В ее каюте было тепло, когда она проснулась, и именно это подсказало Асоке, что сон закончился.
- Спасибо, мастер, - прошептала она, хоть и понимала, что Йода никак не может ее услышать или помочь, даже если бы слышал.
Поднявшись, она подошла к низкому столику, где сложила свое имущество, и взяла в руки маленький сверток, обычно лежащий у нее в кармане. Высыпала из него кучку старых деталей и прочего бесхозного хлама, которую таскала с собой с тех пор, как прибыла на Рааду. Теперь она видела, что часть из них бесполезна, и избавилась от нее. Но оставшиеся детали еще могли на что-то сгодиться.
Изготовление световых мечей считалось джедайским искусством высочайшего порядка. Асока никогда не делала этого без присмотра, как ей, несомненно, придется на этот раз. Также она понимала, что ей недостает важных деталей, но, раз уж видение направило ее к Илуму и растущим там кристаллам, ей придется довериться избранному пути. Имеющихся материалов должно хватить, чтобы начать сборку. Рукояти получатся не слишком изящными, но вполне рабочими.
После нескольких неудач Асока все же довела дело до конца и внимательно изучила плод своих трудов. Она почти что наяву слышала, как причитает у нее за плечом Хьюян, но все равно осталась довольна собой. Она встала, потянулась, расправив плечи, и отправилась на поиски сенатора. Обнаружился тот в столовой, за беседой с капитаном.
- Нет, капитан, останьтесь, пожалуйста, - попросила Асока, когда Антиллес собрался оставить их наедине. - Думаю, мне понадобится и ваша помощь тоже.
- Что ты задумала, Асока? - спросил Бейл.
И Асока объяснила ему свой план.
Кристаллы росли.
Прозрачные, как лед, и холодные, пока не окажутся в руках тех, кто их ищет, они упорядоченно надстраивали структуру, призма за призмой. И пока они росли, они ждали.
Время от времени кто-то появлялся и внимал им словно звучанию безупречной песни. У каждого кристалла был истинный владелец, и только он мог услышать музыку и увидеть свечение. Все остальные проходили мимо, не замечая ничего, кроме льда.
Были среди них и более крупные кристаллы, видимые всем, но инертные, если их правильно не настроить. Были и крошечные, размером с ноготь или и того меньше. Даже самые маленькие могли направлять сквозь себя энергию и найти своего владельца. Им нужно было лишь сохранять терпение и расти.
Не было никакой закономерности в том, где можно обнаружить кристаллы. На некоторых планетах их было бессчетное множество, и зачастую эти места считались священными или особыми. Совершались паломничества, делались открытия и создавались световые мечи. И так светлые кристаллы распространялись по Галактике, и их пускали в дело.
Темные кристаллы тоже создавались, но не в этом священном месте. Их силой отбирали у истинных владельцев и искажали руками тех, кто их украл. Даже камень может быть перерожден мощью Силы, кровоточа изменениями, пока его цвет не станет темно-красным. Равновесие между светом и тьмой весьма хрупко, и чтобы его нарушить, не нужно много усилий.
Когда первые корабли появились в небе над планетой, где кристаллы росли в изобилии, ничто не предвещало беды. Корабли все время посещали планету и увозили кристаллы прочь, но на этот раз все обернулось иначе. Не было истинных владельцев, прислушивающихся к песне, не было внимательных учеников, готовых узнавать новое. Лишь алчность и страшная, пугающая целеустремленность.
Планету разорили; ее кристаллы разбивались в руках равнодушных, желающих исказить их под собственные нужды. Теперь ее нельзя было назвать священным местом, и никто больше не совершит к ней паломничества. Те, кто прежде отправился бы туда, отныне будут избегать ее и в отчаянии оплакивать утрату кристаллов, некогда певших для них.
Но на просторах Галактики много планет и немало мест, где могут появиться кристаллы. Их будет труднее отыскать, они будут встречаться реже, но это не станет непреодолимой преградой тому, кто ищет, кто слушает - кто выучил первые уроки и обладает терпением, чтобы узнать больше.
Кристаллы росли, упорядоченно надстраивая структуру, призма за призмой.
И пока они росли, они ждали..
Бейл предложил Асоке корабль, но она отказалась. Все, что имелось в его распоряжении, было новым: блестящим, быстрым, вполне очевидно построенным на одном из Центральных миров. Тогрута предпочла сохранить свой кораблик. Для начала она уже выучила все его слабые места, и к тому же он будет меньше бросаться в глаза во Внешнем Кольце, чем любой пижонский корабль из парка Бейла. Впрочем, она позволила команде Антиллеса починить поврежденные двигатели. Вернее, позволила R2-D2 сделать это под собственным наблюдением.
Пока дроид трудился, Асока, пользуясь случаем, изучала деятельность Бейла. Он упомянул, что не все на борту в полной мере осведомлены о его целях, но, похоже, все по меньшей мере понимали, что Империи их дела не касаются. Из подслушанных разговоров она заключила, что команда верна Алдераану и лично Брее и Бейлу, - для начала уже неплохо. Как и говорил сенатор, работа его продвигалась медленно, но строилась на надежной основе. Конечно, делу способствовало и то, что он располагал большими ресурсами, чем было в ее распоряжении на Рааде, а его сторонники уже готовы сражаться и выполнять приказы.
Сидя в ангаре рядом с R2-D2, Асока начала осознавать: то, чего она добилась на Рааде, было большим достижением, чем ей казалось. Не стоило сравнивать эту ситуацию с Ондероном, где у нее было время и, что важнее, помощь Рекса. Она не потерпела неудачи, хоть ее союзники и не обошлись без потерь. Она тоже училась новому способу ведения войны, и ей следовало отнестись к себе с не меньшим терпением, чем к тем, с кем она сражалась плечом к плечу.
R2-D2 прогудел вопрос, и Асока проверила его работу, хотя и подозревала, что он вовсе не нуждается в стороннем мнении, причем они оба это понимают.
- Выглядит отлично, R2, - одобрила она. - Вот из-за этого-то мне тебя так и не хватало.
Дроид издал счастливую трель и напоследок еще немного подправил двигатель. Тот загудел, пробуждаясь к жизни, и Асока вскочила на ноги.
- Спасибо, дружок, - сказала она астромеханику. - Не думаю, чтобы он когда-нибудь звучал так хорошо.
R2-D2 самодовольно свистнул, убрал инструменты в ящик и укатился прочь без дальнейших комментариев. Он разминулся с Бейлом, который как раз направлялся к Асоке. Сенатор тоже улетал сегодня, с заданием не менее опасным, чем ее собственное. Он возвращался на Корусант, чтобы изображать в Сенате имперскую марионетку, и уже оделся в соответствии с ролью.
- Тебе точно не понадобится поддержка? - спросил он. - Уверен, Чардри с Темсин на тебя не в обиде, и они хорошо справляются в переделках. Ну, то есть если знают, с чем имеют дело.
Асока улыбнулась, когда цикл тестирования двигателя завершился. Скоро можно будет улетать.
- Нет, спасибо, - отказалась она. - Мне будет проще в одиночку.
- Какое-то таинственное джедайское дело? - спросил Бейл.
Он не стал допытываться накануне, когда она недосказала несколько ключевых подробностей, но теперь их точно не могли подслушать, и, наверное, он имел право знать, на какой риск идет.
- Нет, - ответила она. - Просто трудно объяснить. Возможно, времени у меня окажется в обрез и придется быстро принимать решения, которые не будут понятны посторонним. Ничего личного, честное слово.
- Все в порядке, - заверил ее Бейл. - В прошлом я сотрудничал со многими джедаями и понимаю, когда стоит позволить им поступать по-своему.
- Вы же знаете, на самом деле я не Джедай, - уточнила она: раньше они этого не обсуждали, но сейчас, наедине было бы вполне честно предупредить его, что его ожидания могут не оправдаться. - Я покинула Храм, свернула с пути джедая.
- Если ты не Джедай, то кто же ты, Асока Тано? - спросил Бейл. - Честно говоря, на мой взгляд, ты по-прежнему говоришь и действуешь как Джедай.
- Я дам вам знать, когда сама разберусь, - пообещала она и похлопала ладонью гондолу двигателя. - Спасибо, что одолжили мне R2 для ремонта. Двигатель в отличном состоянии.
- Всегда пожалуйста, - улыбнулся Бейл. - Мне пора. Но мы будем на месте, когда ты подашь сигнал.
- Увидимся, - попрощалась Асока и проводила его взглядом до челнока.
Как только сенатор скрылся из вида, она подправила в корабле несколько последних мелочей и начала предполетную проверку. Накануне ей пришлось принимать решения на ходу, и Асока хотела убедиться, что ничего не повредила. Сейчас, в безопасности, у нее было на это время, и хотя ожидание раздражало ее, она понимала, что оно окупится.
Прошлой ночью она сомневалась, что вообще сумеет заснуть: образ Кейден со световым мечом у горла был намертво выжжен в ее памяти. Но она настолько вымоталась, что отключилась сразу же, как только легла в постель. Проснувшись несколько часов спустя, она почувствовала себя намного лучше, но ненадолго: Кейден-то вряд ли сладко выспалась, какое бы время суток сейчас ни настало на Рааде.
Асока погнала прочь тревожные мысли. Это нелегко далось ей, но она знала, что мало чем поможет друзьям, если позволит чувствам затуманивать себе рассудок. Может, она и не джедай, но еще некоторое время ей необходимо действовать по-джедайски. И в любом случае она знала, как это работает: очисти сознание и сосредоточься на цели. Ради друзей она готова была это сделать.
Предполетная проверка закончилась, показав, что ничего нового не обнаружено. Она убрала свое снаряжение: трости, рюкзак с вещами, несколько полезных предметов, которые дал ей Бейл, - но сверток с рукоятями оставила при себе. Теперь он стал громоздким, но она не хотела прятать его где-то еще.
Она запросила разрешение на отстыковку и, получив его вместе с пожеланием удачи от дежурного офицера, вывела корабль из ангара, после чего занялась расчетами для гиперпрыжка.
Когда все было готово, Асока положила руки на рычаги управления и, глянув в лобовой иллюминатор, ушла в гиперпространство.
Илум был ледяным миром. Суровым, холодным и прекрасным, если не проводить слишком много времени снаружи. Для джедаев он был священным местом. Асока прилетала сюда трижды: дважды за кристаллами для световых мечей и еще раз с группой младших учеников. Первые два визита прошли непримечательно, если не считать ее восторга, когда она получила все необходимое, чтобы собрать свои световые мечи. Третий оказался в большей степени приключением, даже с участием пиратов. Асока очень надеялась, что сейчас все пройдет спокойно.
Она рассчитала прыжок так, чтобы выйти из гиперпространства на некотором расстоянии от планеты. Если она помнила, что скрывается в коре Илума, вполне возможно, что и другие тоже. Асока не знала, где берут свои кристаллы те, кто выбрал темную сторону, но понимала, что где-то ведь берут. Рисковать лишь затем, чтобы сократить путь, она не собиралась. Вынырнув в обычное пространство, она увидела, что ее ждет, и изрядно порадовалась собственной предусмотрительности.
На орбите планеты находились два звездных разрушителя и огромный шахтерский корабль. Империя определенно знала, что под поверхностью ледяного мира скрывается нечто интересное.
Сама планета оказалась в куда худшем состоянии, чем Асока предполагала. Прежде с орбиты она выглядела словно гигантский белый шар - одинаковый по цвету, не считая более ярких пятен, где он отражал свет своего солнца. С высоты она поражала не меньше, чем на поверхности, хотя издали и не были заметны высокие утесы и глубокие расщелины, избороздившие ее поверхность. Теперь же на нее стало больно смотреть.
С планеты срезали огромные ломти, обнажив камень и лаву, кипящую от жара ее ядра. Без особой надежды Асока просканировала обычное место посадки. Исчез проход с утеса, которым веками пользовались джедаи, водопад уничтожили ради лучшего доступа к скрывавшейся за ним пещере.
Волна ярости поднялась в Асоке, и она с большим трудом смирила ее. Они посмели вторгнуться на
Илум, изгадить столь прекрасное место, и ради чего? Перекапывать камни и грязь, надеясь найти несколько осколков кристаллов, которые никто не заметил? Это казалось расточительством, угнетало одним своим видом и в немалой степени - устрашало. Одно дело - истощить почву на отдаленной луне. И совсем другое - разрушить целую планету, пусть даже постепенно, кусок за куском. Империя не ведала ограничений и совершенно не уважала сложившийся в Галактике порядок жизни.
Асока уже вовсю планировала налет на шахтерский корабль, выискивая уязвимые места, которыми сможет воспользоваться, если прорвется мимо звездных разрушителей, когда вспомнила, почему не может так поступить. Раада. Ей нужно вернуться на Рааду. Она не может погибнуть или попасть в плен в какой-то бессмысленной стычке. А стычка действительно не имеет смысла, напомнила себе Асока, как бы больно ни было думать о потере Илума. Здесь никто не живет, и нельзя сказать, чтобы джедаи еще нуждались в этой планете. Она не вправе пожертвовать своей жизнью здесь, когда есть и другие места, где она сможет добиться большего - и где есть кто-то, кто в ней нуждается.
Впрочем, ей все равно потребуются кристаллы. И ей стоит убраться подальше от звездных разрушителей, пока кто-нибудь ее не засек. Асока отлетела к самой дальней планете системы, безымянной черной скале без атмосферы и с низкой гравитацией. Приземлившись на ее поверхность, она отключила двигатели, чтобы корабль труднее было обнаружить, после чего села на полу кабины и, уложив на колени сверток, отправила разум на поиски решения.
То, что ее план провалился на первом же шагу, не предвещало ничего хорошего, но сейчас она не могла зацикливаться на этом. Нужно сосредоточиться на том, что последует дальше, и как она может этого добиться, исключив Илум из плана.
Теперь, когда ее мысли чуть успокоились, она ощущала ледяную планету даже будучи за полсистемы от нее. Тамошние кристаллы не пели ей, как в первый раз, когда она здесь побывала. Тогда, будучи совсем юной, она почувствовала их сразу же, как только корабль вынырнул из гиперпространства, хотя еще даже не понимала, что именно чувствует. Теперь там не было ничего - то есть ничего предназначенного для Асоки. Она по-прежнему ощущала кристаллы, скрытые под поверхностью планеты. Просто знала, что ни один из них не ждет ее.