Воскресенье, 1 мая

На следующее утро мальчуган сполз из-под крыла Белого на лед и не удержался от смеха. Оказывается, пока он спал, выпал снег. Он и сейчас шел, снежинки были большие и легкие, как крылья замерзших бабочек. Все озеро покрылось снегом, берега белые, а гуси похожи на сугробы.

Время от времени то Акка, то Икеи, то Какси сонно оглядывались, но тут же прятали голову назад под крыло. Что еще делать в такую погоду? Только спать. Спать, спать и спать.

Трудно не согласиться. Мальчик опять полез под крыло и тоже уснул.

А проснулся он от воскресного звона колоколов в Реттвике. Снег перестал, зато с севера подул сильный ледяной ветер. А посреди озера, где от ветра и спрятаться негде, холод поистине собачий. Поэтому мальчик очень обрадовался, когда гуси снялись наконец со льда и полетели на сушу – проголодались.

В Реттвике шла конфирмация. Конфирманты собрались задолго до церемонии, стояли группками в церковном дворе. Все одеты в новенькие, с иголочки местные народные костюмы – такие пестрые, что видно издалека.

– Акка, миленькая, помедленней! – крикнул мальчик. – Так хочется на ребят поглядеть!

Акка, слава богу, не сочла эту просьбу чрезмерной прихотью. Стая снизилась и трижды облетела церковь.

Может быть, если бы мальчуган посмотрел на ребят вблизи, ему бы так не показалось, но он смотрел сверху и решил, что никогда не видел таких красивых подростков – и девочек, и мальчиков. Даже в королевском дворце поискать таких принцев и принцесс.

Снега навалило нешуточно. В Реттвике поля покрылись белым покровом, ни о какой травке или корешках для гусей и речи быть не могло. Акка решила не терять времени и лететь на юг, к Лександу.

Молодежи в Лександе почти не было – все, кто мог, отправились на заработки. И по большой, усаженной березами аллее к церкви шли длинной чередой одни пожилые женщины. Они шли по снегу, разрумянившиеся от мороза, в белых кофтах из овечьих шкур, белых кожаных юбках, полосатых передниках и белых шляпках на седых головах.

– Акка, миленькая, помедленней! – крикнул мальчик. – Так хочется посмотреть на старушек.

И опять Акка сочла его просьбу разумной. И опять стая снизилась и трижды облетела березовую аллею.

Может быть, если бы мальчуган посмотрел на них вблизи, ему бы так не показалось, но он смотрел сверху и решил, что никогда не видел таких мудрых и величественных женщин. Они выглядели так, словно их сыновья – короли, а дочери – принцессы.

А что касается корма, и в Лександе не лучше. Те же занесенные снегом поля. Надо лететь еще южнее, в Гагнеф.

В Гагнефе похороны. Процессия немного опоздала, панихида только началась. Еще не все успели войти в церковь, и женщины, ожидая очереди, подходили к родным могилам. На них были зеленые кофты с красными рукавами, а на головах – разноцветные платки с пестрой бахромой.

– Акка, миленькая, помедленней! – крикнул мальчик. – Так хочется посмотреть на крестьянок!

И опять Акка, ни слова не говоря, скомандовала стае снизиться и трижды облететь погост.

Может быть, если бы мальчуган посмотрел на них вблизи, ему бы так не показалось, но он смотрел сверху и решил, что все эти женщины похожи на цветы. Таких красивых цветов и в королевском саду не сыскать.

И в Гагнефе тоже не сошел еще снег на полях, и гусям ничего не оставалось, как лететь еще южнее, в Флуду.

А в Флуде после окончания службы готовилось венчание. На холме у церкви ожидала молодая пара. У невесты золотая корона на распущенных волосах и столько украшений, цветов и цветных лент, что глаза заболели. На женихе – синий кафтан, брюки до колен и красная шапочка. А у подружки невесты лиф и края юбки вышиты розами и тюльпанами. За ними родители и гости в ярких, пестрых одеждах.

– Акка, миленькая, помедленней! – еще раз взмолился мальчик. – Ну, пожалуйста! Так хочется посмотреть на молодых!

И на этот раз стая трижды облетела холм перед церковью.

Может быть, если бы мальчуган посмотрел на них вблизи, ему бы так не показалось, но он смотрел сверху и решил, что вряд ли где увидишь такую красивую невесту, такого гордого жениха и такую живописную свадьбу. Вряд ли король и королева, прогуливаясь по своему замку, выглядят роскошнее.

Во Флуде, слава богу, снега не было. Поля лежали голые, и стая с облегчением приступила к завтраку.