Входит СКОРПИУС. Озирается по сторонам. И замечает АЛЬБУСА. А тот — его.
СКОРПИУС: Привет.
АЛЬБУС: Скорпиус! Мне нельзя…
СКОРПИУС: Я знаю. Ты теперь в Гриффиндоре. И не хочешь меня видеть. Но я все равно здесь. И говорю с тобой.
АЛЬБУС: Но я не могу говорить так…
СКОРПИУС: Придется. Думаешь, ты можешь просто не обращать внимания на все, что случилось? Весь мир свихнулся, ты заметил?
АЛЬБУС: Да знаю я, знаю! Рон какой-то странный. Гермиона ведет уроки. Все не так, но…
СКОРПИУС: А Розы и вовсе нет.
АЛЬБУС: Знаю. Слушай, я не все понимаю, но тебе нельзя быть здесь.
СКОРПИУС: Из-за того, что мы натворили, Роза даже не родилась. Помнишь, как нам рассказывали про Святочный бал после Турнира трех волшебников? Все четыре участника турнира выбрали себе пару. Твой отец пригласил Парвати Патил, Виктор Крам…
АЛЬБУС: Гермиону. А Рон так ревновал, что вел себя как последний идиот…
СКОРПИУС: А вот и нет. Я нашел книгу Риты Скитер, и она пишет совсем не то. Это Рон пригласил на бал Гермиону.
АЛЬБУС: Что?
ПОЛЛИ ЧЕПМЕН: Эй, потише!
СКОРПИУС смотрит на ПОЛЛИ и понижает голос.
СКОРПИУС: По-дружески. И они потанцевали, очень мило, а потом он потанцевал с Падмой Патил, и ему понравилось больше, и они стали встречаться, и он немножко изменился, а потом они поженились, а Гермиона тем временем стала…
АЛЬБУС: Психопаткой.
СКОРПИУС: Гермиона собиралась пойти на тот бал с Крамом. И знаешь, почему не пошла? Потому что у нее возникли подозрения насчет двух странных ребят из Дурмстранга, которых она встретила перед первым заданием: не они ли виноваты в пропаже Седриковой палочки? Она решила, что это мы помешали Седрику выполнить задание… а подослал нас Виктор…
АЛЬБУС: Ничего себе!
СКОРПИУС: И без Крама Рон не стал ревновать, а в ревности-то и была вся соль, поэтому Рон с Гермионой остались просто хорошими друзьями, но так и не полюбили друг друга… и не поженились… и у них не родилась Роза!
АЛЬБУС: Так вот почему мой папа… он ведь тоже изменился?
СКОРПИУС: По-моему, твой отец в точности такой же, как был. Руководит Отделом магического правопорядка. Женат на Джинни. Трое детей.
АЛЬБУС: Так почему же он ведет себя как…
Сзади в комнату входит БИБЛИОТЕКАРША.
СКОРПИУС: Ты меня слышишь или нет, Альбус? Это поважней, чем ты со своим отцом. Знаешь закон профессора Каркера: предельное расстояние, на которое ты можешь отправиться назад во времени, не рискуя нанести серьезный вред себе или самому времени, равно пяти часам. А мы прыгнули на годы! Один миг, мельчайшее изменение порождают лавину последствий. И мы… мы подняли целую бурю. Из-за нас так и не родилась Роза. Понимаешь ты — Роза!
БИБЛИОТЕКАРША: А ну-ка потише!
АЛЬБУС быстро соображает.
АЛЬБУС: Ладно, давай прыгнем обратно и все исправим. Вернем и Седрика, и Розу.
СКОРПИУС: Ответ неверный.
АЛЬБУС: Маховик времени все еще у тебя, так? Никто его не нашел?
СКОРПИУС вынимает маховик из кармана.
СКОРПИУС: Да, но…
АЛЬБУС выхватывает у него прибор.
Нет! Альбус, не надо!Ты не понимаешь, каких еще бед мы можем натворить?
СКОРПИУС пытается отнять маховик, АЛЬБУС отталкивает его. Они неуклюже борются.
АЛЬБУС: Мы должны все исправить! Седрика по-прежнему надо спасти. А Розу — вернуть. Теперь мы будем осторожней. Что бы ни говорил Каркер, поверь мне, поверь в нас обоих. На этот раз мы все сделаем правильно.
СКОРПИУС: Нет! Не сделаем. Отдай его, Альбус! Отдай!
АЛЬБУС: Не отдам. Это слишком важно.
СКОРПИУС: Да, слишком важно — и нам это не по зубам. Мы ничего не умеем. Только опять напортим.
АЛЬБУС: Кто сказал, что напортим?
СКОРПИУС: Я сказал. Потому что это мы умеем лучше всех. Мы всегда все портим. У нас ничего не выходит. Мы неудачники — круглые и законченные. Неужто ты еще не понял?
АЛЬБУСУ наконец удается одолеть друга, и он прижимает его к полу.
АЛЬБУС: Я не был неудачником, пока не встретил тебя.
СКОРПИУС: Альбус, что бы ты ни хотел доказать своему отцу… это не способ.
АЛЬБУС: Я ничего не хочу доказать отцу. Я должен спасти Седрика, чтобы спасти Розу. И может быть… теперь, когда ты не будешь мне мешать… у меня все получится.
СКОРПИУС: Когда я не буду мешать? Ах, бедняжка Альбус! Все его обижают. Бедный Альбус Поттер! Как мне его жалко!
АЛЬБУС: Что ты несешь?
СКОРПИУС (взрывается): Попробуй влезть в мою шкуру! Все на тебя пялятся, потому что твой папаша — великий Гарри Поттер, спаситель волшебного мира. А на меня пялятся потому, что думают, что мой папаша — Волан-де-Морт. Волан-де-Морт!
АЛЬБУС: Не надо…
СКОРПИУС: Ты хоть на секундочку можешь себе представить, каково это? Ты хоть пробовал когда-нибудь? Нет! Потому что ты не видишь дальше своего носа. Потому что на твоих терках с отцом для тебя свет клином сошелся. Он всегда будет Гарри Поттером, ты ведь это знаешь, так? А ты всегда будешь его сыном. И я знаю, что это трудно, и другие ребята ведут себя по-свински, но тебе придется с этим смириться, потому что… потому что на свете есть вещи и похуже, ясно?
Пауза.
Был момент, когда я почти обрадовался… увидел, что все изменилось, и подумал, а может, мама не заболела? Может, она не умерла? Но нет… оказалось, что нет. И я по-прежнему сын Волан-де-Морта, без матери, и жалею парня, от которого в жизни не дождешься ничего в ответ. Ладно, извини, что сломал тебе жизнь, потому что ты… ты-то не мог сломать мою — ее и без тебя уже сломали. Ты просто не смог ее починить. Потому что ты самый плохой… самый плохой на свете друг.
АЛЬБУС переваривает это. И понимает, как он поступил со своим другом.
ПРОФЕССОР МАКГОНАГАЛЛ (за сценой): Альбус! Альбус Поттер! И Скорпиус Малфой! Вы там… вместе? Рекомендую немедленно расстаться!
АЛЬБУС смотрит на СКОРПИУСА и достает из ранца плащ.
АЛЬБУС: Скорее! Надо прятаться.
СКОРПИУС: Что?
АЛЬБУС: Скорпиус, посмотри на меня.
СКОРПИУС: Это плащ-невидимка? Разве он не у Джеймса?
АЛЬБУС: Если мы сейчас попадемся, нас разлучат навсегда. Давай же! Я не понимал!.. Пожалуйста!
ПРОФЕССОР МАКГОНАГАЛЛ (за сценой, стараясь дать им побольше шансов улизнуть): Я уже иду!
ПРОФЕССОР МАКГОНАГАЛЛ входит в библиотеку с Картой мародеров в руках. Мальчики исчезают под плащом. Она разгневанно озирается.
Ну и где же… я не хотела пользоваться этой штукой, и теперь она надо мной издевается!
Она думает. Опять смотрит на карту. Понимает, где они должны быть. Обводит комнату взглядом. Предметы, мимо которых проходят невидимые мальчики, сдвигаются с места. Она видит, куда направляются беглецы, и загораживает им дорогу, но они ее огибают.
Разве что… Плащ твоего отца!
Она снова смотрит на карту, потом туда, где находятся мальчики. И тихонько улыбается.
Что ж, раз я вас не видела, значит, не видела.
Она уходит. Мальчики снимают плащ. Некоторое время сидят молча.
АЛЬБУС: Да, я украл его у Джеймса. Моего братца легко обокрасть: код на его чемодане — день, когда он получил свою первую метлу. Этот плащ здорово помогает, когда ребята над тобой… ну, понятно.
СКОРПИУС кивает.
Мне жаль… очень жаль твою маму. Знаю, мы мало о ней говорим… но ты, надеюсь, понимаешь… как я жалею… это так нечестно… то, что случилось с ней… и с тобой.
СКОРПИУС: Спасибо.
АЛЬБУС: Мой отец сказал… он сказал, что черная туча вокруг меня — это ты. Он поверил, что… и я понял, что мне надо держаться от тебя подальше, иначе он…
СКОРПИУС: Твой отец решил, что я и правда сын Волан-де-Морта?
АЛЬБУС (кивнув): В его отделе сейчас это расследуют.
СКОРПИУС: Отлично. Пускай. Иногда… иногда мне самому чудится… а вдруг и впрямь так оно и есть?
АЛЬБУС: Нет. Это не так. И я скажу тебе почему. Потому что у Волан-де-Морта вряд ли мог родиться добрый сын… а ты добрый, Скорпиус. Весь насквозь, от кончиков пальцев до мозга костей. И я абсолютно уверен, что у Волан-де-Морта… у Волан-де-Морта не мог родиться такой сын, как ты.
Пауза. СКОРПИУС тронут этими словами.
СКОРПИУС: Спасибо… мне очень приятно это слышать.
АЛЬБУС: Я должен был сказать это уже давным-давно. И вообще… наверно, я не знаю человека лучше тебя. И ты не… ты никогда мне не мешал. С тобой я только сильнее… и когда отец запретил нам встречаться, то я без тебя…
СКОРПИУС: Мне тоже было без тебя грустновато.
АЛЬБУС: И я понимаю, что навсегда останусь сыном Гарри Поттера… но я с этим как-нибудь разберусь… и я понимаю, что по сравнению с твоей моя жизнь не так уж плоха… и что по сравнению с тобой нам с ним, можно сказать, повезло…
СКОРПИУС (перебивает его): Альбус, твои извинения чрезвычайно развернуты, что неплохо, однако ты снова начинаешь говорить больше о себе, чем обо мне, так что не лучше ли завязать, пока не поздно?
АЛЬБУС улыбается и протягивает ему руку.
АЛЬБУС: Значит, друзья?
СКОРПИУС: До гроба!
СКОРПИУС дает ему руку, АЛЬБУС притягивает СКОРПИУСА к себе и обнимает.
Ты это уже во второй раз.
Мальчики отстраняются друг от друга и улыбаются.
АЛЬБУС: Между прочим, хорошо, что мы поспорили, потому что это навело меня на одну очень полезную мысль.
СКОРПИУС: Какую?
АЛЬБУС: Насчет второго задания. И унижения.
СКОРПИУС: Ты все еще собираешься назад в прошлое? Мы же это уже обсудили!
АЛЬБУС: Ты прав — мы неудачники. Мы замечательно умеем все портить, и мы должны использовать свой опыт. Неудачникам дают понять, что они неудачники. Для этого есть только один способ — и нам это известно лучше, чем кому бы то ни было. Унижение. Нам надо его унизить. И мы сделаем это во время второго задания.
СКОРПИУС думает довольно долго — и затем улыбается.
СКОРПИУС: Похоже, шикарный план.
АЛЬБУС: Вот и я так думаю.
СКОРПИУС: Идея впечатляет. Унизить Седрика, чтобы спасти Седрика. Хитрó! А как же Роза?
АЛЬБУС: Это я приберегу в качестве эффектного сюрприза. Я мог бы сделать все без тебя… но я хочу, чтобы ты был со мной. Чтобы мы сделали это вместе. Исправили бы все вместе. Так что… ты согласен?
СКОРПИУС: Но погоди-ка минутку, разве… разве второе задание было не в озере? А тебе нельзя выходить из школьного здания.
АЛЬБУС ухмыляется.
АЛЬБУС: Верно. Поэтому… сейчас мы пойдем в туалет для девочек на втором этаже.