходимая для этого помощь находится в твоём лесу, в храме Карса.

Турланг выпрямился в полный рост:

- Какого рода помощь тебе нужна от Вулгрета? То, что ты причисляешь лича к своим друзьям, доказывает, что я был прав, чувствуя в тебе зло.

По спине Галаэрона пробежал холодок.

- Лич? – переспросил он, осознав, наконец, причину, по которой Мелегонт скрывал подробности о необходимом им помощнике. – О чём ещё ты нам солгал?

- Остерегайся тени,  мой друг, - волшебник погрозил Галаэрону пальцем и, повернувшись снова к Турлангу, сказал:

- Вулгрет мне не друг, но для каждого сокровища найдется страж. Я намерен заключить с ним сделку, однако не такую, которая приходит тебе на ум.

Турланг замер тихий и неподвижный, скорее всего раздумывая, чему верить – словам Мелегонта или «привкусу» зла в их компании. Дело могло быть не только в волшебнике; Галаэрон опасался, что враждебность, которую ощущал трент, исходила от его собственного тёмного духа. Даже стараясь изо всех сил, эльф не мог перестать видеть в основе каждого поступка самые эгоистичные мотивы. Мелегонт надеялся заключить сделку со злобным личем. Малик хотел похитить секрет теневой магии. Турланг отказывал в помощи из-за страха перед местью фаэриммов. Нихмеду безнадёжно проигрывал битву с тенью.

Он вышел вперёд и встал прямо перед трентом.

- Турланг, о котором мне рассказывала моя мама, никогда не отвернулся бы от друга леса.

- Этого не сделал бы и тот, что стоит перед тобой, - ответил дуб, – если бы был уверен, что вы друзья леса.

- В таком случае ты не прогонишь нас, - когда Галаэрон простёр руки над своими спутниками, он увидел только Мелегонта, Валу и Ариса, всё ещё наблюдающего за кромкой леса. Ни Нассера, ни его кобылы нигде не было видно, скорее всего, коротышка решил воспользоваться советом волшебника и удалиться.

- Клянусь своей жизнью, никто из присутствующих здесь не причинит вреда Высокому лесу и не позволит никакому злу проникнуть сюда из-за его действий или бездействия.

Турланг долго смотрел на него, затем сказал:

- Твоя жизнь для меня ничего не значит. Я понял, что ты из Эверески по твоей одежде и речи, но не доверяю я тьме, скрытой в тебе.

- Приближается много глазастых демонов, - крикнул Арис издалека.

- Сколько? – отозвалась Вала, в любое время готовая возглавить сражение.

- Слишком далеко, чтобы сказать точно, - ответил великан. – Они выглядят пока крохотными точками, но с ними что-то похожее на песчаного демона.

Галаэрон обменялся с девушкой встревоженными взглядами, а Мелегонт потерял последнее терпение.

- Времени совсем не осталось, древо, - прорычал волшебник. – Есть вещи поважнее твоего леса, поэтому мы пройдём…

- Наши действия не будут противоречить воле Турланга, - перебил Нихмеду. Даже если бы Мелегонт был достаточно могуществен, чтобы сразить трента и его многочисленных союзников – а, по мнению Галаэрона, битва могла вот-вот разразиться, хотя волшебник и не сознавал этого, – эльфу сама мысль бросить вызов властелину леса на его территории казалась безнравственной и ужасной, сравнимой с предательством. Нихмеду повернулся к тренту:

- Если великий Турланг не доверяет моему слову, я уверен, что он поверит обещанию моей матери.

- Ты готов предложить жизнь матери вместо своей? – в голосе могучего дуба звучало осуждение. – Кто же эта удачливая эльфийка?

- Моргвэйс Ночной Луг, - погасив волну гнева, ответил Галаэрон.