Да, мы с Эгейкой оказались на дне илистого подземелья. Больше всего Эгейка печалился, что потеряется его белое облачко с Белым Слоненком. Улетит и затеряется среди других облаков.
— Мой хороший, мой милый Слоненок, — говорил Эгейка, и уши его светились в мутной темноте, — не забывай меня. Вот ты сейчас на белом облачке. А там у тебя белая кровать, белая подушка. Ты ложишься головой на белую подушку, закрываешься белым одеялом, и тебе снятся белые сны… Спокойной ночи, Слоненок. Может, ты во сне увидишь меня и Лешу.
Дверь нашего подземелья распахнулась. На пороге стоял глиняный человечек, в плаще и капюшоне из красной глины.
— Следуйте за мной, — приказал он.
Но предварительно он илом замазал нам глаза. Взял меня за руку, а я Эгейку, и мы двинулись. Мы шли по коридорам, куда-то сворачивали, потом поднимались вверх, вверх, вверх. Я потерял счет времени. Мне казалось, что мы идем так всю жизнь.
— Ты знаешь, — сказал мне Эгейка. — Я даже с закрытыми глазами вижу, что делает мой Слоненок.
— Хоть сейчас-то перестань мечтать, — прошептал я. Разве я мечтаю? — возразил Эгейка. — Нет, я просто вижу: вот мой Слоненок проснулся, вытянул хобот и вздохнул. А потом откинул белое одеяло. И встал. А облачко под ним закачалось. Спросонок он еще не понимает, где он находится. Ему все еще кажется, что он спит. А во сне ему причудилось, будто он прыгает на одной ноге, потом на хвосте и даже на хоботе, вверх ногами. А потом перекувыркивается через голову — раз, еще раз…
— Перестань, Эгейка, — сказал я. — Лучше подумай, куда нас ведут.
И тут наш сопровождающий приказал:
— Промойте себе глаза.