Глаза кзина некоторое время следили за Луисом. Затем обездвиженный «кот» кое-как прокашлялся и прогудел:

— Лу-у-и Ву-у.

— У-у, — скорбно отозвался Луис. Он был готов наложить на себя руки — но было нечем, да и никак — он едва мог шевелить пальцами.

— Луис, ур-р, вы «электровеник»?

— Угу, — подтвердил Луис, чтобы выиграть время. Помогло — кзин отстал. Луис, крайне удрученный пропажей «штепселя», подчинился давнему рефлексу и стал осматриваться, чтобы оценить положение.

Шестиугольный комнатный газон отмечал местоположение диска-приемника. Черный круг над ним должен быть передатчиком. Остальная палуба, часть левого борта и корма были прозрачными. Под палубой (видимо, на всю длину корабля) тянулись энергопроводы гипердвигателя. Луис сразу определил, что ненадежную на вид энергосеть соорудили не люди, а кукольники. Итак, посудина ходила быстрее света. Стало быть, путь ей предстоял дальний.

Сквозь кормовую переборку Луису был виден грузовой отсек, почти полностью занятый скошенным коническим корпусом высотой в тридцать и длиной шестьдесят футов. На его вершине торчала турель с бойницами для лазерных пушек и (или?) отверстиями для камер и датчиков. Под турелью был иллюминатор кругового обзора, еще ниже — люк с откидной крышкой-трапом.

Это был посадочный бот для исследования планетарной поверхности. «Люди делали, — подумал Луис, — даже смотреть приятно». Позади бота серебрилась сплошная стена — наверное, один из топливных баков…

И ни одной двери, ведущей из грузового в их отсек!

С усилием Луис повернул голову в другую сторону. Теперь он смотрел прямо в навигационную рубку. Большую ее часть скрывала непрозрачная зеленая переборка, но ему был виден вогнутый ряд дисплеев, россыпь шкал с мелкими цифрами, ручки и рычажки со сферическими насадками, удобными для челюстей пилота — кукольника. Пилотское кресло представляло собой мягкое сиденье с аварийными амортизаторами и выемками для бедер и плеч кукольника Пирсона. С этой стороны тоже никаких дверей…

Возле правого борта — ну что ж, по крайней мере, их «камера» была довольно просторной! — обнаружились: душ, пара «конденсаторов сна», большая меховая подстилка (похоже, водяная постель кзина) а между ними громоздкий агрегат, в котором Луис тут же признал пищевой синтезатор Вундерлендского производства. За спальными местами снова была сплошная, зеленая стена — и никаких намеков на шлюз! Ларчик явно открывался не просто, если открывался вообще.

Корабль строили кукольники: корпус Дженерал Продактс серии № 3 — сигара с закругленными концами. Торговая империя кукольников продала миллионы кораблей этой серии. Их рекламировали, как неуязвимые для повреждений любого характера.

Ко времени рождения Луиса By кукольники покинули изученный космос и отправились к Магелланову Облаку. Но даже сейчас, спустя два века, космические суда Дженерал Продактс встречались повсюду.

А двадцать три года назад космический корабль «Лгун» (из той же серии) врезался в поверхность Кольца на скорости семьсот семьдесят миль в секунду. Тогда Луиса и других пассажиров спасло статическое поле, на корпусе же не осталось даже царапины.

— Вы кзин и профессиональный боец, — продолжал Луис с трудом разжимая распухшие онемевшие губы, — вы могли бы выбраться из этого гроба?

— Нет, — сказал Говорящий с Животными. (Не «Говорящий». Чмии!)

— Чмии, что вы делали на Каньоне?

— Я получил послание: Луис By находится на Уорхэде и проводит жизнь «под напряжением». Для убедительности были приложены голограммы. Знаете, на что вы похожи «под напряжением»? На водоросль. Только ее колышет течением, а вас — током.

Луис почувствовал, что в носу хлюпает.

— Водоросль… Водоросль… Но это не повод надо мной издеваться! Зачем вы ко мне явились?

— Чтобы сказать вам, какое вы ничтожество.

— Кто отправил это послание?

— Не знаю. Наверное, кукольник. Ему нужны мы оба. Луис, неужели вы настолько отупели, что не заметили, что этот кукольник…

— …не Несс. Да. Но заметьте, как он холит свою гриву. Он тратит на нее не меньше часа в день. Будь это у него дома, я бы подумал, что он — большая шишка.

— Ну и?

— Ни один нормальный кукольник в жизни не полетит к звездам. Они же поволокли с собой весь свой мир, я уж молчу про эти сельскохозяйственные планеты! Они сотни тысяч лет тащатся на субсветовых только потому, что до смерти боятся кораблей. Кем бы ни был этот кукольник, он ненормальный… Правда, люди только таких и видели. Так что я не знаю, что от него ж дать… Он возвращается.

Стоя посреди навигационной рубки на шестиугольном поле трансферного устройства, кукольник некоторое время разглядывал их через стену, а потом заговорил приятным женским контральто:

— Вы меня слышите?

Чмии отступил на шаг, сгруппировался, оттолкнулся всеми четырьмя лапами и прыгнул на стену. Раздался глухой удар. Любой кукольник должен был отпрянуть, но этот не пошевелился, сказав только:

— Наша экспедиция почти сформирована. Не хватает еще одного члена экипажа.

Луис тем временем обнаружил, что может перекатиться на другой бок, и перекатился. Потом сказал:

— Так, а теперь все сначала. Вы посадили нас в ящик, так что темнить смысла нет. Кто вы?

— Называйте меня любым именем, которое вам нравится.

— Хорошо, но ЧТО вы из себя представляете? И что вам от нас надо?

Кукольник заколебался.

— В моем мире я звался Лучше Всех Спрятанный и был супругом того, кого вы звали Нессом. Сейчас я никто. Вы нужны мне для повторной экспедиции на Кольцо, чтобы я мог вернуть себе утраченное положение.

— Мы не будем служить вам, — сказал Чмии.

— Как поживает Несс? — спросил Луис.

— Спасибо за вашу заботу. Несс здоров телом и духом. То, что случилось с ним на Кольце, помогло ему восстановить душевное равновесие. Он сейчас дома, заботится о двух наших детях.

«Еще бы он не восстановил…» — невольно подумал Луис. Жители Кольца отсекли кукольнику Нессу одну из ложноголов. Если бы Луис и Тила не сообразили наложить жгут на обезглавленную шею, Несс истек бы кровью.

— Полагаю, вы пересадили ему новую голову?

— Конечно.

— Будь вы в своем уме, вас бы тут не было, — встрял Чмии. — Почему триллионы кукольников выбрали для управления собой полоумного?

— Я не считаю себя безумцем. — Кукольник беспокойно поддернул заднюю ногу. (Его лица если что-то и выражали, то лишь различные степени идиотизма). — И пожалуйста, не будем больше об этом. Я верно служил своей расе, как и четверо моих предшественников, пока Консерваторы, обретя силу, не захватили власть. Но они не способны править, и я докажу это. Мы отправимся на Кольцо, где найдем сокровище, превосходящее их понимание.

— Но меня-то похищать не стоило, — буркнул Чмии, выпуская свои длинные когти.

Кукольник смотрел на них сквозь стену.

— Сами вы не пришли бы. Луис тоже. У вас было ваше положение и имя, у Луиса — «штепсель». Четвертый член экспедиции до этого находился плену. Но мои агенты уже сообщили, что она свободна и направляется сюда.

Луис горько рассмеялся. Без «штепселя» весь мир казался ему горьким.

— Да, с воображением у вас плоховато. Это же просто копия первой экспедиции. Я, Чмии, кукольник и женщина. Кстати, кто она? Очередная Тила Браун?

— Нет! Несс до смерти боялся Тилы Браун — полагаю, тому были причины. Я вырвал из пасти ARM Халрлоприллалар, так что нашим проводником будет житель Кольца. Что касается состава нашей экспедиции, то почему я должен отказываться от заведомо выигрышной стратегии? Вы же улетели с Кольца!

— Все, кроме Тилы.

— Тила осталась по собственной воле.

— Но наши усилия окупились сторицей, — заметил кзин. — Нам достался корабль, который преодолевал световой год за минуту с четвертью. Этот корабль дал мне имя и положение. А что вы можете предложить нам сейчас?

— Многое. Вы уже можете шевелиться, Чмии?

Кзин встал. Казалось, он вполне оправился от воздействия станнера. У Луиса еще кружилась голова, а руки и ноги немели.

— Как вы себя чувствуете? Головная боль? Тошнота? Головокружение?

— С чего ты так забеспокоился, пожиратель корней? Я час провалялся в «отключке», теперь меня шатает и я хочу жрать — больше ничего.

— Замечательно. Значит, ваше участие оплачено. Есть такой препарат — его называют «закрепитель». Благодаря ему Луис By в свои 223 выглядит от силы на 23. Мы разработали аналог «закрепителя» для кзинов. После завершения экспедиции вы сможете передать формулу Патриарху Кзинов.

Чмии остался недоволен.

— Так я что, помолодею? Вы уже ввели мне эту дрянь?

— Да.

— Кзины могли бы придумать такое и сами, но нам это не нужно.

— Но мне нужны ваша молодость и сила. Чмии, наша экспедиция не опасна! Я не собираюсь садиться на само Кольцо — только на консоль космопорта! Вы получите право на все, что мы добудем. Луис в равной степени это относится и к вам. Что же касается вашего вознаграждения…

На диске материализовался Луисов «штепсель». На его корпусе были следы вскрытия. Сердце Луиса подпрыгнуло.

— Не пользуйтесь им больше, — сказал Чмии, и это прозвучало как приказ.

— Ладно. Спрятанный, как давно вы за мной следите?

— Я нашел вас на Каньоне пятнадцать лет назад. Мои агенты на Земле пытались вызволить Халрлоприллалар, но почти ничего не добились. Я установил в вашей квартире диск и ждал подходящего момента… А сейчас я отправляюсь вербовать нашего проводника. — Кукольник коснулся ртами каких-то рукояток, ступил вперед и исчез.

— Завязывайте с током, — сказал Чмии.

— Поразговаривай… — Луис повернулся к нему спиной. Однажды, ошалев от жажды тока, он бросится на кзина. К тому времени он окончательно спятит. Но, по крайней мере, в этом есть одно преимущество. Он буквально вцепился в эту мысль.

Он ничем не мог помочь Халрлоприллалар.

К моменту их знакомства ей было уже несколько тысяч лет. А познакомились они, когда Луис, Нессус и Говорящий с Животными пытались улететь с Кольца. Туземцы, жившие под ее летающим полицейским участком-, считали ее богиней. Тогда все поддержали эту игру, и с помощью Халрлоприллалар изображали богов, пока добирались до потерпевшего крушение «Лгуна». Кроме того, у нее с Луисом возник роман. Обитатели Кольца — все три расы, которые встретились на пути экспедиции, — были родственны людям, но людьми в полном смысле не являлись. Халрлоприллалар была почти лысой, ее губы напоминали обезьяньи. Порой Луису казалось, что она не интересовалась ничем, кроме разнообразных способов любви. Луис задумывался, не происходит ли то же самое и с ним. Он замечал недостатки Прилл, но у него самого их было предостаточно.

Кроме того, он был в долгу перед Халрлоприллалар. Они нуждались в ее помощи, и Несс применял к ней тале. Луис ему это позволил.

Она прилетела с Луисом на Землю, вместе с ним вошла в здание Объединенных Наций в Берлине и больше оттуда не вышла. Если Спрятанный сумеет освободить ее и вернет домой, он сделает для нее больше, чем Луис.

— Думаю, что кукольник врет, — сказал Чмии. — Это мания величия. С чего бы кукольники допустили до власти такого полоумного?

— Никто из них не пойдет на это добровольно — слишком велик риск. Как говорится, не облегчает голову корона, и заднице монарха не легко. Потому-то кукольники и выбирают самого способного чокнутого… А с другой стороны, пример Спрятанного научил остальных кукольников не высовываться и не лезть во власть. Так или иначе, а схема работает.

— Вы думаете, он сказал правду?

— Не знаю. Но зачем ему лгать? Он нас заполучил.

— Он купил вас, — сказал кзин. — Купил вас «штепселем». Вам не стыдно?

Луису было стыдно, и он старался, чтобы этот стыд не довел его до отчаяния. Способа выбраться из «ларчика» не было: стены, пол и потолок были частью корпуса Дженерал Продактс.

— Если вы еще думаете, как вырваться отсюда, — сказал он кзину, — то лучше подумайте вот о чем. Вы будете молодеть — едва ли кукольник вас обманул. Что произойдет, когда вы помолодеете?

— Зверский аппетит. Масса энергии. Очень захочется подраться. Так что глядите в оба, Луис.

С возрастом Чмии стал грузноват. Почти все черные метки возле его глаз посерели, серое проступало и на теле. Но когда он шевелился, под кожей перекатывались мускулы, и ни один благоразумный молодой кзин не рискнул бы сразиться с ним. Однако главной его приметой были шрамы — Чмии получил сильнейший ожог во время прошлого посещения Кольца. Сейчас, спустя двадцать три года, мех восстановился, но рос пучками среди рубцов и проплешин.

— Закрепитель лечит шрамы, — сказал Луис. — Ваш мех снова станет густым.

— Что ж, значит, похожу красавчиком, — хвост хлестнул воздух. — Я должен прикончить этого пожирателя листьев. Шрамы — те же воспоминания, мы никогда их не сводим.

— Да, и как вы теперь докажете, что вы — это вы?

Хвост замер. Чмии уставился на него.

— Меня купили «штепселем». — На этот счет у Луиса, правда, были кое-какие сомнения, но «ларчик» явно был напичкан микрофонами — едва ли кукольник исключал возможность бунта. — А вас — гаремом, землей, привилегиями и именем, которое принадлежит Чмии, стареющему герою. Патриарх не поверит вам, если вы не привезете кзинам «закрепитель», а Спрятанный не подтвердит вашу личность…

— Заткнитесь.

Это уже было слишком для Луиса By. Он потянулся за «штепселем», но кзин рванулся и перехватил черный пластиковый корпус черно-оранжевой лапой.

— Как вам угодно, — сказал Луис и улегся на спину. Все равно он сегодня не выспался…

— Как вы стали «электровеником»?

— Я, — начал было Луис, но потом перебил себя: — Помните нашу последнюю встречу?

— Да. Нескольких человек пригласили на Кзин и вы были среди заслуживших эту честь.

— Может, я это и заслужил. Может быть. Помните, как вы водили меня по Дому Прошлого Патриархии?

— Да. Вы пытались убедить меня, что мы сможем улучшить отношения между нашими расами. Все, что от нас требовалось, — позволить вашим репортерам пройти по музею с голокамерами.

Луис улыбнулся, вспоминая.

— Точно так.

— А я сомневался.

Дом Прошлого был огромен и величав: вытянутое сооружение из мощных блоков вулканической породы, сплавленных краями. По углам его, на четырех высоких башнях, были установлены лазерные пушки. Чтобы обойти Дом, Луису с Чмии потребовалось два дня.

Прошлое кзинов довольно подробно и глубоко изучено. Луис видел древние бедренные кости стон дата с рукоятями — дубины первобытных кзинов, видел оружие, напоминавшее ручные пушки, — чтобы поднять, потребовалось бы несколько человек. Он видел панцирь из серебристых пластин толщиной с дверь сейфа и двуручный топор, которым можно было бы срубить большое мамонтово дерево. Он как раз заговорил о том, чтобы устроить экскурсию для журналистов, когда они наткнулись на Харви Моссбауэра.

Семья Харви Моссбауэра была убита и съедена во время Четвертой войны. После многих лет официального перемирия Моссбауэр (с упорством маньяка прошедший перед этим специальную подготовку) в одиночку десантировался на Кзин, где убил четверых самцов-кзинов и отбомбился по гарему Патриарха, прежде чем охранники сумели его прикончить. Чмии объяснил, что причиной их промедления было желание получить его шкуру неповрежденной.

— И это называется «неповрежденная»?

— Он же сражался. И как сражался! У нас все заснято. Мы умеем чтить достойных противников, Луис.

Кожу чучела испещряло такое количество шрамов, что с первого взгляда определить расу было невозможно, однако оно стояло на высоком пьедестале с металлической табличкой. Вокруг было пустое пространство. Журналисты могли бы этого не оценить… Но Луис…

— Я бы хотел, чтобы вы поняли, как здорово было узнать, что Харви Моссбауэр — человек, — сказал спустя двадцать лет похищенный и лишенный своего «штепселя» «электровеник».

— Воспоминания — штука хорошая, однако мы говорили о «напряжении», — напомнил ему Чмии.

— Счастливые люди «электровениками» не становятся. Мне стало хорошо только после вживления электродов. А знаете, где была в это время Халрлоприллалар?

— Где?

— Ее захватила ARM. У них, видите ли, была к ней масса вопросов! А я ничего не мог сделать! А ведь она находилась под моей защитой — это я привез ее на Землю…

— Да она на вас просто «ездила», Луис. Хорошо, что женщины кзинов не такие… Вы исполняли все ее капризы. Ей захотелось увидеть Миры Людей…

— Да, со мной в качестве провожатого. Однако из этого ничего не вышло. Мы забрали корабль и Халрлоприллалар и отдали их коалиции кзинов и людей. Тогда мы с ней виделись в последний раз. Сейчас об этом даже заикнуться нельзя.

— Гипердвигатель Квантум II стал Тайной Патриарха…

— У нас он стал Государственной тайной Объединенных Наций. Сомневаюсь, что Земля поделилась этой тайной с другими Мирами Людей. А мне дали понять, что лучше держать язык за зубами. И, конечно, Кольцо стало частью тайны — ведь как мы могли попасть туда без «Счастливого Случая»? Мне только неясно; как Спрятанный собирается долететь до Кольца. От Земли до него двести световых лет, от Каньона еще больше. По три дня на световой год, если он воспользуется этим кораблем… Может, у него есть другой «Счастливый Случай» в укромном месте?

— Вы просто пытаетесь увильнуть от ответа, — сказал Чмии. — Почему вы вживили себе электрод? — Он пригнулся, выпустив когти. Возможно, это был подсознательный рефлекс. Возможно.

— Я покийул Кзин и отправился домой, — ответил Луис. — ARM не разрешила мне свидание с Прилл. Если бы я сумел снова собрать членов экспедиции, она стала бы нашим проводником, но — черт! — я не мог даже обсудить это с кем-либо, кроме правительства… и вас. А вас это не волновало.

— Разумеется. У меня была земля, имя и будущие дети. Наши женщины очень беспомощны, им нужны забота и внимание.

— А кто о них заботится сейчас?

— Мой старший сын управляет моими владениями. Если меня не будет слишком долго, он будет драться за них со мной. Если… Луис! Почему вы стали «электровеником»?

— Какой-то шутник применил ко мне тасп!

— Урр?

— Я ходил по музею в Рио, когда кто-то «осчастливил» меня из-за колонны!

— Но ведь Несс брал тасп на Кольцо и использовал его против нас обоих.

— Верно. Это очень похоже на кукольника — делать нам добро, управляя нами! Спрятанный сейчас использует тот же метод. Смотрите, он вернул мне мой «штепсель», а вам решил подарить вечную молодость. А в результате мы будем делать все, что он скажет.

— Он применял ко мне тасп, но я не полез «под напряжение»!

— Я тоже не сразу под него полез. Но ощущение я запомнил… Так вот, я чувствовал себя как вошь, думал о Прилл… пытался хоть как-то успокоиться. Прежде я в таких случаях улетал в одиночку на край известного космоса и торчал там, пока не понимал, что могу снова нормально воспринимать людей и себя самого. Но тогда это было бы попыткой убежать от Прилл. А потом этот шутник меня осчастливил. Встряска была не очень сильной, но она напомнила мне о таспе, которым пользовался Несс. Я держался почти год, а потом пошел и сделал операцию.

— Я выдерну его из вашего мозга.

— Это приведет к нежелательным побочным эффектам.

— А как вы оказались на Уорхэде?

— Может, у меня паранойя, но судите сами: Халрлоприллалар вошла в здание ARM и больше оттуда не вышла, а Луис By превратился в «электровеник» и может выдать Государственную Тайну кому угодно. Я подумал, что лучше исчезнуть, а на Каньон легко посадить корабль, не привлекая ничьего внимания.

— Полагаю, Спрятанный думал точно так же…

— Чмии, или отдайте мне «штепсель», или дайте поспать, или уж придушите совсем. Я чертовски устал.

— Вот и спите.